Амелия Борн – Вместо прости - прощай (страница 15)

Настаивать на продолжении он не стал. Отошел на пару шагов и ответил:

— Хорошо. И я тебе там тортик купил.

Лапушина рассеянно кивнула и продолжила прибираться. Сергей окончательно понял, что сладкого ему сегодня не достанется.

Придется жрать торт…

Прибыв к Рудиковым и проведя у них некоторое время, Карелин начал ловить себя на том, что он испытывает странные чувства. Будто бы та сторона его личности, которую выпестовала в свое время Лиля, стала проявляться и ей совершенно не нравилось то, что происходит. Например, разговоры между Людой и Виталиком — какие-то грязные, даже мерзковатые.

Зато в них с удовольствием принимала участие Нина, и Сереже пришлось засунуть своего внутреннего цензора подальше и расслабиться.

— Не знаю… мне кажется, все эти догмы про лебединую верность — херня, — озвучил Виталик, глядя на Лапушину.

Он уже знатно подвыпил, накинув сверху нетрезвого состояния, в котором они его застали, еще пару бутылок крепкого пива.

— Типа люди спят всю жизнь без измен — и рады. Ну херня же, а Нин? — обратился он к Лапушиной.

Карелин «взял стойку». Стало очень интересно, что же ответит любимая.

— Ну… Если с человеком хорошо, то зачем налево ходить? — пожала она плечами и рассмеялась.

И не успел Сережа обрадоваться этому ответу, как Рудиков выдал то, от чего все за столом застыли:

— Почему сразу налево? Можно ж официально. Как там это у западных называется? Свингеры? Во! Чего об этом думаете? Согласились бы на такое?

И Виталик, кажется совершенно серьезно, посмотрел на Карелина и Нину.

Часть 23

Раздался смех Люды. Хриплый, искусственный и очень надсадный. Затем к нему присоединилась Лапушина. Она то посмеивалась, глядя на Виталика так, будто начала подозревать у него психическое отклонение, то затихала и беспомощно смотрела на Сергея. Он решил перевести все в шутку. Вернее, сделать акцент на том, что Рудиков это спрашивал ради смеха и чисто теоретически. Ведь так?

— Виталь, ты чего у меня про неверность заговорил, а? Мы же с тобой друг к другу как приклеенные, — отсмеявшись, начала Люда, и Карелин подхватил:

— Это же если свингерством заниматься, нужно чтобы партнерша другая была не хуже Нины моей. А такое я представить не могу.

Он притянул к себе Лапушину, на что Виталик отреагировал, скривившись. На память тут же пришло то видео, которое ему однажды продемонстрировала Лиля. Глупости. Глупости и херня!

— Ну, Людка у меня тоже ого-го! — заявил Рудиков. — А Нинку твою я бы попробовал…

Виталик посмотрел на Лапушину таким взглядом, словно хотел сожрать. У Карелина зачесались кулаки. За такие заявления и в морду можно было получить, однако не успел он отреагировать, как сам Виталик запрокинул голову и стал ржать, а когда успокоился, заявил:

— Вы бы морды свои видели! Все трое! Люд… ты чего, решила, что я тобой поменяться готов?

Рудиков плеснул себе водки, на что Сергей взглянул, нахмурив брови. После такого адского коктейля не то что жену — родину с потрохами продашь. Это немного успокоило. Списать на нетрезвость можно было многое, однако Карелин поставил себе мысленную пометку: минимизировать поездки к друзьям. Им с Ниной о ребенке нужно думать, да о предстоящем разводе, который необходимо провести так, чтобы не остаться без штанов. Так что дел и в городе найдется.

— Ну что ты такое говоришь? — гортанно рассмеялась Людмила.

Карелин понимал, что ей неприятна та тема, которую инициировал Рудиков, однако она делает хорошую мину при плохой игре.

Люда пересела на колени к мужу, и тот крякнул, но ссаживать ее не стал. Перегнулся к столу прямо с сидящей на его руках женой, взял рюмку, опрокинул ее в себя. Затем велел Люде:

— Давай-ка по-быстрому салата подрежь. И сала. Мало сделала.

Ей только этого и надо было, словно без указаний мужа Рудикова теряла все ориентиры в жизни. Она жарко поцеловала Виталика, поднялась с его колен и обратилась к Лапушиной:

— Пойдем, поможешь мне.

Женщины удалились в сторону дома, оставив Виталия и Сергея наедине. Карелин посмотрел на приятеля и понял, что тот не настолько пьян, как могло показаться раньше.

— Ты, Серег, на меня не гневись, — проговорил Рудиков на удивление ясным голосом. — За Нинку мне обидно — ты вроде как ей уже ребенка заделал, а все жениться не торопишься. Ускорить как-то надо твой развод с этой твоей принцессой на горошине.

Он лез не в свое дело, что Сергею очень сильно не понравилось. Но Виталик заботился о Нине, и это смягчало Карелина.

— Развод не ускоришь, — отрезал он. — У нас дети, общая хата. Придется за свои кровные метры пободаться. Но не переживай, срок у Нинки еще небольшой — все успеем.

Он отсалютовал Рудикову бокалом, на что тот отреагировал странной сальной улыбочкой. Налил себе еще рюмку водки и, выпив, переключился на то, что было Сереже не так интересно, но не вызывало раздражения.

На футбол.

После застолья Нина и Карелин отправились в ту комнату, которую Сергей обычно занимал вместе с Лилей. Даже постельное белье им постелили то же самое, что стелили им с женой.

От данного аспекта Карелин мысленно отмахнулся, потому что Лапушина, кажется, показывала всем своим поведением, что сегодня у них будет секс.

Она стащила с себя одежду, осталась в одном только белье и повертелась перед Карелиным. Фигура Нины уже округлилась. Похоже, она была из тех женщин, которые начинают набирать равномерный вес с первых дней беременности. Да и животик уже нарисовался, что Карелину лишь нравилось.

— Покажешь мне, что свингерство для тебя неприемлемо? — хрипло спросил Сергей, устроившись на постели.

Нина тихо рассмеялась, закинула за спину пряди длинных волос.

— А что, мне даже понравилось бы, если бы ты ревновал меня, пока я с другим, — внезапно ошарашила она его.

Лапушина сопровождала эти слова легкой полуулыбкой, потому Карелин решил поддержать игру:

— И в этот момент я бы трахал другую. Как тебе такой расклад? — вскинул он бровь.

Нина не смутилась. Направилась к нему, покачивая бедрами, когда оказалась рядом, оседлала его и поерзала. Даже через одежду он чувствовал жар ее желанного тела.

— Я же знаю, что ты спал с Лилей, когда мы были здесь… Я — за стенкой, а она — в твоей постели. К такому мне не привыкать.

Карелин мысленно чертыхнулся. Зря он затеял этот разговор. Однако Лапушина уже склонилась к нему и коротко, жаляще поцеловала.

— Кстати. Я нашла покупателя на твои доли, Сережа. Он обработает Лилю и она на все согласится, — произнесла Нина.

Это было столь внезапно, а сменившийся вектор беседы так ощутимо охладил пыл Карелина, что у него даже стояк ослаб.

— Ты нашла покупателя? — как болванчик повторил за любимой Карелин. — И кто же он?

Нина ответила сразу же. Уверенным голосом она сообщила:

— Дамир. Он даст тебе приличную сумму. Тебе нужно соглашаться и брать эти деньги, Сережа.

Часть 24

Она была настолько непоколебима, что первым порывом Карелина стало желание ответить утвердительно. Но он понял, что его в этом что-то задевает.

Ссадив Нину с рук, он поднялся с кровати, прошелся по комнате, пытаясь уложить в голове, что именно его напрягает.

— Мне не нравится Валиев, — наконец, озвучил он то, что его и царапало.

Еще в момент, когда Дамир познакомился с Лилей, Сергей видел, что тот смотрит на его жену как-то особенно. Это взбесило за считанные мгновения, а потом Карелину подумалось: может, это к лучшему? Найдет свое пристанище Лиля с Валиевым и всем будет легче. А потом он понял, что его вообще не устраивает картинка того, как его жена счастлива с другим. В принципе.

— Почему это? — насупила брови Лапушина.

— Не знаю. Какой-то он… скользкий.

Она фыркнула, а потом подбоченилась.

— Это не потому ли, что он глаз на твою жену положил? — внезапно спросила она.

Это было столь неожиданно-неприятно, что Карелин даже оторопел. Надо взять паузу и обдумать свои сиюминутные реакции.

— Он положил глаз на Лилю? — уточнил спокойно Сергей.

— Можно подумать, у тебя есть другая жена, — не без обиды откликнулась Нина.

Она сложила руки на пышной груди и отвернулась.

— Будет совсем скоро, — мягко проговорил Карелин.