Амелия Борн – Вместо прости - прощай (страница 10)

— Мне не нравится, как вы с моим папой себя ведете, — рыкнул он, когда они с Ниной оказались на кухне.

Лапушина даже не успела сунуться в духовку, обернулась к нему и посмотрела удивленно. Затем удивление сменилось довольной улыбкой, Нина подошла к Сергею и, обняв его за шею, шепнула:

— Как же ты меня возбуждаешь, когда ревнуешь!

Она потерлась об него всем телом, и Карелин за мгновение запылал. Но уже решил для себя, что не позволит любовнице вить из себя веревки и переводить тему. Раз ему нравилось то, что с нею все было не так, как с Лилей, то и давить надо было именно на эти точки.

— Хватит, — сказал он, хмуро сдвинув брови.

Взял Нину за талию и решительно от себя отодвинул.

— Перестань флиртовать с папой, — велел он Нине.

Та невинно распахнула глаза.

— Сереж… ты что? Я не флиртовала! Вот вообще! — принялась горячо заверять она. — А то, что он меня ниже поясницы шлепнул, так это просто Александр Егвеньевич выпил и немного расслабился. Но я теперь такого не позволю, обещаю!

Она вздохнула, все же проверила пирог, повернулась к Сергею и добавила:

— Про ребенка мне понравилось, что он сказал. Но чтобы малыш у нас всем был обеспечен, нужно педалировать продажу вашей с Лилей квартиры. А если твоя жена будет против, так у меня уже человек есть, который просто твои доли выкупит. Не так дорого выйдет, как если целиком продавать, но всяко лучше, чем ничего.

Часть 15

Это был тот камень преткновения, обдумать который толком Карелин еще не успел. Он понимал умом, что Нина права. Что если они будут строить крепкую семью, где у них родятся дети (а один из них уже наверняка был на подходе), то ему просто придется сделать некий первый транш. Вклад в будущее с Лапушиной.

С другой стороны — справедливо было бы оставить квартиру Лиле и сыну с дочерью. Эти наследники уже родились, они имелись в наличии и им было нужно где-то жить. Конечно, Сергей не был дураком, чтобы переписывать жилище на почти бывшую жену, но он мог бы просто не трогать свое семейство — пусть продолжают существовать так, как привыкли. Однако Лапушина уже несколько раз заводила разговор о том, что когда они станут жить вместе, ту квартиру надо будет продать.

— Если Лиля будет против и начнутся какие-то дела с законом, мол, там дети прописаны — ерунда. Оформишь дарственную. Так делают, я знаю. Прикрывают истинную сделку безвозмездной. А доказать ничего нельзя. Деньги получишь наличкой. Или покупатель скинет мне на счет, а я уже сниму и отдам тебе.

Она говорила эти вещи совершенно четким тоном, было понятно, что Нина обдумала ситуацию в деталях. И уже подсуетилась — не только обмозговала варианты того, как получить средства в обмен на квадратные метры, но и подыскала того, кто выложит нужную сумму.

— Я поговорю с Лилей на днях, — сказал он, притягивая любовницу к себе. — Попробую доказать ей, что продажа целой квартиры будет гораздо выгоднее и мне, и, в первую очередь, ей.

Лапушина расцвела и, обняв его за шею, шепнула в губы:

— Старики твои скоро уедут? Признаться, маман у тебя выдала… — покачала она головой.

Сергей машинально сжал челюсти. Надо будет поговорить с Галиной Викторовной, чтобы впредь думала перед тем, как открывать рот. И вообще, ни ее, ни папу никто не спрашивал на тему того, что они думают по поводу его ухода из семьи. И уж тем более про качества Лили.

— Скоро, да, — хрипло ответил он, прежде чем поцеловать Нину. Отстранился и добавил: — А после ты вся моя.

Она мелодично рассмеялась, позволяя ему касаться себя руками и губами во всех местах, где бы ему хотелось. С поправкой на то, что они были не одни, разумеется.

— Я и так вся твоя, Сережа, — гортанно заверила его Лапушина, и он почувствовал себя на седьмом небе от счастья.

Приехать вечером следующего дня домой было дурацкой идеей — это Карелин осознавал на все сто. Там наверняка ошивается помощничек-Ян, на которого Лиля всю жизнь чуть ли не молилась. Значит, надо было отыскать способ поговорить с женой без свидетелей и тех людей, которые могли повернуть беседу в ненужное русло.

Сергей решил, что правильным будет явиться к Лилии на работу. Там она находится в условиях, которые не позволят ей скандалить. А трезвость ума, с которой она проведет важный разговор, будет играть на его стороне.

С этими мыслями он приехал в офис к Лиле, прошел прямиком в ее кабинет, зная, что за двадцать минут до обеденного перерыва жена вряд ли назначит встречу или отправится на какое-нибудь совещание.

Она и впрямь оказалась на месте, и когда Сергей после стука услышал заветное «входите», толкнул перед собой дверь и оказался в кабинете жены.

Лиля вскинула на него взгляд, в котором полыхнуло удивление, почти сразу сменившееся недовольством.

— Боже мой! Что тебе еще нужно от меня прямо посреди моего рабочего дня? — процедила она, поднявшись из-за стола.

Жена пылала негодованием, что было, в целом, объяснимо. Сергей крайне редко позволял себе отрывать ее от дел. Она получала больше него, занимала более денежную должность, так что мешать Лиле зарабатывать деньги было глупо.

Это, кстати, был еще один аспект, который играл на стороне его желания продать квартиру. Дескать, ты себе сама заработаешь на все, дорогая почти бывшая женушка, а я забираю свое и ухожу в новую жизнь.

— Ну, ты меня прям возвысила своим обращением, — хмыкнул Карелин, желая тем самым сгладить те углы, о которые можно было не просто порезаться, а обеспечить себе настоящее харакири. — Я приехал поговорить, Лиля. Спокойно и без истерик. Уже прошло какое-то время, так что мы можем сесть и обсудить все, как полагается двум взрослым людям.

Жена запрокинула голову и издевательски расхохоталась. Понятно, значит, рассчитывать на обстоятельную и конструктивную беседу не приходится. Что ж, значит, он просто постарается не обращать внимания на Лилины выпады, которые наверняка будут происходить в сторону Нины, и поведет разговор в то русло, какое нужно ему.

— Когда ты уехал к своей Лапушиной, которая после позвонила и сообщила мне новости вместо тебя, кажется, ты совсем не думал о том, что взрослые люди так не поступают, — процедила, отсмеявшись, Лиля.

Она взяла папку и понесла ее к секретеру, стоящему у дальней стены. Карелин плотно закрыл за собой дверь и проговорил:

— Что было, то прошло. Сейчас бы я уже так не поступил. Каюсь. Но мы станем теперь обсуждать последствия моего ухода. Я хочу продать нашу квартиру. Куплена она напополам, так что я претендую ровно на половину. А если ты против — я буду вынужден продать свои доли кому-нибудь сговорчивому. И тогда мы оба потеряем в деньгах.

Он какое-то время понаблюдал за лицом жены, что стала неимоверно злиться, после чего прибавил:

— Давай подумаем, кому можно доверить продажу нашего имущества, Лиля.

Часть 16

То, что творил Карелин, не укладывалось ни в какие рамки — и разумные, и не очень. Он просто рушил с упорством бульдозера то, что мы создавали годами. Я могла злиться, бросаться в него первыми попавшимися под руку предметами. Могла выставить его вон из офиса, позвав охрану. Но понимала, что это лишь усугубит ситуацию.

Указав на стол, за которым работала, я присела в кресло. Сережа, немного помедлив, занял место напротив. Мелькнула мысль: может, это и стало той ключевой точкой, после которой Карелин понял, что жить со мной он больше не может? Вот эта расстановка сил, когда я была как бы «над» ним. По крайней мере, в финансовом плане.

И если бы не Нина, у Сережи рано или поздно завелась бы другая Лапушина. Та баба, которая будет ему в рот смотреть и тапочки в зубах носить. Впрочем, что толку сейчас об этом размышлять? Наступать на горло собственной песне я не желала. Да, я умела быть верной, преданной, доверяющей. Но никак не женщиной, готовой засунуть свои амбиции в задницу в угоду кому бы то ни было.

Если уж так разобраться, таких, как я, много. И что? Каждая женщина, которая получает больше мужа или занимает более перспективную должность, должна ходить по улице и оглядываться: не покажется ли рядом муж с любовницей наперевес?

— Прежде всего в сложившихся обстоятельствах мы должны думать о детях. Ты согласен? — задала я вопрос как можно более нейтральным тоном.

Сережа нахмурился и поджал губы. Смотрел на меня и молчал. Словно ему требовалось больше времени на обдумывание этого вопроса, чем полагается.

— Они не пострадают, если только ты не станешь использовать их против меня, — наконец изрек он.

Я всплеснула руками, поражаясь тому, куда Карелин попытался увести беседу.

— Дети пока вообще ничего не знают про то, что папа съехал к другой тете, от которой хочет завести новых детей. Потому что, Сережа, я искренне надеюсь на то, о чем говорила тебе секундой ранее. Соня и Тимофей — это те два человека, о которых мы должны думать в первую очередь. Даже если Нина беременна от тебя пятерней.

Я сделала глубокий вдох и продолжила, старательно уговаривая себя успокоиться:

— Продажа квартиры — последнее, чем ты должен заниматься, если хочешь, чтобы наши дети остались в привычных условиях. Сойтись с другой женщиной — это твой выбор и только твой.

— Сойтись с другой женщиной — это не значит, что я должен остаться на улице без трусов! — с жаром заявил Сергей.