Amaury Shadow – Сердце Межмирья (страница 21)

Глава 8

Аарон

Такой бури внутри себя я не ощущал никогда. Когда Каин вломился в мой офис с пепельно-бледным лицом и вывалил на стол свежие слухи, первой пришла холодная, расчётливая ярость. Чёткая. Методичная. Кто-то посмел. Кто-то решил поднять ставки и сделать её мишенью.

Затем поднялась другая волна – слепая, первобытная. Я мысленно рвал на куски невидимых врагов, выжигал до основания источники сплетен, превращал в кровавую пыль любого, кто осмелился даже посмотреть в её сторону с интересом. А потом, под этим кипением, подполз страх. Ледяной. Цепкий. Незнакомый. Не за миссию. Не за трон. За неё.

За эту хрупкую – и одновременно стальную – смертную с серебристыми волосами и взглядом, который прожигал меня насквозь, будто видел всё… и всё равно не отводил глаз.

Моя глупая выходка на парковке. Моё желание пометить территорию. Отогнать мелких хищников. Дать понять: сюда не лезьте.

Я хотел, чтобы думали, что она моя. Любовница. Прихоть. Каприз. Собственность – если потребуется. Мне было плевать, как это выглядит. Лишь бы отвадить падаль.

Но слухи об артефакте… Это уже не мелкая возня. Это война. Игра, где не пугают – уничтожают. Одно стало ясно сразу. Я защищу её. Любой ценой. Если понадобится – я сожгу этот мир к чёртовой матери.

Мы с Каином выстроили план: прийти. Объяснить спокойно, рационально. Предложить защиту. Взять ситуацию под контроль.

Разумно. Холодно. Без лишних эмоций. Но с самого порога всё полетело к чертям. Она открыла дверь. Заспанная. Растрёпанная. В чёрных шёлковых шортах и тонкой майке. Халат, наброшенный наспех, едва держался на плечах. От неё пахло теплом. Кожей. Чем-то своим – невозможным для подделки, невозможным для забвения. Мой мозг просто отключился.

Я дышал. Только дышал. И изо всех сил удерживался, чтобы не содрать с неё эту тонкую ткань одним взглядом. Кровь загудела. Проклятая сангвари во мне откликнулась мгновенно – не голодом по крови.

Голодом по ней. И тогда я увидел это. Белую повязку на её правом запястье.

И запах. Слабый. Почти стертый. Но для меня – оглушительный. Запах вампира. Его запах. Её крови. Мир сузился до одной точки. Он пил её кровь. Касался её. Прижимал к себе.

Воображение услужливо дорисовало всё, чего я не видел – и от этого стало только хуже. В мыслях я уже вгрызался ему в глотку, ломал кости, разрывал плоть, сжигал остатки его существования до серой пыли.

Пальцы сжались в кулаки. Когти едва не прорезали кожу ладоней. Спокойно.

Ты здесь не для этого. Я почувствовал, как напрягся Каин рядом. Не из страха – из понимания. Он знал, насколько тонка грань. Насколько близко я к тому, чтобы перестать быть разумным существом и стать хищником. Мы вошли. Каждый шаг по её квартире – наполненной её запахом, её голосом, её хаосом – был пыткой. Я встал у окна, спиной к комнате, пытаясь собрать себя по кускам.

Я видел её отражение в стекле. Как она медленно собирается. Как мягкость сходит с лица, уступая место ледяной маске. Как она становится той самой холодной королевой, которую боятся старейшины. И когда прозвучало слово «невеста» … Я увидел, как оно ударило по ней. Не внешне. Внутри.

Взгляд стекленеет. Плечи выпрямляются. Она будто делает шаг назад – в ту крепость, стены которой я только начал осторожно разбирать. Чёрт. А потом ворвался оборотень.

И мир окончательно сорвался с оси. Я не успел даже договорить. Сила рванула из неё внезапно. Дикая. Первобытная. Нечеловеческая. Волна, от которой воздух в комнате треснул. Каина и оборотня отшвырнуло, словно они были лёгкими игрушками. Я остался стоять. Не потому, что сильнее. Потому что не мог пошевелиться. Это было… великолепно. Я не испытал страха. Я испытал трепет. Она не была слабой смертной. Она была штормом. И в тот момент я понял одну простую, пугающе ясную вещь: если кто-то попытается отобрать её у меня —

мне придётся убивать. Не ради власти. Не ради долга. Ради неё.

Вот оно. Скрытое. То, что пряталось под маской смертной. И в тот самый миг, когда я увидел, как она бледнеет и оседает, сердце – бесполезный орган, который я давно считал камнем, – сжалось так, что в груди стало больно.

Она падает. И прежде, чем я успел шагнуть, он уже был рядом. Этот холодный, бледный ублюдок.

Он поймал её. Прижал к себе. Его руки уверенно обвили её тело, губы склонились к её виску – что-то шептали, слишком тихо, чтобы услышать.

Моё. Слово вспыхнуло в голове, как клеймо.

– Убери от неё свои руки. Немедленно.

Голос прозвучал не как мой. Низкий. Почти спокойный. Пропитанный той тишиной, которая бывает перед казнью. Каин мгновенно оказался, между нами. Плечи напряжены, спина прямая. Ещё шаг – и он будет вынужден выбирать сторону. Кассиан даже не посмотрел на меня. Он смотрел только на неё, касаясь её лба тыльной стороной ладони – почти нежно.

– С какой стати? – его голос был таким же ледяным, как мой. – Кто ты такой, чтобы указывать мне в доме моей семьи?

Моей семьи. Эти слова вонзились в мозг раскалёнными иглами.

Началась суета. Оборотень – Дейман – метался по квартире, принося капельницу, лекарства, роняя что-то, ловя на лету. Амари двигалась рядом – быстро, точно, без лишних движений. Они работали как единый организм. Игнорируя нас. Мы были лишними. Посторонними.

Когда Лию уложили на диван, а они расселись вокруг неё плотным, живым щитом, я заставил себя вдохнуть. Тишина – лишь их шёпот и звон стекла – была пыткой. Минуты растягивались до бесконечности. Она была в трёх шагах. Но между нами лежала пропасть глубже ущелий Межмирья.

– Она почти не спит после аварии, – тихо произнёс Кассиан, не отрывая взгляда от её лица. – Головные боли усилились. И… вчера она дала мне кровь.

Последняя капля. Он пил её кровь. Зная, что она не в порядке.

– И ты принял, – медленно произнёс я, – понимая её состояние?

Голос сорвался в глухой рык. Все головы повернулись ко мне. В глазах вампира вспыхнуло что-то тёмное. Опасное.

– Я не беру то, что она не предлагает сама, – холодно ответил он. – В отличие от некоторых.

Удар точный. Каин сжал моё плечо крепче. Не сейчас. Я почувствовал, как во мне поднимается не просто ревность. Нечто хуже. Желание доказать, что я имею право.

Мы ждали. Никто не требовал объяснений. Никто не задавал вопросов. Они просто ждали свою королеву. Когда Лия открыла глаза, её взгляд медленно обвёл комнату. Спокойный. Оценивающий. И прошёл мимо меня. Сквозь. Я был фоном. Шумом. Чужаком. Что-то внутри треснуло. Она даже не попыталась найти меня взглядом.

Когда она доверчиво прижалась к груди Кассиана и позволила ему увести себя в ванную, мне понадобилась вся выдержка, чтобы не проломить стену.

– А они… пара? – тихо спросил Каин, глядя на Амари.

В его голосе звучало непривычное осторожное любопытство.

– Нет, – ответила она, поправляя сливовые пряди. – Но они – смысл жизни друг друга. Это не романтика. Это… связь.

– То есть вы просто эмоционально зависимы и драматичны? – лениво протянул Каин.

Амари прищурилась.

– Тебе-то какая разница, спим мы друг с другом или нет?

– Чисто исследовательский интерес, – он улыбнулся кошачьей улыбкой. – Ваша стая необычна. Иерархия размыта. Привязанности странные.

– А кто ты в этой стае, Амари? – продолжил он мягко. – Тень? Клинок? Или та, кто решает, кого похоронят первым?

Я уловил подтекст и усмехнулся про себя. Он не столько выяснял, сколько флиртовал. Амари рассмеялась – чисто, звонко.

– Лия – центр. Сердце. Мы были кучкой злых, травмированных подростков. Она собрала нас. Создала семью. Не по крови. По выбору.

– В прямом смысле собрала, – хмыкнул Дейман, расставляя тарелки. – Я и Кассиан дрались каждый день. Амари ненавидела всех. Рейвен считали ледяной сукой. А потом пришла Лия и всех нас… приручила.

– Рейвен? – спросил Каин.

И сразу понял, что сделал ошибку. Воздух в комнате стал тяжелее. Дейман побледнел. Амари опустила взгляд. Боль. Старая. Незаживающая.

– Рейвен была истинной парой Кассиана, – тихо сказала Амари. – Она погибла шесть лет назад.

Я не успел остановить себя.

– Разве вампир не должен был умереть вместе с ней?

Голос прозвучал резче, чем я намеревался. С лестницы донёсся спокойный ответ:

– Должен.

Кассиан стоял, опираясь на перила.

Лицо – мрамор. Пепел. Пустота.

– И я почти умер.

Он спустился на ступень ниже.

– Но иногда судьба решает иначе.

Его взгляд впервые встретился с моим. И в нём не было ни злости, ни вызова. Только бездна.

– К сожалению для тебя, принц, я всё ещё жив. Думаю, нам стоит представиться. Кассиан де Верлис.

Он произнёс это ровно, без пафоса. Просто факт. Я выпрямился, собирая остатки самообладания. Принц. Веди себя как принц.

– Аарон Рейнхарт. Это мой страж и брат – Каин Иллеар.