Amaury Shadow – Сердце Межмирья (страница 13)
– Мы точно знаем, что он у тебя. Я лично видел его на тебе вчера вечером.
Я перевела взгляд – и сердце провалилось.
Он. Тот самый с танцпола. Золотые глаза. Похабная ухмылка – будто он вообще имеет право дышать в мою сторону.
– А, это ты, – заставила я губы дрогнуть в подобии улыбки. – Неужели вчера было мало? Пришёл за добавкой?
Внутри меня трясло. Мозг лихорадочно считал варианты. Пистолет против них – плевок в ураган. Четыре против одного. И они – не люди. Кассиан, где ты, чёрт возьми…
– Давай так, – золотоглазый шагнул ближе. – Ты по-хорошему отдаёшь нам браслет… и мы обещаем не сделать тебе больно. Ну, не слишком. Будем нежными. Очень… нежными.
Его взгляд липко пополз по мне, и меня едва не вывернуло.
– В этом я сильно сомневаюсь, – выдавила я. Нужно тянуть время. – Я под защитой Ордена Стражей и под покровительством северного ковена. За вред мне вы ответите по нашим законам.
Они переглянулись – и расхохотались. Звук был мерзкий, издевательский.
– Ты правда думаешь, что твой орден и кучка кровососов что-то значат? – сиреневоглазый вытер воображаемую слезу. – Или правила какого-то Верховного Хранителя, который сдох восемнадцать лет назад?
Воздух стал густым. Пистолет за поясом ощущался игрушкой. Отступать – некуда. Я едва заметно двинула рукой к поясу. И в тот же миг на мою талию легла рука. Тёплая. Твёрдая. Уверенная. Она притянула меня назад, прижав к мускулистому телу. Меня накрыл волной сдержанного дорогого парфюма – сандал, кожа и цитрус.
– Радость моя, почему ты так долго? – над самым ухом прозвучал спокойный баритон Аарона. – Я ждал, когда ты позвонишь, чтобы помочь с пакетами.
По спине побежали мурашки.
Но не паника. Не отвращение. Его прикосновение было… правильным. Уверенным, но не давящим. И от этого мне стало страшнее – уже за него. Потому что теперь они смотрели не только на меня. Они смотрели на него. И в их глазах мелькнуло узнавание.
Я подняла на него взгляд, пытаясь глазами крикнуть:
– Господа, – сказал он тихо.
Он не повысил голос.
Но воздух будто подчинился.
– Насколько мне известно, межмировые законы действуют даже в отсутствие Хранительницы. А наказания за нарушение теперь… ещё неприятнее. Мой отец, – он сделал короткую паузу, – внимательно следит за порядком.
Он чуть сжал мою талию.
– И эта смертная находится под моей личной защитой.
У меня подкосились ноги.
Его рука стала опорой, не давая упасть. Я уставилась на его профиль – холодный, резкий, невозможный в своей царственной чёткости. Лица нападавших изменились мгновенно. Похоть и насмешка стекли, как грязь. Остался шок. А затем – почти животный ужас. Сиреневоглазый первым опустился на одно колено. Остальные – следом, прижав кулаки к груди.
– Простите, Ваше Высочество! Мы не знали! Больше не побеспокоим!
Голос дрожал.
– Можете идти, – отчеканил Аарон, даже не глядя на них. – И передайте остальным, чтобы нас больше не беспокоили. Никогда.
Они исчезли. Не ушли. Растворились. Будто воздух их проглотил. Я стояла, прислонившись к машине, и пыталась дышать.
– Я не хотел, чтобы ты узнала обо мне так, – сказал он тихо.
– Кто вы? – выдохнула я. – Судя по их реакции… вы не просто важная шишка. Вы… из тех, кто устанавливает правила.
Он вздохнул и сделал формальный, почти театральный полупоклон.
– Аарон Рейнхарт. Наследный принц Межмирья. На Земле я – по заданию моего отца.
В голове щёлкнуло.
– Что вам нужно от меня? – спросила я прямо.
Он на секунду задумался.
– Сейчас? Ничего. Я увидел из окна, как к тебе приближается эта компания. Решил вмешаться. Скрываться после этого не имело смысла. Так будет проще… работать вместе. В архитектурном плане, разумеется.
Последняя фраза прозвучала с лёгкой насмешкой. Он не собирался говорить всё. И я это понимала.
– Спасибо, – сказала я искренне. – Я бы не справилась. Пистолет против них – как плевок в ураган.
Под его взглядом я вынула оружие из-за пояса и убрала обратно в машину. И только тогда до меня дошло – ослепительно, болезненно ясно: когда он обнял меня, я не испугалась. Мне понравилось. Мне захотелось ещё. И это пугало больше, чем любые межмировые ублюдки.
– Помочь с пакетами? – спросил он.
– Да. Спасибо, – кивнула я. – Одна бы не утащила.
– С тобой всё в порядке? Ты очень бледная.
– Голова раскалывается, – призналась я. – Ночь была… насыщенной.
Мы направились к лифту. Он нёс большую часть пакетов так легко, будто это не продукты, а воздух. Тишина между нами была тяжёлой, но не неловкой.
– Почему ты не задаёшь вопросов? – спросил он наконец. – Ты слишком спокойно восприняла информацию о принцах и других мирах.
– Вы бы ответили честно? – парировала я.
– На некоторые – да.
– А на некоторые – нет, – закончила я. – Я обычная смертная в городе, где у всех вокруг секреты, клыки, когти или магия. Я давно усвоила: чем меньше знаешь о гостях из других миров, тем больше шансов прожить дольше. Мне, конечно, любопытно до одури, что такое Межмирье и почему те уроды падали на колени. Но между любопытством и жизнью… я выбираю жизнь. Обычно.
– Обычно? – он повернул голову. Взгляд стал пристальным. – Тебе наскучила твоя жизнь, Аурелия?
Я смотрела на цифры лифта.
– Когда в жизни нет смысла, его нужно искать, – сказала я тихо. – А если сил нет… тогда проще закончить это жалкое существование. И уж если заканчивать – делать это эпично. Со смыслом.
Я повернулась к нему и улыбнулась – ярко, почти безумно.
– Вы же любите масштаб, Ваше Высочество? Вот и я люблю.
Он замер. В янтарных глазах вспыхнуло что-то резкое.
– Никогда больше так не говори, – сказал он тихо. Без насмешки. Без игры.
Лифт остановился. Двери разъехались. Мы вышли в коридор. Тишина здесь была густой, дорогой, почти стерильной.
– А у тебя его нет? – спросил он вдруг.
– Простите?
– Смысла, – произнёс он серьёзно.
Я рассмеялась. Непринуждённо. Почти легко. Но смех быстро стих под его взглядом. Он не улыбался. Он слушал.
– У меня есть люди, ради которых я живу, – сказала я уже спокойно. – Они и есть мой смысл. Всё, что у меня есть.
Он кивнул, будто услышал именно то, что хотел. Или боялся услышать другое. Мы остановились у моей двери. Я ввела код, приложила ладонь к сенсору. Замки щёлкнули один за другим. Он поставил пакеты на пол. И я – сама от себя, не ожидая – спросила:
– Кофе?
Слово повисло в воздухе. Глупое. Опасное. Безрассудное. Он замер на секунду. Потом уголок губ дрогнул в едва заметной ухмылке.
– Спасибо. Не откажусь.
Я открыла дверь.