Аманда Эшби – Убийца в домашних тапочках (страница 8)
– Ты не против?
– Нет, конечно, – неуверенно ответила Джинни.
Она обещала Уоллесу не вмешиваться, но он вряд ли обрадуется, когда вернется и обнаружит у себя под дверью бьющуюся в истерике женщину. А также когда узнает, что Мелочь прихватила кое-что с места преступления.
Подруги торопливо проводили Меган Харлоу на кухню и сунули ей в руки кружку горячего чая, однако молодая женщина перестала плакать далеко не сразу.
– Ну что, вам лучше? – Наседка подала ей еще один бумажный платок.
Меган взяла платок и высморкалась.
– Сп-пасибо. Но мне надо поговорить с инспектором Уоллесом.
– Обязательно. Но не у всех на глазах. Вы же знаете, люди такие сплетники, – продолжила Наседка.
Меган помрачнела и горько усмехнулась.
– Уж я-то об этом знаю как никто, поверьте. Я все еще здесь только потому, что не смогла бросить магазин на отца. А теперь… – Она снова разрыдалась и лишь через несколько минут подняла на женщин красные, с лопнувшими сосудами, глаза. – В голове не укладывается…
– Примите наши соболезнования. Но Хен права, нельзя ждать инспектора на крыльце. Уоллесу это не понравится. А вы пережили такое ужасное потрясение. Может, отвезти вас домой? – предложила Мелочь.
Наседка встревожилась:
– Нельзя бросать ее дома одну. Меган, вы можете пожить у кого-нибудь? У вас есть родственники? Друзья?
– Нет. Никто мне не поможет. И друзей у меня нет.
– Ни друзей, ни родных? Бедная вы, бедная. – Наседка разволновалась еще больше.
– Чего нет, о том и жалеть нечего. – Из глаза Меган скатилась слезинка. – К тому же я не усну, пока бедного Милоша держат в полиции.
– Почему вы думаете, что он невиновен? – Джей-Эм сверлила Меган взглядом, словно в зале суда.
Но гостья, не замечая этого, водила пальцем по ручке кружки.
– Потому что Милош и Ваня, его дядя, – наши хорошие друзья. Почти двадцать лет назад отец помог Ване открыть бизнес, а теперь на его мастер-классы не пробиться, его услугами пользуются все в округе. – Меган взглянула на Мелочь. – Ну… почти все.
– У меня денег не так много, – объяснила та. – Но я уверена, что он чудесный человек.
– Да. И Милош тоже. Уоллес держит его в полиции только потому, что Милош иммигрант. – Меган снова заплакала. – Его кто-то подставил.
– Как его могли подставить? И почему свидетели слышали, как он ругался по телефону с вашим отцом? – спросила Джей-Эм.
– Говорят, папины часы нашли в комнате Милоша, а еще что его рабочие ботинки были в крови. Но это неправда. Ботинки украли у Милоша неделю назад. Он разувается, прежде чем зайти в дом. На прошлой неделе он привез кому-то диван. Вышел – а ботинок нет. И человек, который их украл, наверняка подбросил их в комнату Милоша вместе с папиными часами. Его подставили. А если вы думаете, что обойщик со стажем позволит взять свои рабочие ножницы, чтобы
– Прошу прощения? На что вы намекаете? – ощетинилась Джей-Эм, но Наседка погладила ее по руке:
– Не волнуйся. Меган только хочет сказать, что уважающий себя портной бережет свои ножницы исключительно для работы.
– Понятно. – Джей-Эм потерла подбородок, словно обдумывая услышанное, и решительно кивнула: – Да, это другое дело. Даже странно, что никто не указал Уоллесу на этот факт.
– Ты же знаешь, как полицейские загружены. У них, наверное, совсем нет времени на хобби. – Мелочь покусала губу. – Но замечание и правда очень меткое. И как я раньше не додумалась!
– Там столько всего произошло, – напомнила ей Наседка.
Джинни не верилось, что один только аргумент про ножницы убедит Уоллеса в невиновности Милоша. Она повернулась к Меган:
– Что еще, кроме ножниц, заставляет вас думать, будто Милош невиновен?
Какое-то время молодая женщина молчала; тонкие пальцы потянулись к золотому медальону, висевшему на шее. Потеребив его, Меган прерывисто вздохнула:
– Понимаете… Мы любим друг друга. И он ни за что не причинил бы мне боль.
И Меган, потеребив медальон в последний раз, снова зарыдала.
Глава пятая
Меган, то и дело отпивая из кружки и комкая салфетки, вывела на экран телефона фотографию. Милош Петрович казался моложе своих тридцати восьми; у него были светло-русые волосы, высокие скулы и теплые глаза шоколадного оттенка. Милош и Меган снялись в парке развлечений Блэкпул-Плежер Бич. Милош крепко обнимал Меган за плечи; в его взгляде светилась любовь. Меган, такая же влюбленная, положила руку ему на грудь, прямо под золотой подвеской.
Джинни склонилась ниже. Кажется, на Меган сейчас именно эта вещица? Нет. На фотографии не медальон, это что-то плоское, хитрой формы.
– Красивая, да? – Меган коснулась экрана – она явно поняла, на что смотрит Джинни, и увеличила снимок. Вблизи подвеска оказалась птицей с двумя головами под одной короной. – Сербский орел. Милош носил ее с детства.
– Очень симпатичная. Вообще я не приветствую, когда украшений слишком много, но ему идет, – признала Джей-Эм.
– И вы оба здесь такие счастливые, – прибавила Наседка.
Меган снова уменьшила снимок и вздохнула:
– Чудесный был день. Тогда-то все и началось. Понимаете, Милош ни разу не катался на американских горках. Поэтому я его позвала покататься. Мы дружили, мне и в голову не приходило, что он хочет чего-то еще. Ну посмотрите на меня. Я и в сравнение не иду с девушками, с которыми он мог бы встречаться. Но он сказал, что они ему не нужны. Сказал, что ему нужна я.
– Красота уходит, характер остается, – строго заметила Джей-Эм. – Так что же произошло? Почему полиция решила, что Милош убил вашего отца?
Меган зло всхлипнула:
– Потому что отец был против нас. Говорил, что встречаться с человеком вроде Милоша – ниже моего достоинства. Издевался он, что ли? Он же сделал состояние на Ваниных мастер-классах, он продавал ткань людям, которые ходили на эти мастер-классы. Но отец все равно считал себя лучше Вани и Милоша. Ему было наплевать, что у меня наконец началась своя жизнь. Что появился кто-то, кто любит меня. Отец всегда держался так, будто мы члены королевской семьи. Но я отказывалась расстаться с Милошем.
– Вполне естественно, – мягко сказала Наседка, и Мелочь кивнула, соглашаясь с ней.
– Что было дальше? – поторопила Джей-Эм, пока Меган не расплакалась снова.
– Отец пригрозил, что перестанет снабжать Ваню тканями, которых больше нигде нет, и отменит все будущие мастер-классы. Милош хотел поговорить с ним на этот счет. Объяснить, что он зря наказывает Ваню. Разговор не получился, они поссорились. И… – Меган шумно сглотнула. – Отец позвонил в полицию, сказал, что на него напали, потребовал, чтобы суд запретил Милошу приближаться к нему.
– Судебный запрет на приближение? – Джей-Эм вскинула брови.
Меган с горестным видом кивнула.
– Милош не из тех, кто распускает руки. Он не такой, честное слово. Просто отец не любит, когда что-то не по его. Я отговорила его подавать заявление, но дело все равно плохо.
– Значит, полиция в курсе ваших отношений? – продолжила Джей-Эм, и Меган снова кивнула.
Воцарилось молчание: все обдумывали услышанное. Ясно, почему Милош попал в подозреваемые.
Джинни думала, сжав губы.
– Где Милош был вчера? Почему полиция так уверена, что он убийца?
Меган вздохнула.
– Он поругался с дядей. Боюсь, Ваня тоже был против наших отношений. Он хотел, чтобы Милош женился на одной девушке из Белграда, дочке давнего друга семьи. Милош выскочил от дяди и уехал погонять на мотоцикле. Носился по проселкам, и даже если он попал на дорожные камеры, сомневаюсь, что полиция станет просматривать записи.
– А вы где были? – спросила Джинни – отчасти чтобы не дать Меган снова впасть в отчаяние.
Прием возымел эффект. Молодая женщина вытерла слезы, которые уже было заблестели на ресницах.
– Я весь день просидела с бухгалтером. Все так запутано. Если я скажу, что Милоша подставили, мне никто не поверит.
– Да, но кто мог это сделать? Может, кто-то хотел расправиться с вашим отцом… или с Милошем? – допытывалась Джей-Эм.
– С отцом. Милоша все любили, – не раздумывая ответила Меган.
– А та женщина, на которой дядя хотел его женить? – спросила Джинни. – Если о браке договаривались родственники, она не чувствовала себя ущемленной в правах? Или ее семья?
– Она живет в Сербии. Милош клялся, что она тоже не хочет за него замуж. К тому же я знаю, кто убийца. Это Энтс Манчини.