Амалия Лонг – Краснокнижники (страница 2)

– Ты уверен? – спросил я.

– Абсолютно, – ответил он. – Я знаю, что делаю.

Мне хотелось поверить.

– Ладно, – сказал я после паузы. – Попробуем.

Я открыл брокерский счёт, перевёл деньги и передал ему доступ.

– Смотри только, не мешай процессу, – добавил он. – Рынок не любит нервных.

– Я не буду вмешиваться, – ответил я. – Делай своё дело.

Вечером я надел наушники, включил рок, взял сигареты и пошёл гулять по набережной. Я представлял, как через пару месяцев буду смеяться над нынешней версией себя – тем самым парнем, который всё ещё сомневался.

Я думал, что наконец начинаю новую главу.

Когда я вернулся домой и лёг спать, внутри впервые за долгое время было тихо.

И эта тишина казалась мне хорошим знаком.

Глава 2. Кортизол

Проснувшись утром, я почему-то боялся зайти в аккаунт. Странный, почти детский страх сковывал меня, хотя разумом я понимал, что ничего не изменится от того, что я подожду ещё несколько минут. Я написал другу – он молчал. Сообщение оставалось без ответа, и это молчание начинало звучать громче любых слов.

Я встал, умылся, почистил зубы и, как обычно, позавтракал своим любимым онигири. Этот маленький ритуал почему-то всегда успокаивал меня, будто еда способна вернуть контроль над реальностью. Но сегодня даже привычный вкус не помог.

Я сел за стол, открыл ноутбук и несколько секунд просто смотрел на экран, собираясь с силами. Волнение росло постепенно, как давление перед грозой. Я нажал кнопку входа.

Страница загрузилась.

И я увидел цифры.

На счету было **–1 500 000**.

Минус полтора миллиона.

Моих денег там не было. Более того, я должен кредитному брокеру ещё полтора миллиона. Я пытался анализировать ситуацию настолько, насколько позволяет мой психотип в условиях стресса. Я открыл историю операций и увидел сделки по фьючерсам, использование кредитного плеча, агрессивную торговлю. Всё стало ясно почти мгновенно, поэтому первичный этап отрицания прошёл довольно быстро. Это не была техническая ошибка. Это были реальные действия.

И я не совершал этих действий.

Это сделал Артур.

Для меня и моей семьи это была огромная сумма – больше, чем всё, что мы когда-либо держали в руках одновременно. Я сидел в оглушительной тишине и не понимал, что делать дальше. В голове было пусто, но тело уже начинало реагировать: учащённое дыхание, холодные ладони, напряжённые плечи.

Я набрал Артуру.

Тишина.

Повторный звонок – без ответа.

Мама спрашивала меня о погоде, о каких-то бытовых мелочах, и я отвечал автоматически, не вникая в смысл слов. Внутри происходил совсем другой процесс, и я не мог совместить два мира – обычный разговор и финансовую катастрофу.

Через несколько минут стало ясно, что сидеть дома невозможно.

Я вышел на улицу. Всё вокруг казалось немного размытым, будто я смотрю через мутное стекло. В глазах плыло, мысли сбивались. Я вызвал такси и поставил конечную точку – дом Артура.

На улице была изморось. Может быть, светило солнце, может быть, шёл дождь – я не помню. Сознание находилось в тумане. Я бы, наверное, не заметил, даже если бы мимо пролетели инопланетяне. В тот момент мир сузился до одного человека и одного адреса.

И тогда в кровь ударил кортизол.

Организм перешёл в режим защиты. Сердце билось быстрее, мышцы напряглись, дыхание стало поверхностным. Вторая стадия – гнев – пришла почти сразу после шока. Паника сменялась яростью. Я больше не хотел плакать или анализировать. Я хотел действовать.

Я просто хотел набить ему морду.

Набить так, чтобы зубы разлетелись по асфальту. В голове уже рисовались сцены, где я хватаю его за воротник, прижимаю к стене и заставляю почувствовать ту же безысходность, которую чувствовал сам. В ярости фантазии становятся честнее реальности, и я уже почти физически ощущал, как напряжение выходит через кулаки.

Такси остановилось.

Я вышел.

Дверь его подъезда показалась мне слишком обычной для того, что произошло внутри моей жизни. Я поднялся на этаж и нажал звонок.

Никто не открыл.

Ожидаемо, подумал я.

Я позвонил на телефон – он не ответил. Несколько попыток подряд. Без результата.

Я стоял перед дверью и понимал, что Артур либо не дома, либо просто не хочет разговаривать. И в этот момент в голове начал формироваться план. Если он не откроет – значит, нужно найти способ встретиться иначе. Можно договориться с любым мимо проходящим человеком, например с курьером. Благо их сейчас действительно много. Объяснить ситуацию, попросить помощи – во мне всё ещё жила вера в то, что среди людей есть нормальные.

Я спустился вниз и вышел на улицу.

Сердце постепенно замедлялось, но злость никуда не исчезала. Она просто стала холоднее.

Я начал ходить возле дома, пытаясь собрать мысли. Что я могу сделать сейчас? Куда обратиться? Есть ли возможность оспорить операции? Можно ли доказать, что торговля велась без моего согласия?

Я достал телефон и ещё раз внимательно посмотрел историю сделок. Дата, время входа, IP-адрес. Всё указывало на действия с устройства Артура. Это было важно. Не для эмоций – для фактов.

Впервые за утро я начал думать не как человек, которого предали, а как человек, который должен защищать себя.

Я записал скриншоты. Сохранил данные. Сделал копии. Если дело дойдёт до разбирательств, доказательства будут нужны.

Кортизол постепенно отступал. На смену ярости приходила усталость. Организм больше не был в режиме атаки. Теперь он требовал восстановления.

Я сел на лавку и посмотрел вперёд.

Полтора миллиона.

Это не просто цифра. Это обязательство. Это последствия чужого решения. Это новая реальность, в которой мне предстоит жить.

Я вспомнил, как всё начиналось – мои планы открыть интернет-магазин, моя вера в то, что я смогу стать независимым. Ирония заключалась в том, что попытка ускорить путь к свободе привела к полной потере контроля.

Но даже в этом хаосе я начал замечать одну вещь.

Я не сломался.

Я злился, да. Но не впал в ступор надолго. Я анализировал. Я собирал данные. Я искал решения.

И, возможно, именно это было важнее всего.

Я поднялся с лавки.

Решение нужно будет принять позже. Сейчас главное – не позволить эмоциям управлять следующими шагами.

Я больше не хотел драться. Драка не вернёт деньги. И не решит долг. А вот холодная голова может дать шанс.

Когда я уходил от дома Артура, злость всё ещё сидела внутри, но теперь она уже не ослепляла. Она превращалась в топливо.

И впервые за этот день я подумал не о том, как отомстить, а о том, как выжить.

Глава 3. Красная мантия

Вернувшись домой, я всячески пытался успокоиться. Вспоминал разные практики и советы психологов – вроде «переспи с проблемой», «не можешь изменить ситуацию – измени отношение к ней».С первым советом не задалось. «Переспать» у меня так и не получилось. Я даже сам не понял, сплю я или нет. Лежал всю ночь в холодном поту, глядя в потолок, и слушал, как тикают часы.В какой-то момент я всё-таки написал боссу, что заболел. Сообщение получилось коротким и слишком нейтральным, но объяснять что-либо я был не в состоянии.К утру я принял решение снова поехать к Артуру.

В семь часов утра я уже сидел в круглосуточном кафе на террасе напротив его подъезда. Решил, что стучаться сейчас бесполезно. Нужно выбрать другую тактику. Я называю её тактикой выжидания.У меня пропал аппетит, поэтому я заказал только чашку кофе. Всё, что я делал в эти часы, – пил кофе и курил. Сигарета за сигаретой, глоток за глотком. Кофе остывал быстрее, чем я успевал его допить, но я всё равно заказывал новый.Утренний свет постепенно заполнял улицу. Дом Артура выглядел обычным: серый фасад, закрытый подъезд, молчаливые окна. Ничего не изменилось.

Прошло уже почти три часа. Глаза начали постепенно смыкаться – то ли от бессонницы, то ли от нервного перенапряжения. Казалось, разум постепенно сдаётся, и я начинаю терять грань между реальностью и собственными фантазиями.