Амалия Бенар – Горец из клана Маккензи: Тайна (страница 7)
– Рассказывай! Эй!
– Да нечего рассказывать. Вождь клана тот еще самодовольный тип, вся его жизнь наполнена правилами.
На другом конце провода наступило всепоглощающее молчание, а Оливии необходимо было выговориться.
– Я сегодня проспала завтрак, так он меня отчитал перед всеми!
– Всеми? – Беатрис охнула.
– Да, он живет в замке со своими дядей и тетей. Кузина еще есть, она учится не здесь, а сейчас вообще отдыхает на Канарах. Мне только тетя Агата понравилась, такая милая и добрая. Не то, что этот Роберт Дункан Маккензи! – последнее предложение она зло процедила сквозь зубы.
– Ого, это совершенно не вяжется с твоим вчерашним сообщением и найденной информацией! И не говори, что ты не знала!
– Я вчера погорячилась, назвав его красивым! А ты о чем, Беа?
– Я вчера после твоего сообщения погуглила про замок, ну и так… Слушай, не могу поверить, что ты не знала, куда едешь!
Оливия устало вздохнула:
– Я ехала в библиотеку. К книгам. Меня вообще не интересовало ничего, кроме этого, – словно появилось второе дыхание, она радостно продолжила. – У Маккензи невероятная коллекция книг! Это удача, что мне позволили поработать здесь!
– Эта смена настроения точно нормально? Или это все же предсвадебный мандраж?
– Ну… – Оливия забралась с ногами на диванчик и уставилась в окно, выходившее на подъездную дорогу. Со второго этажа открывался чудесный вид на зеленые лужайки и часть яркой клумбы. Вдали серая дорога терялась за волнами холмов. По светло-серому небу порывистый ветер гнал стальные тучи, обещая грозу. И Оливия, ничего не утаивая от лучшей подруги, поведала о первой встрече с вождем клана, разбитой вазе и злополучном виски, благодаря которому она согрелась и отлично выспалась. Жалела ли она о произошедших казусах? Конечно, нет… Или немного. Ее все еще не выгнали из резиденции Маккензи, что уже было успехом. Теперь оставалось продержаться две недели и собрать нужную для диссертации информацию. Что будет делать дальше, английская мисс не думала, точнее не загадывала. Она понимала, что, узнав о поездке в Шотландию, с ней будут серьезно беседовать родители, постоянно волнующиеся, что скажут другие, и жених.
Беатрис с ухмылкой на губах выслушала исповедь сбежавшей невесты и только произнесла, сдерживая хохот:
– Устроила переполох в глухой глуши!
– Я же не специально!
– Зато будет, что вспомнить! А не пыльные книги из их библиотеки! – подруга продолжала смеяться.
– Кстати, мне уже нужно идти к пыльным книгам, – строго заметила Оливия.
– Иди! Теперь-то я спокойна, что твоей чести никто и ничего не угрожает.
– Хм, звучит неоднозначно.
Беатрис, став серьезной, практически шепотом поделилась:
– Я видела в интернете фото этого Роберта Дункана Маккензи. И он чертовски хорош!
– Беа! Внешность обманчива!
– То есть ты уже успела разочароваться. Это хорошо!
– Хватит говорить загадками! Выкладывай, как есть, и я побегу работать.
– Да бабник он! Ловелас, известный во всей Шотландии!
– Да ладно! – теперь была очередь Оливии смеяться, образ строгого молодого вождя клана Маккензи не вязался с типажом ловеласа. – Нудный и высокомерный тип! Мне кажется, ты специально искала компромат на него.
– Признаю! Хотя честно, искать-то и не пришлось, все на виду. Удивительно, что ты была не в курсе.
– Забыла, что я даже не знала, как он выглядит? – прыснула Оливия, но, не дожидаясь ответа, добавила. – Мне уже надо идти. Спасибо, Беа, что предупредила. Чмоки!
– Чмоки, Ливи! Надеюсь, теперь ты понимаешь, как тебе повезло с Генри?
– О, да, – согласно кивнула она.
Завершив разговор, Оливия долго смотрела на список контактов, не решаясь позвонить Генри. А он, как обычно, во время командировок был занят, чтобы написать банальное, но какое-нибудь милое сообщение. А его невеста, привыкнув за все время их отношений, держалась так же отстраненно холодно во время этих вынужденных разлук.
В первое время ей было тяжело привыкнуть к этому. Еще в самом начале их романа Оливия любила оставлять милые записки в карманах его пиджаков или прикреплять к холодильнику, делясь забавными мыслями и просто теплыми словами. Но и этот ритуал остался без заинтересованности Генри.
Отбросив идею, написать сообщение жениху, английская невеста решила не думать о грустном, поэтому схватила ноутбук со столика и блокнот, в котором обычно делала пометки, и направилась в библиотеку. По дороге она столкнулась с Морной. Служанка, смущенно улыбнувшись, только произнесла:
– Ми-из, мне жаль, что вам досталось от милорда.
– Меня совершенно не волнует мнение ВАШЕГО милорда, – Оливия гордо вздернула подбородок. – И кстати виски был вкусный, я ничуточки не жалею, что пригубила перед сном.
В библиотеке миссис Маккензи уже что-то печатала на ноутбуке, сверяя записи на листе бумаги и даты в календаре. Когда гостья вошла, стараясь не шуметь, она отвлеклась от работы и улыбнулась:
– Оливия, у меня есть одна очень интересная книга. Хотя вы наверняка знакомы с ней. Думаю, с более поздним изданием, – миссис Маккензи протянула слегка потрепанную рукопись с красиво выведенными цифрами внизу обложки: «1895».
– Эм-м… Но «Религия древних кельтов» вышла в свет в 1911 году, – девушка-кельтолог нахмурилась. – Я точно помню, потому что я искренне впечатлена этой гениальной работой профессора МакКалоха.
– Верно. Но это первое издание, выпущенное в университетской типографии, – тетя вождя Маккензи положила ладонь на обложку книги и с короткими паузами, словно подбирая нужные слова, продолжила. – И здесь еще сохранились… Самые… «Смелые» теории нашего соотечественника.
– То есть вы хотите сказать, что в официальную, если так выразиться, книгу попало не всё?
Ответом был короткий, но уверенный кивок.
Оливия, нервно сглотнув, затараторила:
– Ох, я так благодарна вам, тетя Агата. Это не выразить словами!
– Не стоит. Уверена, что эта информация будет вам полезной, – лицо миссис Маккензи украсила легкая улыбка.
Боясь дышать, англичанка присела на край кресла и медленно провела по красным буквам заголовка: «Религия древних кельтов». Ощущая волнение от прикосновения к истинному сокровищу, она позабыла про хозяина замка, оказавшегося знаменитым бабником, и начала чтение культового научного труда. Это было сродни чувству, когда в руках оказывается стакан чистой воды, и нестерпимо хочется утолить жажду. Вода холодит губы, рот и горло, даруя наслаждение свежестью.
Изредка отвлекаясь на пометки в своем блокноте, Оливия погрузилась в таинственный мир верований древних кельтов. Она читала вдумчиво и медленно моментами хорошо знакомый текст, боясь пропустить что-то важное. Глоток за глотком, кельтолог неспешно утоляла жажду поиска истины.
После нескольких часов в библиотеке в столовой был подан обед, на котором, к радости английской гостьи, мужчины не смогли присутствовать, сообщив коротким звонком, что слишком много дел. По лицу миссис Маккензи было заметно, что эта новость огорчила ее, поэтому обед прошел в тишине, изредка нарушаемой короткими разрозненными фразами.
– Жаль, что погода испортилась. Я хотела показать вам наш сад, – в голосе слышались нотки печали. – Сегодня вечером нужно будет попросить Роберта рассказать нам легенду о чертополохе.
Последовавшее молчание не смутило миссис Маккензи:
– Роберт отличный рассказчик, любящий легенды и мифы. Ему нет равных в Хайленде.
– Хм… Не уверена, что он согласится, – тихо возразила гостья, не представляя, как этот «напыщенный индюк» будет развлекать ее, англичанку.
Первый день в Шотландии подходил к завершению. Роберт и его дядя Рэналф пропустили хай-ти, что еще больше опечалило миссис Маккензи. Но не английскую гостью.
Хотя на ужин мужчины обязаны были явиться, как положено в замке Лауд, поэтому к их возвращению был накрыт стол раньше обычного. В этот раз Оливия, не желая выслушивать выговор вождя клана, появилась в столовой вовремя. Однако, ее манили ароматы мясного рагу и свежеиспеченного хлеба, а не страх гнева владельца замка.
К тому же английская гостья ужасно проголодалась, первый день оказался насыщенным и познавательным, как она успела написать в своем дневнике. Спустившись на первый этаж в столовую, Оливия замерла в дверях, наблюдая словно на экране телевизора суету прислуги и неспешную беседу четы Маккензи. Было в этом что-то знакомое, а может просто желанное. Домашний уют и гармония. Ведь именно такие мысли навевало лицезрение пары Маккензи. Казалось, они понимают друг друга с полуслова, с полу взгляда или даже читают мысли друг друга.