Алёна Цветкова – Южная пустошь. Книга 7 (страница 18)

- Не могу сказать, что я одобряю твой выбор, Хурра. Но мешать тебе не стану. Думаю, ты сама способна отличить хороших людей от плохих, а человека достойного твоего внимания от того, кто будет искать твоего общества только потому, что ты принцесса.

- Значит ты его не казнишь? - вскинулась моя дочь.

Я фыркнула:

- Нет, не казню. Но накажу по-другому. Потому что, милая моя, такие проступки нельзя отставлять без наказания.

-У-и! - завизжала Хурра, спрыгивая с кровати и бросаясь мне на шею. - Мама! Ты у меня самая лучшая!

- Но и ты, Хурра, должна выполнить наш уговор.

- Мам, но я же объяснила, я не могу! - Искренне возмутилась она.

- Я не договорила. - тяжело вздохнула. Кто бы мог подумать, что мои мои дети столь разного возраста повзрослеют так одновременно? - Но ты должна мне пообещать, что не станешь рисковать собой понапрасну и будешь очень осторожно. Иначе я никогда не прощу себя за то, что не заперла тебя во дворце, заставив быть правильной принцессой.

- Хорошо, мам, - отозвалась Хурра. - Я обещаю...

А потом добавила задумчиво:

- А Гирему его дед категорически запретил общаться со мной... Он сказал, что я не его сада яблочко... Почему он так сказал, мам?

Потому, что он прав. Хотела сказать я. Но вместо этого вздохнула, обняла дочь, притянув ее к себе.

- Мам, - Хурра обхватила меня за шею и зашептала на ухо совершенно восторженно, - правда здорово, что его зовут так же, как моего папу, да?!

Глава 11

Я не собиралась рассказывать Гирему все. Я позвала его только для того, чтобы узнать, кто был прежним носителем дара Древних Богов, который теперь достался внуку Адрея. Но хитрый Гирем так повернул разговор, что я невольно разболтала ему о чувствах нашей дочери и о способностях маленького Гирема.

- Хм, - задумчиво произнес он, - думаешь, этот пацан на самом деле избранник Хурры?

- Избранник? - фыркнула я, - это всего лишь мальчик, который ей нравится. Таких «избранников» у нее будет еще целая телега. Хотя ты прав, меня немного напрягает, что ей понравился внук Адрея. Ты ведь тоже заметил, как сильно он похож на Третьего советника моего отца? Я предпочла бы, чтобы это был кто-нибудь другой.

- А я предпочел бы, чтобы это случилось гораздо позже, - покачал головой Гирем. - Я ничего не имею против бывшего рода Бокрей. Их кровь сильная и мужчины там неплохие...

В этом месте я не сдержала кривую ухмылку, мы всегда расходились во мнениях по поводу Адрея и его отца.

- Меня настораживает другое. Если он, и правда, избранник Хурры, то это меняет все наши планы!

Не только я в нашей паре не могла держать язык за зубами.

- Ты о путешествии по миру, когда Хурре исполнится восемнадцать? - спросил я, мгновенно догадавшись,, кто именно должен был составить компанию непоседливой дочери.

- Ты знаешь? - вскинулся Гирем. - А мы договаривались держать нашу поездку втайне от тебя... Чтоб не нервировать и не натолкнуться на категорический запрет с твоей стороны.

- Хурра рассказала, - кивнула я, умолчав о том, как именно это было сделано. Мне стало немного обидно, что Гирем думает, будто бы я мама-монстр, запрещающий детям любые проявления индивидуальности. Как он, вообще, мог так думать про меня? Он же видел, сколько свободы давала я Фиодору и Анни! - И я не против.

- Неужели?- вскинул брови Гирем. - впрочем, если этот пацан избранник Хурры, то о поездке можно забыть. Она выйдет за него замуж при первой же возможности.

- Замуж?! - я не смогла сдержать смех. - Про какой замуж ты говоришь? Во-первых, Хурра еще слишком мала. Очень скоро вся ее любовь исчезнет как дым. А, во-вторых, ее мужем никогда не будет потомок Бокреев! Никогда! - отрезала я.

- Елина, - Гирем смотрел на меня странно... Как на разумного ребенка внезапно ляпнувшего откровенную глупость, - ты же вроде не дура, но иногда тупишь, что мне становится страшно. Неужели ты еще не поняла, что я таскаюсь за тобой все эти годы не потому, что не хочу забыть и жить спокойно. А потому что не могу не любить. Мое проклятье - кровь Аддии в моих жилах. Если она если кого-то полюбит по-настоящему, то никогда и ни за что не позволит чувствам исчезнуть, как дым. Поэтому меня и беспокоит, что дочь встретила своего избранника так рано. Я думал, у нее будет несколько лет свободной и счастливой жизни, а не этого вечного ожидания и несбыточной надежды, что вы когда-то снова будете вместе.

Я сглотнула... Было в его словах что-то такое. Цепляющее. Вызывающее во мне... нет, не любовь, скорее сочувствие и искреннюю жалость.

- Но ты сам бросил меня. Ты отдал меня Адрею... И говорил гадкие слова, вроде «побудешь пока его женой, потом вернешься», «у наших детей будет кровная связь с королем и титул» и многое другое... И, вообще, не надо сейчас обвинять меня в том, что у нас ничего не получилось!

- Я не обвиняю, - слегка обозначил он горькую улыбку,- я же не мог сказать тебе,что больше всего на свете мечтаю прибить этого проклятого Адрея. И его отца заодно. Но я не мог пойти против твоей воли. Это проклятье для всех мужчин, в чьих жилах течет наследство Богини... Мы всегда покорны воле той, которую избрало наше сердце. И если бы приказала, то я лично отвел бы тебя к нему, а потом забрал бы обратно. Хотя сам умирал бы от ревности и боли.

- Хурра не такая! Они не станет таскаться за мальчишкой, если он вдруг отвергнет ее, - мотнула головой. - Я, вообще, сомневаюсь, что эта ее влюбленность надолго. Помнится, ей точно так же нравился старший сын Дишлана.

- Ты про Рошку? - улыбнулся Гирем. Мы оба сделали вид, что его неудобных откровений не было. - Ты не права, Хурре нравился не мальчик, ей нравилось его желание спорить. Когда все вокруг соглашаются с тобой, то человек, имеющий собственное мнение, пусть даже не правильное, большая ценность. Рошка заставлял ее двигаться вперед, учиться, познавать мир и свои способности, чтобы доказать ему свою правоту. Наша дочь, Ель, будет хорошей королевой, потому что с юных лет умеет находить нужных ей людей. И у нее перед глазами есть идеал, к которому надо стремиться, - ты...

Я досадливо поморщилась. Никогда не любила лесть, а уж такую неприкрытую вовсе. Правильно говорила Хурра, она похоже на упавший в грязь рахат-лукум.

- Хватит льстить мне, Гирем... Я свое слово сказала. Хурра забудет мальчишку, а он забудет ее. Но если запрещать им проводить время вместе, то все может сложиться куда хуже. Но я пришла к тебе не за этим, если помнишь. Меня интересует откуда взялся это проклятый дар, и кто владел им до маленького Гирема? Если тебе, конечно, что-то известно...

Он усмехнулся и заметил:

- Это не лесть, это правда, - и тут же торопливо добавил, увидев, как мне не понравились его слова, - а по поводу Дара... Воров таких я не припомню, но пару лет назад в Аддии появился очень удачливый нищий. Звали его, если я не ошибаюсь, Аллаин. Откуда он появился неизвестно, но его везение поражало. В столице даже появилась поговорка: везет, как Аллаину...

- Не думаю, что этот Аллаин именно тот, кого мы ищем, - покачала я головой. - Дар Древних Богов доставшийся Гирему совсем другой...

- Это если ты не знаешь подробностей всей этой истории, - не согласился со мной Гирем. - поначалу везение этого хитреца было мелким: купцы, проходивший мимо него, очень часто теряли свои кисеты.

Кисет для купцов из Аддии это все равно, что мошна у грилорских купцов. Хотя они не носят свои кошели на поясе, демонстрируя их величину, чтобы подтвердить свой статус, а прячут за пазуху, чтобы деньги были ближе к телу, но суть от этого не меняется, аддийский купец хранит свой кисет так же, как грилорский мошну: больше чем жену, детей и даже свой собственный глаз. И то, что рядом с Аллаином купцы теряли кисеты это на самом деле очень странно.

- Но Аллаин никогда не забирал упавшие кисеты себе, он всегда окликал владельца и возвращал потерю, - продолжал Гирем,- среди нищих его считали идиотом. А вот купцы невольно прониклись. Сначала его вознаграждали мелкой монеткой, потом монеты стали покрупнее... Тут ведь какое дело, сама знаешь, что аддийские мужчины любят прихвастнуть. И стоило одному кинуть нищему не лар, а куруш, так сразу стало неприлично давать меньше.

Я насмешливо фыркнула. Тут Гирем был прав. Желание аддийских мужчин выделиться часто играло против них.

- Думаешь, Аллаин нарочно вытаскивал кисеты?

- Думаю, что не мог нищий внезапно стать опытным карманником, хотя это объяснение приходит на ум первым. Но это еще не все, - улыбнулся Гирем. А я вздернула брови. Что еще? - Потом один купец позвал нищего в гости и все стали наперебой приглашать его отобедать.

- Какой хитрый и продуманный нищий, - усмехнулась я. - Но это, и правда, могло быть просто везение, а не Дар...

- Подожди, - перебил меня Гирем. - Я еще не все рассказал! Через некоторое время после визита, у одного из купцов пропал кисет, которым султан наградил его прадеда за героизм в какой-то битве. Именно это золото и стало основой богатства рода, и пустой уже кисет хранили, как реликвию, хотя от награды султана там осталась лишь дырка на дне. Купец, конечно расстроился. Вызвал стражу, но те только посмеялись над ним. Кому нужен пустой и к тому же дырявый кошель?

- Ты рассказываешь слишком долго, - вклинилась я в крохотную паузу. Мне не понравилось, что Гирем не дал мне договорить. - Переходи к сути.