Алёна Смирнова – Макадамия (страница 1)
Алёна Смирнова
Макадамия
Пролог
– Ну вот и началось! Я так и знала!
– Да ладно тебе, Вика. Чего началось-то? Это всего лишь знакомство.
– Лера, ты правда не понимаешь, что?! Сватовство! Вот что! Черт, я думала они хотя бы моего 18-летия дождутся.
Вика металась по комнате, держа руки на голове. Она всегда так делала, когда злилась.
– Ну какое сватовство, ты чего? Папа сказал, это его новый партнер, какие-то дела мутят вместе. Очень тепло и уважительно отзывался о нем и его семье. Чего ты сразу подвох-то ищешь? – безобидно рассуждала я.
– Да, да! И поэтому те тащат своего сынка сюда? Сколько ему? 20? Что 20-летнему мужику делать здесь, расскажи? Что если не невесту приглядывать? У-у-у, как я их всех ненавижу!
Она бегала из стороны в сторону, как безумная. Глаза искрились какой-то невиданной злобой. В такие моменты Вика меня пугала. Мне казалось, что она способна вообще на всё.
– Я так просто не сдамся. Нет уж. Хватит с меня. Кем он себя возомнил? Кем, Лера?
– Вик, а ты не усложняешь, а? Если у папы с этим, как его там?
– Зуев! – отчеканила Вика.
– Ах да, Зуев. Если у них там серьезные дела, ты же знаешь, как папе важно наладить, эм, контакт. Тесный, дружеский.
– Ага, а потом семейный! Лера, да спустись ты с небес! Я понимаю, тебе 14, тебе нечего переживать. А мне 16! Они там ручки потирают, сейчас застолбят и все, сиди на попке ровно, ни туда, ни сюда. А я не хочу! Я этих придурков мажоров повидала. Головы задирают так, что того гляди шеи переломятся, строят из себя черти что, а сами пустышки! Овощи, выращенные на папины денежки. Ох, Лера, как же бесит все, а! Что ты улыбаешься? – Вика смотрела на меня с недоверием. – Тебе смешно?
– Прости, но ты такая забавная, – отвечала я, а сама не могла удержаться от смеха. – Ты только послушай себя! Сватовство-о, застолбя-я-ят, мажо-о-оры, – специально тянула каждое слово, чтобы подразнить ее. – Мы живём в современном прогрессивном обществе. Династические браки давно канули в лето. Чего ты разошлась-то? Фантазия разыгралась?
– Во-первых, не лето, а Лету, выпендрежница. А во-вторых, можешь умничать сколько угодно, но при этом ты просто дура, Орешек. Уж прости. Тебе напомнить о Гале? О Миле? Их же предки продали без зазрения совести, едва тем стукнуло 18! И за кого? За богатеньких выскочек! Я готова поклясться, что в субботу будут подкаты, будут почву прощупывать. Вот увидишь. А потом мне расскажешь, права я была или нет.
– Погоди, что значит расскажу? Ты не пойдешь? – я удивлённо смотрела на свою старшую сестру.
– Не пойду!
– Ага, опять протест? – спрашивала я, подмигивая.
– Протест! Не пойду. Иначе я там устрою такой салют, что мало не покажется, – она села на кровать рядом со мной.
– Ты же меня прикроешь? – говоря это, Вика взяла меня за руку и начала просто испепелять своим молящим взглядом. – Пожалуйста, прикрой меня, Лерка.
– Не надо на меня так смотреть! Что я скажу? Родители прекрасно знают, что в эту субботу вечером ни у тебя, ни у меня никаких занятий нет. А иного алиби они не приемлют. Пожалуйста, Вика, не дури. Все нормально будет.
– Нет. Я поеду к Сашке, побуду у него. А как все разойдутся, ты мне напиши, и я примчу.
– Э-э-это плохая идея. Очень. Папа будет в бешенстве. Вика, ну пожалуйста. Опять скандал.
– Да не привыкать. Скажи, что я в библиотеку поехала. Очень хорошую, работает допоздна.
Раз Вика начала дурачиться, я понимала, что дальше разговор на эту тему с ней вести бессмысленно. Она всё решила.
– Ладно. Я подумаю, что сказать. Вот увидишь, ты ошибаешься. Все будет замечательно. Обычный деловой визит. К тому же… А вдруг и парнишка там ничего, – улыбнулась я.
– Закатай губу, малолеточка!
– Тоже мне, старушка. Всего на полтора года меня старше, а строишь из себя великую старшую сестру!
Вика прижималась ко мне, и я чувствовала, как она дрожит. Я знала, что ей страшно. Она, как и я, боялась нашего папу и его гнева. Но уж если она что решила, то шла до конца. Всегда. Так она отвоевала себе комнату в том виде, в котором хотела. Темная, минималистичная, с кучей мистических, мрачных картин на стенах, ее комната выбивалась из общей стилистики нашего дома, но именно это Вике и нужно было. Как и нужно было выбросить всю консервативную, женственную одежду и забить шкаф джинсами, кожей и оверсайзом. И как нужно было набить себе татуировку на полбедра. По-тихому. Для себя. Так она доказывала себе, что свободна, что может делать выбор сама. К счастью, тату папа к тому моменту так и не видел. Потому что, увидь он такое, мог запросто прибить Вику собственными руками.
1. Глаза цвета изумруд
Я катастрофически нервничала. Никак не могла придумать, что сказать родителям. Ну куда могла отправиться моя неугомонная сестра в субботу на ночь глядя?! А время неумолимо шло к 7 часам. Гости вот-вот должны были приехать. Я ходила по комнате взад и вперёд, когда мама заглянула ко мне.
– Ты готова, милая? Зуевы приехали. Папа их встречает. Пойдем вниз.
Я подошла к маме и обняла ее.
– Ты чего? Что-то случилось?
«Случилось! Ещё как, мама! Вика сбежала», – пронеслось в голове.
– Да так. Нервничаю что-то, – честно призналась я.
– Ну что ты! Не впервые у нас такие ужины. Все будет, как всегда. А как устанешь или надоест, сразу иди спать.
Я улыбнулась:
– Хорошо, мам.
– Ты сестру не видела? Не могу её нигде найти, – спрашивала она, пока мы спускались. А я только плечами пожимала.
Внизу нас уже ждал папа и новоиспечённые гости.
– Держись естественно. И улыбайся! – шептала мама, при этом тихонько щипая меня за бок.
– Здравствуйте-здравствуйте! Зуев Евгений Олегович. А вы, должно быть, Виктория?
Моему взору предстал высокий, статный, седоволосый мужчина, который, улыбаясь, пожимал мою маленькую тоненькую ручку.
– Нет, я – Валерия. Очень приятно, – робко отвечала я.
– А, вас же двое! Извини, сейчас такая молодежь, что не поймёшь, кому 14, кому 16. А это моя жена, Наталья Дмитриевна, – сказал Зуев, указывая рукой на женщину.
– Приятно познакомиться, Лерочка, – буквально пропела она.
Наталья Дмитриевна выглядела значительно моложе своего мужа. У нее были роскошные темные волосы и какого-то невероятного зелёного цвета глаза. «Ведьма, не иначе!» – подумалось мне.
– Ну, а это наш старший сын, Роман Евгеньевич.
«А вот и ты, мажор!» – эта мысль пронеслась у меня голосом Вики. Я сдержала смешок и подала руку.
– Очень приятно, Роман Евгеньевич.
– Не обращай внимания, папа любит эти церемонии. Просто Рома.
– Как скажите, – растерянно ответила я.
Передо мной стоял безумно красивый, невысокий, такой же статный, как и его отец, парень и улыбался. Он был очень похож на свою маму – тот же цвет волос, те же изумрудного цвета глаза. Заглянула в них и будто под гипнозом оказалась, краска начала приливать к щекам.
– А где же сама Вика?
Вопрос папы привел меня в чувство. Здесь я должна была что-то ответить, как обещала сестре, что-то, что не вызвало бы подозрений. Но вместо этого я ляпнула, не отрывая взгляда от Ромы:
– А, она в библиотеку пошла.
«Вот дура, Лера! Какая библиотека?»
– В такой час? – в голосе отца явно прослеживалось недовольство.