Алёна Моденская – Мазыйка. Приговорённый город (страница 4)

Антон правил в сторону причала Растяпинска, который отсюда даже не рассмотреть. Однако в это время туристического сезона вся акватория заполнена огромными круизными лайнерами, прогулочными трамвайчиками, катерами и пассажирскими судами на подводных крыльях. Так что приходилось всё время сворачивать, отплывать, менять курс, пропускать.

Туча тем временем увеличивалась, закрывая уже добрую половину неба. Новикова, кажется, стало укачивать, и он уже боялся вывалить съеденное мороженое в воду.

Внезапно Новиков понял, что они отчего-то кардинально сменили направление и теперь двигались куда-то не туда. То есть, не в сторону Растяпинска и даже не возвращались к Кулибину.

— Что случилось?! — прокричал Новиков, пытаясь перекрыть голосом рёв старого мотора. — Мы куда плывём?!

— Заклинило! — только и ответил Антон, сражаясь с рокочущим мотором.

Нос лодки пару раз крутануло, Новиков обеими руками вцепился в борта, и его чуть не выбросило в воду. В лицо летели брызги, всё кружилось, мелькали то тёмные волны, то надвигающаяся туча, то отдалённые лайнеры. А вот пассажирский катер оказался не так уж далеко.

Судно пролетело мимо, подняв высокую волну, чуть не опрокинувшую моторку. Нос поднялся так, что Новикова отклонило назад. Небо, оказывается, было наполовину лазурным, наполовину — цвета разлившихся чернил. Потом нос лодки шмякнулся обратно, подняв веера брызг, и Новиков чуть не нырнул в водохранилище. Удержался, и его даже не вырвало. Хотя могло.

Однако, к счастью, свистопляска наконец прекратилась. Теперь лодка мирно покачивалась на волнах Нижегородского водохранилища. Точно посередине, там, где берегов почти не видать. Зато видать скелетированные купола Мазыйской церкви и торчащую из воды колокольню. Трещины, тёмные узкие окна, всё заросло мхом. Угрожающее зрелище.

Как будто там привидения прячутся. Что, впрочем, вполне ожидаемо, учитывая историю места. А сколько привидений скрываются там, на дне. Новиков вдруг ясно представил метры и метры под собой. Толща воды, рыбы, водоросли. И скелет города на самом дне.

— Заглохло, — вздохнул Антон. — Придётся чинить.

— Здесь? Сейчас? — не поверил Новиков. — Ты же говорил, тут можно кого-то вызвать.

— Да ладно, тут дел на пять минут. — Антон достал невесть откуда взявшийся чемоданчик с инструментами и да, стал разбирать мотор лодки.

Вот здесь, посреди водохранилища. То бишь моря. Берегов-то не видать.

Новиков же достал бумажный платочек и промокнул вспотевшую лысину, на которую ещё и воды наплескало. Так, ладно. У Антона, между прочим, золотые руки. Он что хочешь починит — дверную ручку, мульитиварку, пылесос, солнечную батарею, квадроцикл… Зато как только они ступят на твёрдую землю…

Новиков подумал, что схватил солнечный удар. Потому что из узкого окна колокольни на него смотрел человеческий череп. Провалы глазниц, бледные кости. Шляпа, воротничок, даже бутоньерка.

Скелет в костюме приветственно помахал костлявой рукой в перчатке, перебрав длинными пальчиками. Новиков, не отводя взгляда от этого персонажа, с которым жутко не любил встречаться, стал дёргать Антона за рукав, воротник, да за что придётся.

— Ну чего тебе? — наконец спросил Антон.

Новиков только молча указал на Василия, каким-то непостижимым образом расположившегося прямо в остатках колокольни.

— А ему что тут надо? — громко и изумлённо произнёс Антон.

— Вот у него и спроси, — процедил Новиков через плечо, но не отворачиваясь от Василия.

Тот тем временем вылез из окна и устроился на подоконнике. Вот не надо было в эту долбаную лодку садиться. Тряслись бы сейчас в автобусе, пусть и в расплющенном состоянии. А то этот Вася может и взаправду расплющить. Никогда не знаешь, что у него там в костяной голове под стильной шляпой.

Новиков молчал. Антон молчал. Василий, понятное дело, тоже молчал. Хотя Василиса как-то проболталась, что он умеет разговаривать. Новиков, правда, ни разу не слышал. Ему вообще не хотелось вступать с этим Васей ни в какие разговоры и вообще ни в какие контакты.

Над головами снова громыхнуло. Новиков поднял взгляд, чтобы увидеть, что шторм был уже почти над ними. А когда вернул голову в нормальное положение, понял, что их лодку понемногу относило к торчавшей из воды колокольне. То есть, прямо к Василию.

— Что будем делать? — тихо спросил Антон.

— А какие у нас варианты? — шёпотом ответил Новиков, утопая в сюре ситуации.

Они застряли посреди водохранилища. Сейчас их накроет шторм. Из воды торчат мрачные остатки затопленного города. На руинах сидит скелет в костюмчике и шляпе. Боже, в такую отчаянную ситуацию Новиков ещё не вляпывался.

— То ли ещё будет, — произнёс кто-то.

Точно, Вася умеет разговаривать. И кажется, это станет последним ярким открытием на сегодня. Да и вообще.

Потому что нос лодки почти упёрся в красивые ботиночки Василия. И скелет на миг остановил движение, стопой дотронувшись до стыка бортов. А потом резко выпрямил ногу, отчего лодку шатнуло назад. И опрокинуло.

Нос посудины задрался, Новиков не удержался и полетел спиной вниз. Кажется, по пути в воду ещё и Антона сшиб.

Последним, что он увидел, был скелет Василий на фоне грозового неба. Вася скалился и махал им ручкой, перебирая длинными пальцами.

Глава 3. В когда и зачем

Некоторое время Новиков тонул. Его уносило всё дальше вглубь толщи воды, глухой и холодной. Ни открыть глаза, ни вдохнуть. Спасжилет куда-то пропал. Пару раз мощно перевернуло, так что Новиков подумал, что попал в какую-то воронку. Кажется, пришёл конец.

Стоило так подумать, как ноги вдруг достали до твёрдого дна. Сознание ещё не успело угаснуть полностью, и Новиков сообразил, что надо отталкиваться и всплывать. Собрав остатки сил, он подсогнул колени и резко выпрямил, вложив в это движение последнюю искру жизненной энергии.

Снова поток воды, и вдруг голова оказалась в тёплой пустоте. Новиков резко глотнул воздуха, в ушах стучало и звенело, глаза открыть пока не получалось. По инерции его снова утянуло вниз, но ноги снова быстро достали до дна.

Кое-как удерживаясь на поверхности, куда сразу всплыл, Новиков пытался проморгаться. Но в размытом светлом плещущем мареве совершенно ничего не разобрать. Куда тут плыть, где берег?

Новиков покрутился, кажется, сумел рассмотреть какую-то расплывчатую зелень. Туда и направился. Пара гребков, и ноги наконец плотно встали на дно. Правда, какое-то немного рыхлое, словно песчаное.

Новиков наконец уверенно встал на ноги и хорошенько умылся. Оказалось, он по грудь стоял в тёплой реке. С одной стороны — кустистый берег со старыми деревянными мостками на тёмных столбиках. С другой — довольно широкая речка. Кажется, на противоположной стороне виднелись домики какого-то небольшого разноцветного городка.

Новиков пару раз глубоко вдохнул и выдохнул. Снова умылся, поплескав на лысину. И побрёл к берегу.

— Эй, меня-то подожди! — раздался где-то рядом голос Антона.

Хвала небесам, он жив.

Новиков покрутил головой и рассмотрел Антона метрах в десяти от мостков, за раскидистыми ивами. Парень пытался выволочь на песчаную кромку берега перевёрнутую моторку. Новиков подошёл ближе, и вместе они вытащили наконец своё плавсредство на сушу.

— Надеюсь, она не окончательно сдохла, — бормотал Антон, переворачивая лодку на дно.

— Хорошо, что это единственное, что тебя сейчас волнует, — пробормотал Новиков, оглядываясь.

— А что? — спросил Антон, осматривая мотор.

— Например, недурно было бы выяснить, где мы, — по возможности спокойно произнёс Новиков. А у самого внутри дрожащий узел начал закручиваться. Логика-то в водохранилище, к счастью, не утонула. И теперь она буквально кричала, что они выбрались из воды совсем не там, где в неё угодили.

То есть, Вася скинул их в воду где-то рядом со старой Мазыйской колокольней, на широкой части водохранилища. А теперь они обсыхали у какой-то не особенно большой речки. Берега невысокие, довольно покатые.

— Где мы вообще? — повторил вопрос Новиков, судорожно крутя головой. — И на кой он вообще нас сюда отправил?

— Кто отправил? — глуповато переспросил Антон, примеряясь к мотору лодки.

— Да Вася! — потерял терпение Новиков. — На кой он вообще вылез?! Зачем мы ему сдались?!

— Странные какие-то вопросы, — проворчал Антон. — Он часто тут околачивается, как будто сам не знаешь. Кстати, а почему ты зовёшь его Васей?

— В смысле — я зову? Разве его не все так зовут?

— Не-а, — покачал головой Антон. — Пока ты не приехал, мы его звали просто Костяной.

— Хорошее имечко. Подходящее. — Новиков достал смартфон, надеясь, что тот не сломался из-за купания в Волге.

Оказалось, аппарат работал исправно, только связи не было. Причём даже вызвать экстренную службу не выходило. Ни гудков в трубке, ни треска, ни шипения, ни столбиков связи, ни интернета. Бесконечный набор «неправильного номера». Тишина.

От этого стало ещё тревожнее. Они непонятно где, да ещё без связи с миром.

— Так почему он Вася? — Антон теперь стоял, коленом упираясь в борт лодки.

— Из-за ботинок, — спокойно произнёс Новиков. — Потому что если бы он ходил босиком, то оставлял бы узнаваемые следы. Только надписи не хватало, что здесь был Вася.

— Остроумно, — кивнул Антон.

— Всё? — поинтересовался Новиков. — Тупые вопросы закончились?

— Они ещё не начинались, — резко ответил Антон.