Алёна Казаченко – В объятиях Морфея (страница 4)

«Гигантский паук на улицах Страсбурга: жуткий монстр пугает жителей города».

Первая строчка гласила: «Массовая галлюцинация или нападение нечисти?»

Кристиан нахмурился и внимательно пробежался глазами по тексту заметки. Согласно показаниям очевидцев, которые ночью услышали снаружи странное цоканье и выглянули в окна, по улицам двигалось странное существо, похожее на фигуру человека с четырьмя парами паучьих лап. Если бы свидетелем его появления был один человек, это можно было бы списать на умственное помешательство, но уже около десятка людей утверждали, что видели под окнами своих домов чудовище.

Кристиан долго смотрел на газету непонимающим взглядом, а потом закрыл ее и положил обратно на стол. Ну ладно еще во снах – в них бывает всё, что угодно, и его сон тому подтверждение – но, чтобы в реальности? Наверняка все эти люди были не в себе, подумал он.

Но тут юноша вспомнил, как пару недель назад в газетах писали о сумасшедшем цирюльнике, который бросался на своих клиентов, подобно бешеному псу, и пытался заколоть их ножницами. Священники объяснили, что этот человек одержим бесами и забрали его в церковь Святого Петра, где, по слухам, провели над ним обряд экзорцизма, и цирюльник вновь стал самим собой.

Может быть, это вовсе не сумасшествие, и оба случаи действительно связаны с демонами? Но Кристиан всегда думал, что монстры встречаются только в сказках и легендах. Не то, чтобы он совсем не верил в нечисть: покойный дедушка когда-то рассказывал юноше, что ночью видел призрака, который исчез, стояло ему схватиться за крест и начать читать молитву. Может, потусторонние существа существуют на самом деле, но юноша не мог утверждать наверняка, ведь лично с ними никогда не сталкивался и потому любые странные явления пытался объяснить с рациональной точки зрения.

Кристиан издал протяжное «хм», взял в руки блюдце и чашку с черным чаем и, делая неспешные глотки, задумчиво посмотрел на сад, виднеющийся за окном. Настроение у него было тоскливым и подавленным, а дурной сон и заметка в газете вызвали сильное беспокойство. Сегодняшний день был странным с самого утра, поэтому юноша решил посетить свое любимое место в городе, его жемчужину – Страсбургский собор. Отец и мать воспитали его истинным христианином, поэтому он был уверен, что, если усердно молиться во имя Господа, все эти загадочные происшествия сразу же прекратятся. Услышав искреннюю молитву, Бог непременно избавит людей от происков Дьявола. Может, после посещения собора и Кристиану перестанут сниться пугающие сны?

Юноша поднялся обратно к себе в комнату и, ступая по ковру с вышивкой в виде золотистых стеблей, подошел к платяному шкафу и раскрыв его дверцы, после чего достал вешалки с одеждой и сложил их на кровати, заправленной бархатным покрывалом – за время его отсутствия кто-то из горничных успел заправить смятые простыни и навести порядок. Сняв с себя халат и ночную сорочку, Кристиан облачился в свой излюбленный костюм из английского сукна – коричневый в желто-белую полоску жилет, надетый поверх рубашки, и такой же расцветки брюки. Закрепив шелковый шейный платок янтарной брошью, он сунул руки в рукава двубортного пиджака с золотыми пуговицами. Отец всегда учил его тщательно следить за собой, поэтому Кристиан привык одеваться с иголочки – в Эклатане все юноши уделяли большое внимание внешности.

Когда Кристиан вернулся в холл, Андре держал в руках его пальто – с теплой подкладкой, модного оттенка шампань. При покупке владелица магазина осыпала юношу комплиментами, приговаривая, как оно ему идет, как гармонично сочетается с его внешностью. Андре помог молодому господину одеться и открыл ему дверь, а Кристиан ловким движением надел на голову цилиндр, захватил свою трость из стойки для зонтиков и, кивком поблагодарив дворецкого, спустился с крыльца и направился через сад к воротам поместья.

Снаружи носился и завывал ветер, резкими порывами срывая с кленов и яблонь пожухлые золотистые листья. Небо покрывала светло-серая дымка тумана. На вымощенной камнем дорожке стояли лужи – ночью был дождь, и в сыром, стылом воздухе пахло влагой, прелой листвой и переспевшими яблоками. Их в этом году созрело много, и садовник еще не успел собрать весь урожай.

Всё в этот день казалось Кристиану унылым и безжизненным: цветы в клумбах давным-давно увяли, кустарники ощетинились сухими ветками несмотря на то, что их регулярно подрезал садовник. Скульптуры в глубине сада белыми силуэтами выглядывали из-за деревьев и напоминали призраков.

Обогнув тихо журчащий фонтан с фигурой длинноволосой девы, из кувшина которой водопадом стекала вода, Кристиан добрался до ворот и вышел за пределы усадьбы. Юноша закрыл за собой кованую створку и зашагал вперед по улице, постукивая тростью по мостовой. В Страсбурге жизнь шла своим чередом: бакалейная лавка на противоположной стороне улицы уже давно открылась, а её пожилая хозяйка разговаривала со своей знакомой в дверях. Завидев вышедшего на дорогу Кристиана, она пожелала ему доброго утра, и он приподнял свою шляпу в знак приветствия. Повернув за угол, юноша ступил на мощеную улочку с жилыми домами, лавками и магазинами. Фахверковые постройки родного города он считал симпатичными и уютными: многие из них были запечатлены в виде угольных набросков на страницах его блокнотов.

Юноша медленно прогуливался по узким средневековым улочкам и вскоре вышел к каменному мосту. Опираясь локтями на перила, он некоторое время смотрел на реку Иль, спокойную и гладкую, как серебристое стекло, и здания на ее берегах, похожие на кукольные домики, которые он часто видел в детстве, когда родители приводили его в дорогой магазин игрушек, чтобы он выбрал себе подарок на день рождения. Дома и небо, отраженные в воде, создавали ощущение, что там, по ту сторону глади, существует второй, перевернутый мир.

Наконец, Кристиан перешёл мост, и в узком проеме между домами улицы Мерсье показался высокий шпиль Страсбургского собора, нависающего над городом, словно великан. Кристиан всегда восхищался этом необыкновенным произведением архитектуры, и затаил дыхание, любуясь его завораживающей, непостижимой красотой, которую невозможно было передать словами. Здание выглядело тонким и изящным, словно построенным из хрупкой слоновой кости. Переплетение резных скульптур на его фасаде было похоже на легкое, искусное кружево, а ажурный ступенчатый шпиль поднимался так высоко в небо, что пронзал молочную дымку облаков.

Ступив на Соборную площадь, юноша остановился и задрал голову, разглядывая фасад, башню, огромное окно-розу. Он не мог представить себе, что всё это в самом деле было создано руками человека. Величественный готический собор поражал невероятным масштабом в сочетании с такой тщательной детализацией: сотни фигур пророков, дев, ангелов и демонов, галерея апостолов, тончайшие арки и стремящиеся к небу шпили.

Неожиданно сильный порыв ветра сорвал с проходящих мимо мужчин головные уборы и раздул шали на плечах дам подобно парусам на мачтах кораблей. Кристиан вовремя успел поймать свой цилиндр, который тоже решил пуститься в пляс с ветром, и зашагал ко входу в собор.

Кристиан приоткрыл створку двери и шагнул внутрь огромного помещения, погруженного в полумрак и освещенного люстрами, висящими между колонн и мерцающими мягким светом. Юноша вдохнул запах церкви, который он так любил: подтаявший воск и сладковатый аромат ладана. Внутри царили тишина и покой. Медленно ступая между рядами скамеек, Кристиан оглядывался по сторонам, словно не бывал здесь множество раз и не рисовал на холстах роскошное убранство Страсбургского собора, в котором находил волшебное очарование. Даже самый равнодушный к искусству человек не мог бы войти туда, не испустив вдох восхищения, а его резьба, скульптуры, изящные колонны и позолоченный орган не могли не удивлять.

Сводчатый потолок был таким же далеким, как небеса. Статуи бородатых германских королей, женщин в капюшонах с опущенными лицами, склонивших головы ангелов провожали юношу пустыми глазами, но это не пугало его. У Кристиана даже возникло чувство, что они молчаливо желают ему добра. Высокие стрельчатые арки вздымались к потолку, а сквозь яркие витражи с ликами святых просачивался бледный дневной свет. Кристиан с восторгом разглядывал мозаики из цветного стекла. Особенно ему нравились окна южной капеллы с описанием жизни Иисуса Христа.

Переведя взгляд на алтарь, юноша неожиданно заметил впереди одиноко стоящую фигуру. Когда Кристиан входил внутрь, все его внимание было приковано к интерьеру, поэтому он только сейчас обратил внимание, что находится в соборе не один. Невысокий и хрупкий, болезненно худой мужчина стоял к Кристиану спиной и, судя по низко склоненной голове, молился Господу. Он был одет в длинный черный плащ с незнакомой эмблемой на спине – серебряный круг, внутри которого находился меч, по форме напоминающий крест и густо увитый кроваво-красными цветами мака. Но заинтересовал Кристиана не символ на спине незнакомца, а его волосы – полностью седые. Волнистые локоны, водопадом спадающие ему на спину, были словно посеребрены лунным светом.

С любопытством рассматривая незнакомца, Кристиан, боясь побеспокоить его, тихо ступал по центральному нефу. Но как бы бесшумно он не старался идти, молящийся, похоже, обладал чутким слухом: не опуская сложенных вместе ладоней, он обернулся.