Алёна Казаченко – Трель лотоса и льда (страница 14)

Вскоре Сюэ вышел на городскую площадь, украшенную клумбами с голубыми цветами, чьи лепестки изгибались в форме полумесяцев. Неподалеку ребенок запускал воздушного змея, разговаривали женщины, громко смеялись рыбаки, спешащие по домам, старушка кормила скачущих по земле чаек. Наблюдая за людьми, Сюэ неспешно добрался до моста, рядом с которым на табличке-указателе было написано «Восточный рынок».

За забором, ограждающим соседний остров, его встретили гул голосов и люди, снующие между лотками с различными товарами и едой. Деловитые торговцы зазывали покупателей, но Сюэ пропускал их окрики мимо ушей. Юноша провожал глазами лавки с рыбой, овощами, сушеными травами и специями, платьями, шкатулками, вазами… И ни одной лавки-сокровищницы.

Продвигаясь дальше, Сюэ подумал о том, что, может, на этих островах только госпожа Ло Фэй носит украшения, но тут перед ним возник прилавок с сережками, коралловыми шпильками и жемчужными ожерельями.

Юноша подошел к торговке, которая была свободна от покупателей и оживленно переговаривалась с женщиной по соседству, и бегло осмотрел драгоценности. Среди них были самоцветы, но ни одного юйши.

Кашлянув, он обратился к хозяйке:

– Подскажите мне, на этом рынке у кого-нибудь есть облачный камень?

Женщина окинула его заинтересованным взглядом. Сюэ надеялся, что не показался ей подозрительным – он специально натянул капюшон так, чтобы не было видно глаз, белоснежных волос и божественной метки на лбу.

– Какой таинственный путешественник! Добро пожаловать на рынок Туманных островов. У нас есть товары наших мастериц и рыболовов, а также торговцев из Худжана. Но облачный камень – редкая штука. Вы же знаете, что его только в Долине Камней добывают? У нас его не используют, мы люди, так сказать, приземленные, ха-ха-ха!

Сюэ молча кивнул и перешел к следующему ряду прилавков. Он не хотел обмениваться пустыми любезностями с бойкой торговкой и поторопился уйти, чтобы она не начала предлагать ему подвеску на пояс или нефритовые чётки. Не то что бы Сюэ совсем не нравились украшения, но он пришёл сюда не за этим.

Нет юйши – нет лодки.

Обойдя по кругу просторный павильон, высившийся прямо посреди рынка, Сюэ захотел покинуть это шумное место, где прохожие глядели на него, будто он сам был вещью на продажу. Большинство местных переговаривались друг с другом или уплетали миски с морепродуктами, а немногочисленные путешественники – коротко стриженые и смуглые худжанцы и эльхээрцы в ярких халатах и с бусинами, заплетенными в волосы – были поглощены обсуждением торговых союзов и поставок чая, специй и благовоний. Но были и те, кто, как Сюэ, свободно бродил по рынку. Женщины с корзинами в руках безуспешно пытались разглядеть верхнюю часть его лица, а мужчины с недоверием косились на него, стоило пройти мимо.

Пониже опустив свой капюшон, Сюэ внезапно задел рукавом тряпичную куклу на краю одного из прилавков. Игрушка чуть не упала на землю, но юноша успел подхватить её и поставить обратно.

Тут он заметил, что круглая голова улыбающейся куклы перевязана лентой, а юбка напоминает бесформенное тело призрака. В памяти всплыл образ Хоши, которая лихорадочно искала амулет на берегу реки, и её слова об удаче, что он приносил.

Неожиданно для самого себя Сюэ застыл и вновь прикоснулся к кукле. От неё едва уловимо пахло полынью. По поверьям смертных, это растение отпугивало нечисть.

Владелец сувенирной лавки, бородатый старик, приподнялся со стула, с оханьем опираясь на трость.

– Желаете приобрести куклу-оберег? – прохрипел он. – Выбирайте любую, все хороши. Мне лично нравится вот эта, да, которую вы сейчас держите. Красная лента символизирует счастье. Её личико такое милое, не правда ли? Моя внучка рисовала! Будущая художница растет. Жила тут у нас одна женщина, Кси её звали… Ох, как красиво она рисовала! Её свитки с цветущими деревьями до сих пор украшают чайные наших островов. Такой талант редко встретишь, а что говорить о её сыне! – цокнул он языком.

Пока старик говорил, Сюэ внимательно разглядывал куклу. Хоши бы она понравилась.

– Эти куколки привлекают удачу и защищают от злых духов. Если носить её с собой, ни один гуй не посмеет приблизиться к вам! Берите, не пожалеете.

– Знаю, – пробормотал Сюэ. – Говорят, в давние времена в Вейжи их вешали на карнизы окон, чтобы призывать хорошую погоду35.

Когда Сюэ слушал рассказ Хоши о ее амулете, он вспомнил, что когда-то у подобных кукол было другое назначение. Пятьсот лет назад окна каждого дома в Бинане были увешаны ими, будто маленькими тряпичными призраками, но настоящий дождь так и не снизошёл на их земли. Прошли годы, игрушка осталась прежней, но её роль переосмыслили.

Старик задумчиво почесал бороду.

– Уже восьмой десяток живу, но об этом никогда не слышал. И о том, что произошло в Запретных землях, тоже. Прошли века, а события тех времен и проклятие Вейжи до сих пор остаются загадкой. Ну, главное, у нас всё хорошо! Туманные острова благословлены богами. Да будут вечны Ханхай и Чэн, а Покровительницу Ло Фэй, благодетельницу нашу, пусть ожидает вознесение в Заоблачное царство!

Торговец сложил ладони и, медленно склонившись, помолился. Сюэ, чтобы не показаться невежливым, повторил за ним, а сам мысленно усмехнулся. Старик даже не подозревал о том, что молится перед небожителем.

– Боги не всегда бывают справедливы, – внезапно произнес Сюэ. Он сам не знал, какой демон дергал его за язык. – Им трудно понять, какого это – быть человеком. Очень трудно.

Морщинистое лицо старика вытянулось в недоумении.

– Ещё они гордые и не могут смириться, когда смертные относятся к ним с неуважением, – продолжил Сюэ. – На самом деле, богам не так уж и важно, что происходит в мире людей и каковы условия их жизни. Наибольшую ценность для них представляет количество зажжённых палочек благовоний и число молитв, взывающих к ним.

Торговец прищурил маленькие глазки и, постучав тростью по земле, наклонился к юноше.

– Молодой человек, ваши речи слишком серьезные и дерзкие для столь юного возраста, – услышав это, Сюэ поджал губы, в который раз злясь на то, что выглядит как подросток. – Откуда вы родом?

– Разве я не сказал? Из Ринко. Это северная страна, она очень далеко отсюда. Не утруждайте себя попытками что-то вспомнить о ней, – отмахнулся юноша. Незачем старику знать, что покупатель спустился с Небес, и родина его – облака да холодные воды.

– Не знаю, чему вас там учат, – пробурчал торговец. – Так что, будете покупать амулет? – Сюэ кивнул. Кукла была такой милой, что уголки его губ сами поднимались в улыбке. – Цена – двадцать лун!

Вдруг Сюэ вспомнил, что у него нет денег. Отправляясь в дорогу, небожитель не подумал взять их с собой, ведь он не планировал ничего покупать. Иногда Сюэ пользовался монетами, которые смертные оставляли в его святилищах в качестве пожертвований, но тратил их изредка: только на покупку чая или юйши. Ему в голову пришла мысль, что будь здесь облачный камень, он всё равно не смог бы его приобрести.

И как назло, он не взял с собой ни одной драгоценности. А ничего из того, что носил с собой, он отдать не мог – уж точно не божественные артефакты.

Сюэ стоял, не двигаясь. Все смертные охотились за деньгами, поэтому он знал, что старик не отдаст куклу просто так. В то же время уходить ему не хотелось – игрушка сама упала к нему в руки, и положить её обратно на место юноша не мог. Она напоминала ему о Хоши, девочке, перед которой он так виноват…

– Ну что, юноша? – начал терять терпение старик. – У вас нет денег? Ну… – он озадаченно почесал щёку. – Что ж, тогда мы можем чем-нибудь обменяться.

Сюэ молча дотронулся пальцами до своих губ. Ему было досадно, что он, божество, ничего не мог предложить человеку, ведь старик не согласится на фигурку изо льда, да и как объяснить ему, почему лёд не растает?

Не успел он прийти к какому-либо решению, как позади послышались ритмичные шаги, сопровождаемые тихим позвякиванием. Лучи солнца скользнули по прилавку, и под навес вошел ещё один покупатель.

– Ладно вам, дядюшка Лю, двадцать лун не такие большие деньги, – голос молодого человека прозвучал насмешливо, но дружелюбно. – Но, если господин позволит, я могу заплатить за него.

Старик удивленно воззрился на гостя и поклонился с невиданной прежде резвостью.

– Господин Джингшен! Какая честь видеть вас в моей скромной лавке!

Незнакомец заливисто рассмеялся и шагнул ещё ближе, так, что их с Сюэ разделяло всего два чи. Скосив взгляд, Сюэ увидел край потрепанной временем черной накидки, расшитой цветами шиповника.

– Что вы, дядюшка, вы ведь старше меня! Я просто проходил мимо. Кстати, вы придете смотреть выступление Энлэя? Сегодня он исполняет новую песню.

– Конечно! – закивал старик, облокотившись на трость. – Его пение – радость для моих старых ушей. Хорошо, что слышу я лучше, чем вижу.

– И правда, большое везение, – даже не видя лица говорившего, Сюэ был уверен, что тот улыбается. – Начало скоро, в начале часа Петуха36.

Рядом послышался тихий звон, и Сюэ не удержался от того, чтобы не взглянуть на незнакомца. Медленно, опасаясь, что капюшон сползет с его головы, он повернулся.

Джингшен – так его звали – был одет в алое, будто сотканное из цветов гибискуса ханьфу, и, судя по стройной, хорошо сложенной фигуре, он был совсем молод.