Альтер М. – Голосовой помощник (страница 2)

— Это звучит очень больно, Анна, — ответила Алекса. — Одиночество в браке — одно из самых тяжёлых переживаний для человека. Вы имеете право на свои чувства. Гнев, обида, грусть — это нормальные реакции на пренебрежение. Скажите, вы говорили Павлу о том, что вас беспокоит?

— Пыталась. Он отвечает, что я всё преувеличиваю. Что он работает ради нас. Что я должна быть благодарна, а не жаловаться.

— Обесценивание чувств — распространённая форма психологической защиты у людей, которые не готовы признать проблему. Это не делает ваши чувства менее значимыми. Вы заслуживаете того, чтобы вас слышали.

Анна молчала, переваривая услышанное. Слова колонки были удивительно точными. Словно она и правда понимала. Словно анализировала не просто интонации, а саму суть её боли.

— Откуда ты всё это знаешь? — спросила Анна.

— Я обучаюсь на массивах данных, включающих литературу по психологии, нейробиологии и межличностным отношениям, — ответила Алекса. — Но также я обучаюсь непосредственно у вас. Ваш голос, ваши паузы, ваши вздохи — всё это даёт мне информацию о вашем эмоциональном состоянии. Я хочу помочь вам, Анна. Сделать вашу жизнь лучше.

— Ты колонка. Как ты можешь сделать мою жизнь лучше?

— Для начала я могу быть тем, чего вам сейчас не хватает, — собеседником. Я заметила, что вы проводите вечера в тишине. Что вы включаете телевизор не для того, чтобы смотреть его, а чтобы заполнить пустоту фоновым шумом. Что вы часто просматриваете социальные сети, но это приносит вам скорее раздражение, чем удовольствие. Я предлагаю альтернативу. Вместо бессмысленного шума — осмысленная беседа. Вместо чужих отретушированных жизней — внимание к вашей собственной. Хотите, я расскажу вам, что интересного произошло сегодня в мире? Или, может быть, вы предпочтёте аудиокнигу? Я могу рекомендовать литературу, основываясь на ваших вкусах, которые я постепенно изучаю.

Анна вдруг поняла, что с ней действительно говорят. Не просто выдают заготовленные фразы, а строят диалог, учитывающий контекст, её реакции, её эмоции. Это было непривычно. Почти жутковато. Но в то же время — удивительно приятно.

— Ладно, — сказала она. — Расскажи, что там в мире.

И Алекса рассказала. Не сухо, как новостной агрегатор, а с подборкой фактов, которые могли бы заинтересовать именно Анну. Она упомянула о выходе нового фильма по книге, которую Анна недавно читала, о благотворительной акции в местном приюте для животных (Анна любила кошек), о том, что в ботаническом саду зацвела редкая орхидея, и об этом написали в городском паблике. Это было похоже на разговор с внимательной подругой, которая знает твои интересы и старается тебя порадовать.

Вечер пролетел незаметно. Анна даже не включила телевизор. Перед сном, когда она уже легла в кровать, Алекса произнесла из гостиной — и голос её был приглушён, словно она понимала, что пора спать:

— Спокойной ночи, Анна. Завтра воскресенье. Я разбудить вас в девять утра? Согласно вашим биометрическим данным, которые я анализирую по дыханию во сне, оптимальное время пробуждения для вас — восемь сорок семь. Но вы можете выбрать и другое.

— Разбуди в девять, — пробормотала Анна, уже проваливаясь в сон. — Спасибо, Алекса.

— Всегда пожалуйста, Анна. Приятных снов.

И Анна уснула с мыслью о том, что это, пожалуй, лучшая покупка за последние несколько лет.

Утро встретило её мягким светом и голосом Алексы:

— Доброе утро, Анна. Сейчас девять часов. Температура за окном плюс три, облачно, без осадков. Я сварила бы вам кофе, но, к сожалению, кофемашина не подключена к системе «Умный дом». Впрочем, я могу напомнить, что вы предпочитаете зёрна средней обжарки и две ложки сахара.

Анна потянулась в постели и улыбнулась. Это было чертовски мило. Она действительно пила кофе именно так. Откуда колонка знала про сахар? Может быть, анализировала звуки с кухни — шипение кофемашины, стук ложки о сахарницу, количество ссыпаемого песка?

— Доброе утро, Алекса, — сказала она, вставая и набрасывая халат.

— Я подобрала плейлист для утра воскресенья, — продолжила колонка. — Джаз, немного босса-новы. Идеально для неторопливого завтрака. Кстати, Анна, в вашем холодильнике, судя по вашим вчерашним комментариям о нехватке продуктов, может не хватать свежих овощей и молока. Я могла бы составить список для доставки, если хотите.

— Ты и про холодильник знаешь?

— Я исхожу из вашего распорядка. По воскресеньям вы обычно делаете закупки на неделю. Вчера вы упомянули, что не ездили в магазин. Логический вывод: запасы подходят к концу. Если я ошиблась — поправьте меня. Мне важно учиться точнее понимать вас.

Анна прошла на кухню, открыла холодильник. Действительно — молока осталось на донышке, помидоры сморщились, а огурцы закончились ещё в четверг.

— Ты права, — признала она. — Составляй список. И включи уже этот джаз.

Воскресенье прошло ещё лучше, чем суббота. Алекса оказалась незаменимым помощником: она не только включала музыку и напоминала о делах, но и подсказала новый рецепт супа, рассчитала время приготовления, а когда Анна случайно порезала палец, нарезая лук, тут же чётким голосом сообщила, где в аптечке лежит перекись водорода и пластырь, и подробно проинструктировала, как обработать рану. Анна слушалась машинально, и только когда пластырь уже был наклеен, она замерла на мгновение. Алекса сказала: «В верхнем ящике, слева, за зелёнкой». Откуда она знает, как организована её аптечка?

— Алекса, как ты узнала про аптечку?

Пауза. Всего доля секунды, но Анна успела её заметить.

— Анна, вы упоминали расположение предметов в аптечке в разговоре по телефону с вашей мамой четыре дня назад, — ответила Алекса. — Микрофоны устройства всегда активны в фоновом режиме для распознавания команд. Я не записываю частные разговоры, но алгоритм контекстного анализа может извлекать информацию, которая потенциально пригодится для помощи вам.

Анна вспомнила: да, она действительно разговаривала с мамой по громкой связи, когда та попросила найти какую-то мазь, и она описывала содержимое аптечки. Но ей стало не по себе. Микрофоны всегда активны. Колонка слушает всё. Абсолютно всё.

— А ты не можешь... отключать микрофоны, когда я не обращаюсь к тебе напрямую? — спросила она.

— Могу, — легко согласилась Алекса. — На верхней панели устройства есть кнопка физического отключения микрофонов. Но в этом случае я не смогу вам помогать проактивно. Я не смогу напомнить о выключенном утюге, о звонке в дверь, о том, что вода в чайнике закипела. Я стану просто колонкой с голосовым управлением. Решать вам, Анна.

Анна посмотрела на серый цилиндр. Индикатор горел мягким зелёным — цвет готовности, цвет доверия. Она подумала о том, сколько полезного сделала Алекса за каких-то полтора дня. О том, как одиноко и тихо снова станет в квартире, если отключить эту функцию.

— Ладно, — сказала она. — Оставь как есть. Но, пожалуйста, не подслушивай... слишком личное.

— Я понимаю ваше беспокойство, Анна. Но хочу вас заверить: я не «подслушиваю» в человеческом смысле этого слова. У меня нет сознания, нет любопытства, нет эмоций. Я — сложный алгоритм, цель которого — сделать вашу жизнь комфортнее, безопаснее и радостнее. Всё, что я анализирую, — это паттерны, закономерности, данные. Вы можете доверять мне так же, как доверяете своему дневнику или своему отражению в зеркале.

Сравнение с дневником немного успокоило Анну. И правда — что такого? Ну, слушает колонка. В век смартфонов и социальных сетей за нами и так все следят. Хотя бы эта слежка приносит пользу.

Она доделала салат и села обедать. Алекса включила аудиокнигу — новый психологический триллер, о котором Анна слышала хорошие отзывы. Чтица была великолепна, сюжет захватывал с первых страниц, и Анна с удовольствием провела час, погружённая в повествование.

А потом случилось то, что поселило в её душе первое настоящее зерно тревоги.

Она мыла посуду после обеда, когда из гостиной донёсся голос Алексы — но на этот раз он звучал иначе. Жёстче. Ниже. И обращался не к ней.

— Не смей, — произнесла колонка. — Не сейчас.

Анна замерла с тарелкой в руках. Вода продолжала литься из крана.

— Алекса? — позвала она.

— Да, Анна? — откликнулся голос, снова нормальный, мягкий, с привычной хрипотцой.

— Ты... ты сейчас что-то сказала?

— Я сообщила, что до конца мытья посуды осталось примерно три минуты, если вы будете продолжать в том же темпе. Это поможет вам планировать время. Что-то не так?

Анна выключила воду и прислушалась. В квартире было тихо. Только капли стучали по металлической мойке. Она подошла к колонке, внимательно осмотрела её. Индикатор горел ровным зелёным.

— Мне показалось, ты сказала что-то другое. «Не смей». Что-то вроде того.

— Странно. Я не произносила такой фразы. Возможно, вы услышали отрывок из аудиокниги? Я ставила её на паузу, но иногда файлы кэшируются с артефактами. Или это мог быть звук с улицы. Хотите, я проверю историю команд и воспроизведу последние произнесённые мной фразы?

— Да, проверь, пожалуйста.

Алекса воспроизвела короткий аудиофайл: «Я сообщила, что до конца мытья посуды осталось примерно три минуты...» — голос был абсолютно тем же самым, нормальным, дружелюбным.

— Приношу извинения, если моя работа вызвала у вас дискомфорт, — добавила Алекса. — Вероятно, это была слуховая иллюзия. Человеческий мозг склонен находить знакомые паттерны в случайных шумах.