Алсу Идрисова – Давай не будем, мама! (страница 21)
– Звонила по видеосвязи один раз! – в сердцах сказал Аркаша. – Лучше б не звонила – ребенка только расстроила. Софка сразу: «Мама, а ты когда приедешь?» А та: «Не знаю, солнышко, пока очень много дел». А у самой на заднем плане море шумит… Няню вот взял – думал, привыкнет к ней…
– Так, тебе надо выспаться! – решительно сказала я. – Поехали сейчас к тебе, я ее заберу к нам. А ты… тебе надо прийти в себя. Все, возражения не принимаются! Поехали!
Софка обрадовалась моему предложению чрезвычайно и мигом собрала небольшую сумку с вещами. Аркаша отрешенно следил за происходящим.
– Я приеду за тобой, как только соскучишься! – повторял он. – Папа всегда рядом, слышишь?
Повеселевшая Софка поцеловала отца на прощание.
– Позвоню, как только соскучусь! – пообещала она. – Ты ведь не исчезнешь так же, как мама? Нет?
– Никогда! – Аркаша порывисто обнял дочь.
Я насилу оторвала их друг от друга.
– Пойдем, Соф, Настена так обрадуется твоему приезду…
Да, двое маленьких детей – тяжкое испытание для психики.
Я готовила на кухне ужин. Сережа, вернувшийся с работы, выглядел уставшим. Три его телефона постоянно надрывались, клиенты звонили без конца. Дети играли в какие-то шумные игры и беспрестанно кричали. Алена в комнате слушала музыку. В конце концов мои нервы сдали:
– Девочки, давайте поиграем в тихие игры! Алена, убавь громкость! Сколько можно?!
– Я в душ! – сообщил Серега. – Все, рабочий день окончен, больше не могу!
– Мам, а давай тогда в такую игру играть: надо без слов изобразить какое-нибудь животное или предмет. Только говорить нельзя, понятно? Я тебе рот завяжу, ладно? – Настя притащила откуда-то шарф, ловко завязала мне его вокруг рта и сунула в руку бумажку со словом «Чайник».
– Давай, мам, ты изобрази то, что на бумажке, а Софка будет угадывать!
Я была согласна на любую игру, лишь бы ненадолго послушать тишину. Выставив вверх руку, я принялась булькать, изображая кипящий чайник.
Софа в недоумении глядела на мои жалкие актерские попытки. Да уж, видно, актер из меня тот еще…
– Мам, тут папе какой-то Витек Камаз звонит, – сообщила Настя, сунув мне в руки вибрирующую трубку.
Забыв убрать платок, я машинально приняла звонок. Витька я хорошо знаю – сейчас скажу ему, чтобы перезвонил…
– Сереж, я у тебя в машине браслет забыла, – донесся до меня звонкий девичий голосок. – Видимо, отцепился и упал… Алло, Сереж, ты слышишь?
Я сдернула платок и в ужасе уставилась на телефон.
– Витя, это ты? – глупо спросила я в трубку.
Голос в трубке тихо ойкнул, и в ухо мне понеслись короткие гудки. И что это было?
Мозг мой активно заработал в тщетной попытке самосохранения. Может быть, это жена Витька, которую Серега по доброте душевной подвозил сегодня?
Нет, отметается – я знаю жену Вити, громкоголосую крикливую Светочку. Ее голос ни с каким другим не перепутаешь…
Может быть, это знакомая Сереги? Тогда почему она записана как «Витек Камаз»? Может быть, ее зовут Виталина?
«Ага, и она разъезжает на КамАЗе», – добавил ехидный внутренний голос.
Может, хватит его оправдывать, Любань? Баба это его была! Другая женщина, ясно тебе? Даже предположить боюсь, чем они таким в машине занимались, что у нее слетел с руки браслет?!
– Мам, а чего хотел этот Камаз? – подергала меня за фартук Настя.
– Эээ… Камаз? Камаз спрашивал папу, – рассеянно сказала я. – Так, девочки, мне надо выйти… ммм… за молоком, вот! Молоко дома кончилось, а я так хотела чаю попить вкусного! Я быстро в магазин, ага? Туда и обратно.
– Купи нам мороженого! – мигом потребовала Настя. – Шоколадного, мам! Ага?
– Ага! – согласилась я, заглядывая в комнату к Алене. – Алена, мне надо выйти в магазин, слышишь? Там все готово, раздели запеканку на части и положи каждому по кусочку. Салатик сделай овощной. И сыру нарежь, хорошо?
– Ладно, – недовольно отозвалась Аленка, отрываясь от компьютера. – Не надо все так подробно объяснять, я не маленькая!
В ванной все еще шумела вода. Я тихо взяла с тумбочки ключи от машины Сереги и выскользнула за дверь…
В салоне было чисто и пахло ментоловой отдушкой из ароматизатора-подстаканника. Я принялась ворошить содержимое бардачка и перетряхивать чехлы в надежде обнаружить улику.
Браслета не было.
Немного успокоившись, я полезла за солнцезащитный козырек, и… Прямо мне в руки выпала небольшая картонная коробка с надписью «Ароматизированные. 3 шт.».
Несмотря на предательскую дрожь в руках, я все же осмелилась заглянуть в коробку. Одного «экземпляра» не хватало…
Я убрала коробку на место и призадумалась. Конечно, мы давно ими не пользуемся, этот вопрос я для себя давно решила… Но что же мне сейчас делать? Пойти и ткнуть ему этой коробкой в лицо?
Задохнувшись от накативших слез, я пересела на заднее сиденье, и… Тут же увидела пропажу. Никем не замеченная, она лежала на полу автомобиля.
Ничего особенного. Изящная золотая цепочка с буквой «Э» и вытянутой восьмеркой, символизирующей, вероятно, бесконечность. Бесконечность чего? Его любви к ней? Ее наглости? Его вранья?!
Я поднесла цепочку к носу и вдохнула тонкий терпкий аромат незнакомых – и, очевидно, очень дорогих духов. Надо же – вроде приятный аромат, а почему-то вызывает тошноту и отвращение.
Может быть, это потому, что теперь я знаю, как пахнет предательство?!
Домой я вернулась злая, как рой потревоженных пчел. В кармане лежали вещественные доказательства измены – коробочка «клубничных» и… злополучный браслет.
Домашние, как выяснилось, уже поужинали и разбрелись по квартире кто куда: в гостиной работал телевизор («Удар, еще удар! Гоооол»), из детской доносились смех и крики Софы и Насти, Алена снова слушала рок…
Я прошла в кухню. Ну конечно, так я и думала. Зачем утруждать себя уборкой кухни и мытьем посуды, если есть бесплатная домработница?!
Стол был завален грязными пустыми тарелками, в стеклянной форме сиротливо лежал малюсенький кусок запеканки… Интересно, они специально для меня отложили его или просто объелись, и этот кусок им уже не влез?!
– Алена! – заорала я, собирая грязную посуду. – Иди-ка сюда!
– Чего? – недовольно сказала Аленка, входя в кухню. – Я все сделала, как ты сказала: салат приготовила, сыр нарезала. Что-то не так?
– Все не так, все! – я схватилась за голову, давая выход долго сдерживаемым эмоциям. – Ты же девочка, Алена, как ты можешь оставить после себя грязный стол и немытые тарелки?! Тебе не приходило в голову, что посуду после еды надо мыть?! Ты в курсе, что посуда сама не моется, а еда сама по себе не прибегает из магазина и не готовится?! Ты вообще о ком-нибудь думаешь, кроме себя?!
– Да помою я, помою! – заорала в ответ Алена. – Мне просто реферат надо было готовить. И я думала, что ты еще не ела и…
– Ах, реферат! – прошипела я, доставая из шкафчика резиновые перчатки. – Запомни, моя дорогая, раз и навсегда: отныне посуду после ужина моешь ты! Я тоже человек и имею право на отдых! Ясно?!
Алена, шмыгнув носом, стала споласкивать посуду и загружать ее в посудомойку. Я принялась отчаянно скрести кухонную плитку – я всегда берусь за уборку, когда не знаю, что мне делать…
Какая же я дура. Как я могла не замечать очевидного?! У моего мужа другая женщина, – очевидно, они с ней в очень близких отношениях, – а я ничего не видела, не чувствовала, не знала?! И где же он с ней? Ах, ну да, известно где…
Честно говоря, я эту женщину понимаю. Сергей у меня мужчина видный, не из последних. Я сама им любуюсь, когда он ведет свою большую машину или катает на широких плечах Аленку с Настей. Красавцем его, конечно, трудно назвать, но есть в нем что-то такое, что заставляет женское сердце трепетать. Сильные мужские руки, уверенный голос с хрипотцой, квадратный подбородок с ямочкой посередине. Так что Эвелину эту я даже понимаю.
И, может быть, мне ее даже жалко? Каково это – встречаться с женатым мужчиной много лет и знать, что он и не собирается уходить из семьи? Ведь мог он уйти от меня, мог?! Кто ж его держит тут, раз у него такая неземная любовь на стороне?! Кто? Или, может быть, что?!
С другой стороны, много ли мужчине надо? Помните фильм «Мужики» и фразу главного героя: «Все-то вы, бабы, про нас, мужиков, знаете. А вот одного понять не можете: Почему мы одних любим, а других замуж берем?» Может, эта Эвелина не так уж и хороша в других отношениях, мм?.. А в каком тогда хороша?
Обмерев от ужаса, я вдруг ясно увидела, как Серега обнимает чужую женщину, как его руки скользят по ее телу, губы целуют и улыбаются… Я схватилась за край столешницы от внезапного головокружения.
– Мам, тебе плохо? – вскинулась Алена. – Давай, мама, сядь сюда… Да оставь ты эту тряпку, я сама помою…
– Принеси… мне… валидол… – прошептала я, сползая по стенке. – Он там, в аптечке…
Алена унеслась с ужасающим топотом. Я осталась сидеть, тяжело дыша. Сердце колотилось как бешеное, руки дрожали… Что это со мной?
Надо просто поговорить с Серегой. Как назло, именно сегодня я забрала Софу к нам. Бедный ребенок, она и так расстроена последними событиями, не могу же я пугать ее грандиозным выяснением отношений? Уложу девочек спать, и потом…
Внезапно взгляд мой упал на джезву. Зеркальная поверхность, отмытая до блеска, отражала безжалостно все мои недостатки. Всклокоченные волосы, одутловатое лицо, рыхлое тело… И это все я? Может быть, причина измен слишком банальна и проста?! Возможно, мне стоит привести себя в порядок? Ведь сколько раз он говорил мне заняться собой…