Аллу Сант – Рейтузы для дракона. Заклинание прилагается (страница 19)

Я возвращался домой с короткой прогулки, чувствуя, как лёгкий ветер обдувает лицо и тонкий магический барьер новой одежды приятно покалывает кожу. Всё было тихо, размеренно, даже фонарные чары горели ровно, без всплесков. Я уже поднялся по ступеням, протянул руку к двери, и именно в этот момент понял, что с моими ногами что-то не так.

Точнее, с тем, что их должно было прикрывать.

Штаны исчезли.

Без предупреждения, без звука, без характерного всполоха. Просто — были, и больше нет. Вместе с ними исчезла защита пятого уровня, слой антикомпрометации, противомагическая прострочка и два запасных узла из серебряной проволоки, вшитые портным лично, под клятву и трёхкратную проверку. И всё это — прямо на пороге моего дома.

На улице по-прежнему царила тишина, но я чувствовал, как воздух стал гуще, как что-то в пространстве дрожит от сдерживаемого присутствия. Кто-то наблюдал. Кто-то ждал. Кто-то был готов сделать шаг вперёд, протянуть руку и сказать: «Раз уж так вышло…»

Я не ждал.

Я влетел в дом с такой скоростью, которую не показывал со времён юношеских академических полётов, захлопнул дверь, активировал защиту на трёх уровнях, в том числе и ту, которую собирался оставить «на всякий случай», и только тогда позволил себе обернуться и выглянуть в окошко.

За дверью на моем пороге стояла женщина, а я очень пожалел, что магам удалось уговорить меня не встраивать в дверной коврик мини-молнию. Сейчас она бы мне очень пригодилась.

— Милорд, вы уронили судьбу. Не хотите её вернуть? — поинтересовался нежный, с придыханием голос, с едва заметной ноткой торжества:

Я молча задраил ещё один замок.

Я вызвал портного немедленно. Без предварительных записей, без церемоний и приглашений с золотым кантом. Послал гонца с одной-единственной запиской: «Срочно. Иначе — взыщу через совет магафинасов». Я был в настроении, в котором даже архивные комитеты начинали нервно шептаться за моей спиной. Еще бы такого позора за свои же собственные деньги я еще никогда не испытывал

Портной прибыл через час. Румяный, приглаженный, с тем самым выражением лица, которое обычно носят только чиновники, уверенные в собственной правоте и страховке от гнева клиента. Он вошёл в гостиную, огляделся, как будто всё ещё надеялся, что пришёл на примерку нового комплекта, а не к разъярённому дракону с положением и внушительной родословной.

— Милорд, — начал он, чуть кивнув. — Позвольте выразить благодарность за оказанное доверие и интерес к продукции нашей мастерской. Мы искренне…

— Штаны. — Я не поднимал голос. Мне это было не нужно. — Исчезли.

Он приподнял брови.

— Простите?

— Исчезли. Испарились. Пропали. На пороге собственного дома, при полной защите, в окружении защитных рун и в трёх шагах от магической сигнализации. Объясните.

Портной замялся. Мгновение, другое. Потом вновь обрел уверенность и сложил руки на животе, словно собирался сейчас читать лекцию по текстильной этике.

— Милорд, в мире нет совершенной защиты. Любое изделие, даже лучшее, может быть взломано при желании и должной подготовке. Возможно, вы стали жертвой индивидуального заклинания — бывает. Но если начнём обвинять мастеров при каждом инциденте…

— Вы дали гарантию, — перебил я. — Лично. С подписью. С перечнем заклинаний. С клятвой устойчивости. Я требую возврата полной суммы.

Он напрягся, как струна. Голос стал холодным, почти шёлковым:

— Милорд, я бы не советовал вам торопиться с подобными заявлениями. В нашем городе магические мастера держатся друг за друга. Отказ от соглашения с одним из нас может… затруднить вам будущее сотрудничество. Особенно, если вы надеетесь вновь обрести — как бы это сказать… подходящие рейтузы.

Я опешил, он сейчас вообще серьезно мне угрожает? Они что совсем страз потеряли и забыли, кто это перед ними? Как-то еще объяснить происходящее я был просто не в силах. Больше всего на свете мне хотелось дыхнуть на него пламенем, но я сдерживался. Надо сказать из последних сил.

Портной тоже молчал.

Молчание затягивалось. Видимо он полагал, что я испугаюсь остаться без портных. Что статус — это всё, а голая задница — лишь досадное недоразумение, которое я быстро забуду.

Я сделал шаг вперёд. Медленно. Не торопясь. До него дошло. Он отступил. Я не рычал. Я даже не напрягся — я был ледяной.

— Вы сейчас сказали мне, — произнёс я, — что в этом городе никто больше не сошьёт мне штаны?

Он сглотнул.

— Я сказал, что… может возникнуть сложность…

— Тогда вот что, — произнёс я, не повышая голоса, но с такой интонацией, с какой обычно объявляют осаждённому городу, что переговоров больше не будет. — Прямо сейчас вы возьмёте свою прекрасную бумажку с гарантией, свернёте её в трубочку, но не суёте туда, куда напрашивается, а направитесь с ней в Совет. Пусть они объяснят мне, как именно работает система, в которой деньги берут за защиту, но при первом же порыве ветра с дамским ароматом всё испаряется, включая обещания.

Он побледнел. Так, чтобы это стало заметно даже сквозь ровный слой автозагара и магической ухоженности.

— Милорд, я вас умоляю…

— О, вы ещё будете умолять, — отрезал я. — И не меня, а каждого следующего клиента. Потому что если хоть один из моих знакомых, родственников или союзников спросит у меня, куда обратиться за пошивом, я непременно расскажу. С подробностями. Мельчайшими.

Он сделал глупейшую ошибку — пытался меня шантажировать и я совсем не собирался спускать такую наглость на тормозах. Они что вообще забыли насколько важны драконы для империи? Почему мы считаемся аристократами над аристократами. Да, не спорю в последнее время мы относились к своим обязанностям защиты спустя рукава и не следили за рождаемостью, которая значительно упала. Но это не значит, что простной портной может позволить себе такую наглость!

— Вон, — сказал я тихо. — Сейчас. Сам. И полный возврат суммы должен быть на моем счету в течении суток.

Портной собрал остатки достоинства и направился к выходу. Неловко. Слишком быстро для спокойного шага, слишком медленно для бегства. Я дождался, пока он дойдёт до двери, и только потом добавил:

— Ах да. Мои новые штаны вы тоже прихватите. Они вам, как я погляжу, нужнее.

Дверь захлопнулась. Я остался один. Вернее — с унижением, злостью и необъяснимым ощущением, что эта война за личные границы только началась.

Я опустился в кресло. Закрыл глаза. Сделал глубокий вдох.

— Принести чаю, милорд? — осторожно спросил лакей из-за двери.

— Нет, — отозвался я. — Принеси ткань. Самую прочную. И мага-рунического специалиста. С этого дня мои штаны будут с проклятием. Для всех, кто к ним сунется. А да и найди мне нового портного.

Но подумав немного, я отослал мага. Я сам наложу чары. Я не был профессионалом в швейном деле, зато в магии разбирался не хуже любого архивного чародея, особенно если речь шла о защитных плетениях. Когда ты дракон, ты учишься быстро. Когда тебя раздевают на крыльце собственного дома — ещё быстрее.

Я выбрал самую плотную ткань — чёрную, с крепким переплетением, похожую на смесь барьера и военной мантии. Расстелил на рабочем столе, закатал рукава и взялся за работу. Первая руна — защита от телепортации. Вторая — устойчивость к наведённой магии. Третья — проклятье на любой внешний контакт без прямого разрешения владельца. Эту я вложил с особым смаком. Пусть дерзнёт кто-то снова потянуться к моим брюкам — руки зажжёт до плеча.

Спустя два часа я сидел, глядя на результат. Ткань пульсировала ровным сиянием, словно дышала. Протянул ладонь — и почувствовал мягкий отклик, почти мурлыканье. Вот теперь это было моё. Настоящее. Без фальши, без обмана, без чужих обещаний.

Я откинулся в кресле и велел подать чай. И тут, по наивности, подумал: пора бы найти того, кто сошьёт. Всё остальное сделаю сам.

Но стоило послать гонца — и началась новая глава моего личного кошмара.

— Милорд, — докладывал лакей с плохо скрываемым беспокойством, — портные отказались. Все до одного. Сказали, что заняты, ушли в отъезд, заболели или неожиданно ушли в монастырь на переосмысление. Один даже заявил, что больше не шьёт на драконов в принципе, из этических соображений.

Я поднялся. Медленно. Очень медленно. Лакей сделал инстинктивный шаг назад.

— Они сговорились, — произнёс я, чувствуя, как внутри поднимается ярость, обволакивает рёбра, застывает в горле. — Они. Все. Сговорились.

Стёкла в окнах задребезжали.

Я вышел в зал. Ходил кругами. Вверх и вниз по ковру. Иногда забывал развернуться и по инерции проходил чуть дальше, чем надо. Слуги шарахались из углов, словно ожидали, что я начну дышать огнём. В какой-то степени они были правы.

— Я — пленник, — пробормотал я, останавливаясь у окна. — В собственном доме. Из-за проклятых рейтуз. Потому что кто-то решил, что можно поставить дракона на колени иголкой и ниткой.

И пусть на стенах вспыхивали руны, пусть охрана спешила проверить защиту, а маги наверняка переглядывались в панике, меня не интересовало ничего.

Я не допущу, чтобы так и осталось. Пусть они объявили мне негласную блокаду, пусть распускают слухи и прикрываются мастерскими гильдиями — я найду выход. Даже если придётся учиться шить самому. Или, хуже того, выкрасть портного.

И тогда пусть трепещут. Все.

Глава 14. Гениальный план

Анна

Иногда кажется, что весь этот мир существует по каким-то своим, абсолютно не логичным законам, и ты либо учишься по ним жить, либо тебя очень быстро и эффективно отправляют в утиль. Я пока балансировала где-то между этими двумя ролями — всё ещё в доме, всё ещё у руля, но ощущение, что кто-то вот-вот напомнит, что я тут временно, не исчезало. И каждый день я упорно с ним боролась.