Алла Щербакова – Проклятие Святой Софии (страница 8)
Они с сыщиком изучающе посмотрели друг на друга, и главный сделал приглашающий жест, но не внутрь больницы, как надеялся Андрей, а в сторону скверика.
Скверик окружали голые липы, густо усаженные черными телами ворон.
«Обосрут» – с тоской прикинул сыщик, погладив рукав новой куртки.
– Меня зовут Савченко Анатолий Ефимович, – не обращая на птиц внимания, представился главный врач, – И у меня к вам достаточно деликатное дело. И весьма конфиденциальное. Поэтому поговорим на свежем воздухе.
Несколько ворон проскрежетали что-то с вершин дерева, с ближайшей ветки сорвался ком снега и рассыпался под ногами мужчин. Вслед за снегом с дерева спрыгнула кошка, цвет которой не удалось различить в темноте, и скрылась среди сугробов.
«Перебежала дорогу, дрянь!»
– Серов Андрей, – протянул руку сыщик, провожая взглядом животное.
Оценив количество нехороших предзнаменований, он слегка засомневался, влезать ли в новое дело прямо сегодня, но решил не концентрировать на них внимание, а то это уже становится мейнстримом. Ведра, кошки, привидения!
Одним словом – чушь собачья.
***
– Может, продолжим разговор внутри? – предложил Андрей полчаса спустя.
Его худощавая фигура резко остановилась, когда прямо перед ними рухнула сосулька, сорвавшаяся с крыши. Сыщик решил, что сейчас точно пришла пора отправиться в теплый кабинет клиента. Обычно он встречался с заказчиками дома, в родной уютной коммунальной квартире. Чтобы все члены детективного агентства могли сразу принять участие в голосовании: брать дело или нет.
А подумать об этом стоило, потому что Савченко вывалил целую гору проблем, на взгляд Андрея не имевших между собой ничего общего, а главное – не имеющих смысла или лучше сказать, мотива. Сам главный был взвинчен, хоть и старался держать себя в руках.
– Если ничего не делать, то занимать кресло главврача мне придется недолго. Какая-то мистика просто! Ни одна комиссия в этот бред не поверит, но я надеюсь на соблюдение вами секретности. Если хоть одна сволочь пронюхает, что в больнице работает частный детектив, все накроется. Вы же понимаете?
В ответ сыщик смог только кивнуть, челюсти от холода сковало. Надо было надеть парку, но кто мог знать, что за пределами Питера лютует такой мороз! Да и на прогулку он как-то не собирался. Когда утром Андрей вышел из подъезда, то вляпался в здоровенную лужу. Весь двор-колодец напоминал бассейн, из которого брала истоки река, утекающая в сторону проспекта.
Главному врачу же холод явно не мешал, видимо, солидная жировая прослойка согревала его не хуже скафандра. Только очки покрылись инеем, отчего их черная оправа казалась серебряной.
– И в качестве кого я должен появиться в больнице? К тому же мы работаем в команде, – еле смог выговорить Андрей.
Обрадованный видимым согласием главврач быстро заговорил:
– С этого момента вы представитель крупной зарубежной страховой компании под названием, скажем, «АКО энд ЛТК». О которой, естественно, никто и не слыхал, потому что ее не существует!
– Если кто-нибудь захочет проверить, существует ли на самом деле такая компания, то сразу поймет, что это лажа.
– Не поймет. Знаешь сколько этих страховых за рубежом? – главврач спонтанно перешел на «ты», – И что скрывается за аббревиатурой «АКО», можно долго гадать, искать, да и найти с десяток подходящих. А я со своей стороны представлю тебя коллективу и поясню, что такой важной птице, как ты, необходимо оказывать полное содействие, потому что заключение контракта для нашего центра сулит огромные выгоды и привлечение богатых иностранных пациентов, спонсоров… Ну, найду нужные слова, не твоя печаль. Команду твою уложим в койку!
В ответ на недоумевающий взгляд сыщика Анатолий Ефимович быстро пояснил:
– В качестве пациентов. Это я беру на себя.
Пожав руки на прощание, мужчины расстались, и Андрей с облегчением нырнул в свою Хонду. Какое-то мутное дело затеял этот главврач. Даже выслушав от него все подробности, сыщик не мог уложить их в одну историю. С какого края начинать расследование и будет ли от него какой-нибудь толк, он совершенно не представлял. Но, может, Мальвина сумеет разложить все по полочкам, все же у нее логический склад ума. Да и опыт работы в адвокатской конторе господина Бережковского – это вам не шуточки.
Дорога от медцентра имени Святой Софии заняла по обледенелой трассе почти полтора часа. Согревшийся в салоне автомобиля сыщик начал ощущать голодные спазмы. Мама наверняка приготовила что-нибудь вкусненькое. Пироги, борщ или солянка, пельмени домашние, сметанка, зелень…
Мечтая о сытном ужине, Андрей запарковал машину на платной стоянке недалеко от дома. Искать сейчас свободное место в центре города было немыслимо. Через пять минут он уже входил в родной двор, пытаясь наступать в лужи помельче.
Подоконник крайнего окна на первом этаже привычно заняла трехцветная кошка. Она зевнула и перетекла в другую позу, грациозно положив хвост в горшок с фикусом. Хозяйка кошки, любопытная бабка Шура, отдернула занавеску и помахала Андрею. Она потянулась к оконной щеколде, но отвлеклась на кошку, пытаясь сдвинуть животину с места. Пока Шура возилась, сыщик успел скрыться в подъезде.
С облегчением поднимаясь по лестнице на свой третий этаж, Андрей вдыхал запахи пищи. Они просачивались из-под дверей, вызывая обильное слюноотделение. В этом доме жильцы предпочитали питаться на своих кухнях, не доверяя кафе и ресторанам. Или, не имея денег на их посещение.
На пороге своей квартиры сыщик остановился, привычно прислушавшись. Тихо, только часы-ходики оглушительно тикают над головой. Мелодичное «Боммм» растворилось без следа в глубине длинного темного коридора, потухнув в грудах старых «крайне необходимых» вещей. Никто не скандалит, можно безопасно войти.
Стряхивая с кожаной куртки воду, Андрей зацепился рукавом за торчащую спицу детского велосипеда, висевшего на стене лет тридцать. Осторожно высвободив одежду, он повесил ее сушиться над отопительной трубой. Труба исчезала в темноте, оттуда же доносился навязчивый запах чеснока. Наверное, Зяма обедает. Пощелкав выключателем, Андрей убедился, что лампочка снова перегорела, и тут же вспомнил, что обещал Мальвине сегодня купить несколько штук.
Осторожно ступая, стараясь не зацепить по пути какой-нибудь дурацкий таз или дырявую резиновую лодку, Андрей прошел наощупь в свою комнату и зашарил по стене в поисках выключателя. В ту же секунду он замер.
Проснувшиеся инстинкты заставили мужчину тихо отступить назад в коридор. Правая рука сжалась в кулак, словно ища холодную сталь приклада.
В спальне кто-то был. Новый запах с оттенком горькой полыни перебил даже чесночную вонь. Но кроме запаха в комнате остро ощущалось присутствие. Его нельзя было ощутить привычными органами чувств, но в прошлом Андрея не раз спасало от гибели внутреннее ощущение опасности.
– Ты так и не выбросил фотографию, – тягучий голос из темноты мигом рассеял напряжение.
Андрей опомнился и включил, наконец, свет. Под теплым шерстяным пледом Инесса совершенно терялась, свернувшись калачиком в углу дивана. Белые, как снег, локоны закрывали половину лица, глаза щурились, как будто она только что проснулась. Мягкая и уютная, как котенок.
Сколько человек поддалось этому ощущению? Столько же пожалело об этом.
Не зря давние воинские инстинкты отреагировали на присутствие блондинки. Эта женщина была опаснее ядовитой змеи, но Андрей расслабился и присел рядом. Может, поэтому его так тянет к Инессе? Гремучая смесь меда, сливок и острого карри. Блюдо, которое он никогда раньше не пробовал.
Осторожно вынув из ее рук рамку с фото, он погладил пальцем стекло.
– Не смог, – выговорил он, – Тут все наши, а живы из всего трое. Я, Леха Мельник и командир дивизии.
Теплые руки обвили его шею, Инесса приподнялась, плед соскользнул ниже. Сегодня она пренебрегла какой-либо одеждой. Маленькие плотные груди удобно уместились в ладонях Андрея.
– Серов, ты выглядишь голодным. Я подготовила для тебя ужин, – промурлыкала она, прижимаясь к сыщику.
Тормозить в подобной ситуации было нельзя, Андрей опрокинул женщину на спину и приник к ее губам. Поло и джинсы полетели на пол, Инесса застонала, когда он прижал ее к дивану. Где-то далеко, в другой галактике, хлопнула дверь, послышались возмущенные голоса.
Но мужчину и женщину сейчас это не волновало.
***
– Разве можно так малевать лицо? Она прима, а не проститутка!
С ожесточением нарезая хлеб, Вера Матвеевна бросала взгляды на невозмутимую Мальвину, ожидая возражений.
– Откуда ты знаешь? – тетя не заставила себя ждать.
Она сидела на табуретке, одетая в фиолетовое вечернее платье и бирюзовые кроссовки в стразах, и аккуратным кольцом методично выкладывала ломтики соленого сала на тарелку, посыпая их молотым перцем. Тонкие розовые прослоечки мяса блестели в свете лампы. Андрей не отрывал взгляда от пальцев Мальвины, от постоянных повторений однообразных движений можно было впасть в транс, если бы не голод. Закуска выглядела и пахла божественно.
В дверном проеме он наслаждался представлением и одним глазом посматривал на тарелку, за его спиной притаилась Инесса и тихонько хихикала.
Отбросив недорезанную буханку, мать сыщика уперла руки в круглые бока и заявила:
– Балерина не может быть проституткой. Это совершенно другая сфера деятельности! Невозможно танцевать под кайфом от какой-нибудь жуткой химозной наркоты.