Алла Полански – У чёрта за пазухой (страница 4)
Только успела феном посушить мокрые волосы — опять звонок в дверь. Ну, думаю, всё! Какой бы ты, амбал, ни был, а электрошокер я не зря недавно приобрела. Обновлю!
Подбежала к двери, распахнула, зажмурилась на всякий случай — и давай шокером тыкать, куда руками дотягивалась. Слышу — визг. Далеко не похож на амбальный. А это, оказывается, Лилька вернулась!
— Ты что, мать, совсем рехнулась? — отбирая у меня парализующее устройство, кричала Лилька.
— Ой, прости, я думала, что это амбал опять пришёл…
— Какой ещё амбал?
— Да приходил тут один… здоровый, как горилла. Я ему случайно дверь открыла, думала, это ты. А он ворвался, пробежался по комнатам и вышел. Ничего не понимаю… Ой, ну что же ты стоишь? Проходи скорее, а то… мало ли чего…
Лилька протиснулась между мной и дверным косяком. Сама закрыла дверь и ещё в глазок посмотрела — нет ли там кого. Потом бросила дорожную сумку на пол и к окну побежала, отодвинула штору, на улице стала что-то неизвестное мне разглядывать. И зачем она такой баул с собой приволокла?
— Лиль, а ты где была?
— Ой, Манюнь! Даже и не спрашивай! Я тебе не говорила, что в моей квартире идёт ремонт? Рабочие совсем обнаглели — сэкономила, называется на бригаде… Должны были ещё вчера мусор собрать и в порядок хату привести, прихожу, а там конь не валялся! Я вот что… можно у тебя пару деньков поживу? — Лилька сделала самую жалостливую мину, которую я когда-либо видела на её лице.
Безупречный макияж всё же дал почву для сомнений — правду ли она говорила, но я всегда была слабохарактерной — ну не могу людям отказать, когда они просят о чём-то.
— Ну что ж… если на пару деньков, то ладно. На выходные детей у бабушки оставлю. Только с понедельника ты уж рабочих своих выгоняй! Мама долго с моими «пиявками» не выдержит.
Получив согласие, Лилька по-хозяйски разложила содержимое сумки. В ванной заняла половину полочки своими склянками с кремами и масками, попросила с десяток вешалок, чтобы вещи не мялись. Словом, чувствовала себя как дома.
Закончив разбирать пожитки, она, как фокусник, достала из уже похудевшей спортивной сумки пакетик с круассанами.
Удар под дых!
Я просто с ума сходила от круассанов с шоколадной начинкой, неужели она помнит?
— С шоколадом! Как ты любишь! — видя мой немой вопрос и алчущие лакомства глаза, выдала Лилька.
— Ой, ну что же ты сразу-то не сказала? Я бы хоть кофейку сварила. Между прочим, на днях настоящий бразильский кофе купила…
— Да не суетись! Я могу и чайку из пакетика попить, — дёрнув за рукав халата, остановила меня Лиля.
— Нет, ты не понимаешь! Весь кайф в том, чтобы их съесть именно под свежесваренный кофеёк!
— Ну раз ты такая гурманка, валяй! Вари!
Я метнулась к турке, а Лилька села за стол и закурила. Её изящной манере держать сигарету всегда завидовали все одногруппницы, а некоторые рассказывали, что даже дома пытались скопировать этот шарм, может быть, даже в некотором роде раскованность. Но ни у кого не выходило так, как у неё. И у меня в том числе.
Потом я забеременела старшим — пришлось бросить пагубную привычку. Родила сына — вернулась к ней, а потом снова бросила, когда дочь на подходе была. Теперь вот опять никак не могу расстаться с дурной зависимостью. Ну не рожать же третьего…
— Манюнь, а что мужик-то хотел? Тот, который вломился, — пуская неизменные колечки, с напускным безразличием спросила Лилька.
— А чёрт его знает! — пожала я плечами, продолжая помешивать нагревающийся кофе в турке.
— Может, он спросил чего?
— Не-а. Просто в комнаты заглянул и вышел.
— Искал кого-то, что ли?
— Может, и искал — откуда мне знать? Больной какой-то. Хорошо ещё, что по башке не настучал. Вот я тоже… Нет, чтобы посмотреть, кто звонит.
— Ясно, ну что там с кофе? А то твои круассаны сильно рискуют быть съеденными всухомятку! — попыталась отшутиться Лилька, но в этот раз актёрский дар подвёл хозяйку. Лилька была напряжена. Что-то не давало ей покоя: черты лица почерствели, а пальцы левой руки нервно застучали по столу.
— Лиль, случилось чего? — спросила я, оправляя кусочек круассана в рот.
Кофе получился, как и всегда, отменным. Даже Лилька, вдохнув этот аромат жизни, затушила, не докурив, сигарету и потянулась к чашечке.
— А? Да нет, всё нормально, Манюнь. Это я о своём задумалась что-то. А знаешь? Я тебе сюрприз приготовила. Сегодня же пятница, а вчера у нас не было времени тебя в порядок привести, но сегодня ты от меня так просто не отделаешься! Будем из тебя красавицу делать!
Я чуть не поперхнулась. Меня? В порядок? А, в конце концов, почему бы и нет? Имею право! Лилька в мейкапных делах — асс, а мне хуже не будет. Хуже-то уже, вроде как, и некуда.
— А давай! — согласилась, бодро встряхнув косматой головой.
— Так, первым делом покрасим волосы, а то уже и корни отрасли. Позор прям, как у тётки рыночной. Потом масочки всякие, маникюрчик, приоденем — и вперёд, танцевать.
Лилька, конечно, снова в своей стихии. Я попыталась протестовать, но решила — будь что будет! В конце концов, пропадёт Лилька ещё лет на пять, а я в этой квартире так и останусь прорастать. Может, мне её Боженька послал, чтобы духом воспрянуть?
Следующие несколько часов Лилька крутилась вокруг меня, как профессиональный стилист. Я даже и представить себе не могла, сколько появилось ухищрений, чтобы сделать из… сами понимаете чего, конфетку. К зеркалу меня не подпускали, зато была откупорена заботливо принесённая подругой бутылочка коньяка. И, щедро отпивая по глотку после каждой процедуры, вдруг поняла, что мне всё это нравится!
Когда Лилька, взмокшая от сушки и укладки моей причёски, ушла в комнату копаться в вещах, подбирая, могло подойти на мой сорок восьмой размер, я украдкой кинула взгляд на своё отражение. Оно было совсем не похоже на меня, оно хищно улыбнулось и подмигнуло, однако, в целом, мне всё-таки хотелось познакомиться с ним поближе. Только единственная вещь дала повод поволноваться — это платье, которое Лилька нахрапом заставила напялить. Открытая спина, пайетки, декольте… Купальник, а не платье.
— Лиль, ну ты что? И как я в таком одеянии буду танцевать? Спадёт всё нафиг, и это уже будет не танец, а стриптиз. Не, я в таком виде никуда не пойду!
— Ещё как пойдёшь! И не надо так танцевать, чтобы бретельки падали. Ты что, акробатический рок-н-ролл собралась всем показать? Танец — это просто пла-а-а-а-вные такие движения, — пропела она, извиваясь змейкой.
— Точно — стриптиз!
— Ох, и отстала ты, мать! Ох, и отстала! Придётся тебе нагонять! Ну, ничего, я же с тобой!
— Смотри сама — я не напрашивалась!
— Так, сейчас наденешь мои сапоги. Нога хоть, надеюсь, не выросла? И курточку кожаную, — деловито «упаковывала» меня Лилька.
Вещи с трудом, но налезли. Выглядела я, как бы это поприличнее сказать… пикантно. Без изрядной порции коньяка вряд ли бы, конечно, решилась в этом на людях показаться, но сегодня настроение было такое, что хотелось напиться и забыться.
Следуя заранее оговоренной культурной программе, безропотно села в ловко пойманное такси, и мы помчались по ночной Москве.
Бог мой! Живу тут столько лет, а даже не представляла, какая она красивая!
Мегаполис давил своей мощью, душил современными зданиями-гигантами, поражал иллюминацией. Голова кружилась, и я уже не понимала от чего: толи от коньяка, то ли от пролетающих мимо дорогих автомобилей и рекламных щитов.
Такси резко затормозило, и Лилька, не обращая ровным счётом никакого внимания на моё желание поучаствовать в оплате проезда, протянула водителю несколько купюр.
— Дэвушка! И это всё? — мужчина южной внешности развернулся к Лильке и нахмурил сросшиеся в одну полоску брови.
— Да, джигит, всё. А как ты думал? Таких красавиц вообще бесплатно возить надо! — лихо охладила его возмущение она.
— Вах-вах, а я и нэ заметил! Может, встретимся, черноволосая? Коньяка выпьем…
Мы так и прыснули со смеху и вышли в приподнятом настроении из салона машины.
Ночной клуб «Ленинград» находился в центре, но не кидался в глаза вывеской. От неадекватных случайных посетителей его надёжно защищали дворы. Мы зашли внутрь, и я с удивлением узнала, что Лилька успела заранее забронировать для нас столик.
— Лиль, а ты не боялась, что я откажусь идти в клуб?
— Ты? Отказалась бы? Да у тебя не было никаких шансов! Я всё продумала! Пойдём. Пока людей немного, к обстановке попривыкнешь. А то, небось, и забыла совсем, что это такое — жизнь ночная!
— Да уж! Некогда мне было по клубам шастать. Детей растила.
Столик располагался прямо у похожего на арену цирка танцпола. От него нас отделяла лишь невысокая перегородка. Играли ненавязчивые мелодии восьмидесятых, а прямо над центром «арены» висел громадный зеркальный шар, отбрасывая на всё пространство игривых «зайчиков».
Настроение поднималось прямо пропорционально выпитым коктейлям. Полупустой зал быстро заполнялся весёлыми и шумными любителями ретро-дискотеки. Музыка набирала обороты, а на «арене» появились первые «циркачи». Наблюдая за ними, я с радостью поняла, что смогу не хуже. Лилька болтала без умолку. О чём — даже не прислушивалась. Мне было приятно вновь окунуться в переднюю беззаботность и ветреность, и после очередного «Секса на пляже», я, сама от себя не ожидая, потянула Лильку танцевать.
— Ну слава Богу! Я уж думала, так и просидим всю ночь! — радостно ответила она, шумно вытягивая из соломинки остатки коктейля.