Алла Нестерова – Осенний курс для брошенной жены. Возмездие (страница 6)

– Спасибо, что приехала, – сказал он. – Проходи.

Я кивнула и пошла к дому.

ГЛАВА 6.

Зайдя в дом, я помогла Маше снять куртку. Она тут же сбросила ботинки и побежала наверх.

– Я пойду в свою комнату! Покажу папе потом, как я умею читать! – крикнула она с лестницы.

Кирилл помог мне снять пальто, повесил его на вешалку. Его движения были спокойными, размеренными – никакой суеты или нервозности. Словно вчера ничего не произошло.

– Пройдём в гостиную, – сказал он. – Я приготовил ужин.

Я молча последовала за ним. В гостиной был накрыт стол. Салаты, паста с морепродуктами (моя любимая), бутылка шампанского в серебряном ведёрке со льдом. Свечей не было – видимо, понял, что это было бы слишком.

Мы сели друг напротив друга. Кирилл открыл шампанское – пробка вылетела с тихим хлопком – и наполнил бокалы.

– За что будем пить? – спросила я с горечью, обводя взглядом гостиную, затем посмотрела на диван, камин, где вчера стояли свечи. Ничего не напоминало о вчерашнем.

– За честный разговор, – ответил он, поднимая бокал.

Я сделала глоток. Шампанское было дорогим, любимой марки – он помнил. Но вкус отдавал горечью.

– Лида, – начал Кирилл, откидываясь на спинку стула. – Я рад, что ты согласилась приехать. Нам действительно нужно поговорить.

– Я слушаю твои извинения.

Он усмехнулся – короткий, сухой звук.

– Извинения? Нет, Лида. Я не буду извиняться.

Я замерла с бокалом в руке.

– Что?

– Ты слышала. Я не буду извиняться и ползать на коленях, как ты, наверное, вообразила. Да, ты застала меня с Таней. Да, это было… неприятно. Но давай будем честными друг с другом.

– Честными? – я почувствовала, как закипаю. – Ты изменял мне с моей подругой, а теперь говоришь о честности?

– Именно. – Он сделал глоток, неспешно поставил бокал. – Наш брак давно трещит по швам, Лида. Ты просто не хотела это замечать.

– О чём ты говоришь?

– О том, что мы играем в семью. Идеальная картинка для окружающих. А что внутри? Ты превратилась в домохозяйку, которую интересуют только шопинг и сплетни с приятельницами. Когда мы последний раз говорили о чём-то серьёзном? Когда ты интересовалась моей работой, моими планами?

Слова били наотмашь. Я залпом допила шампанское.

– Так это моя вина, что ты изменял?

– Нет. Это моя ответственность. Но не будем делать из тебя невинную жертву. – Он наполнил мой бокал снова. – Ты сама выбрала эту жизнь. Удобную, комфортную, без забот.

– Ты сам сказал, чтобы я не работала!

– Предложил. А ты с радостью согласилась. И что дальше? Восемь лет ты прожила как нежный цветок, в тепличных условиях. А теперь что? Ты готова начать всё сначала?

Я снова пригубила шампанское. Голова начинала кружиться – я почти ничего не ела весь день.

– Я найду работу.

– Правда? – он улыбнулся снисходительно. – И кому нужен дизайнер без опыта?

Я молчала. Он знал ответ.

– Вот видишь. Но это не главное. – Кирилл наклонился вперёд. – Главное – Маша. Моя дочь.

– Наша дочь.

– Да, наша. И я не позволю ей жить в нищете, в старой квартире, питаться макаронами, потому что её мать решила поиграть в гордость и независимость.

– Я обеспечу ей нормальную жизнь!

– На что? – его голос стал жёстким. – На пособие? На случайные подработки? Лида, будь реалистом. Маше нужна стабильность. Хорошая школа, кружки, репетиторы. Всё это стоит денег. Больших денег.

Шампанское больше не казалось таким горьким. Я сделала ещё глоток.

– Что ты хочешь?

– Развод. – Он произнёс это спокойно, как говорят о погоде. – Цивилизованный, тихий. Без скандалов.

– И?

– Маша остаётся со мной.

Бокал чуть не выпал из рук.

– Что? Никогда!

– Лида, подумай головой, а не эмоциями. Что ты можешь ей дать? У меня – дом, достаток, лучшие школы. У тебя – что? Любовь? Любовь не оплатит счета.

– Ты не отнимешь у меня дочь! Я буду бороться! В суде! Ты не имеешь права! – слезы жгли глаза, но я не позволяла им литься.

– Я и не собираюсь отнимать. – Он откинулся на спинку стула. – Ты сможешь видеться с ней. По выходным, например. Но жить она будет здесь, в нормальных условиях.

– Нет! Маша любит меня! Она не согласится! – я схватилась за край стола. – Ты… ты серьёзно? Нет, я ни за что не соглашусь.

Комната начала расплываться. Я потёрла виски.

– В принципе такого ответа я и ожидал от тебя. В таком случае я использую все ресурсы. Суд учтёт, что у тебя нет работы, нет жилья…

– У меня есть квартира!

– Та развалюха? Ты серьёзно думаешь, что суд сочтёт её подходящим местом для ребёнка? Особенно после того, как она жила здесь?

Я попыталась встать, но ноги не слушались. Что происходит? Всего два бокала, я не могла так опьянеть…

– И ещё, Лида. – Его голос доносился словно издалека. – Я не собираюсь платить алименты, на которые ты рассчитываешь при разводе. Ни копейки. Ты хотела независимости? Получай. Но без ребёнка и алиментов на неё.

– Кирилл… – язык заплетался. – Что ты…

– А Таня? – он продолжал, не обращая внимания на моё состояние. – Да, мы продолжим отношения. Она переедет сюда. Маше нужна женская забота, а Таня прекрасно с ней ладит.

– Ты… монстр! Как ты можешь? – слова путались.

Комната закружилась. Я схватилась за край стола, но руки соскользнули.

– Что… в шампанском?

Я попыталась закричать, позвать Машу, но голос не слушался. Темнота наползала со всех сторон.

– Я не отдам тебе ребёнка, – его голос звучал уже совсем далеко. – Я лишу тебя родительских прав. Нестабильное психическое состояние, алкоголизм, употребление транквилизаторов… Я привлеку свидетелей, которые подтвердят, что последний год ты была не адекватна, много пьёшь, не следишь за ребёнком, что ты представляешь для неё опасность.

– Лжёшь… ты… не посмеешь… – еле выдохнула я, падая на стол.

Последнее, что я помню – его лицо надо мной, спокойное, уверенное. Лицо человека, который всегда получает то, что хочет.

Потом – темнота.

ГЛАВА 7.