Алла Малашенкова – Партия с тенью (страница 4)
Я провожу рукой по его спине – он весь мокрый.
Утром спросила:
– Макс, ты все-таки едешь?
Он кивнул:
– Да. На Волгу-матушку. На остров, таинственный и пугающий.
У меня кольнуло в груди. Не знаю, почему.
– Зелёный остров. Точнее, остров Зеленый. Там церковь старая. Надо осмотреть место.
Церковь. Как во сне.
Я схватила его за руку:
– Не езди.
Он удивился:
– Почему?
– Не знаю. Просто… чувствую. Не надо туда ехать.
Он усмехнулся:
– Лен, ты что, ясновидящей стала? От психиатра до ясновидящей один шаг?
– Может быть.
Он поцеловал меня в лоб:
– Всё будет хорошо. Вернусь вечером.
Но я знала – не будет. Будет очень плохо. Что-то изменится. Навсегда.
Весь день я чувствовала странное. Тяжесть в груди. Головная боль. Тошнота. Я подумала – может, простыла. Но температуры нет.
К вечеру стало хуже. Голова раскалывалась. Я выпила таблетку – не помогло.
Легла в девять. Уснула тяжело.
И снова сон.
Я стою в подземелье. Своды каменные, сырые. Пахнет плесенью и чем-то ещё – озоном, что ли, как перед грозой.
В центре – тот же каменный стол. Та же доска. Но теперь я вижу – под доской что-то светится. Голубым светом. Пульсирует. Я подхожу ближе. Свет усиливается. Ярче. Ослепительно ярко. Я зажмуриваюсь.
Когда открываю глаза – вижу Макса. Он стоит у доски. Смотрит на неё.
Я кричу: «Не трогай!»
Он не слышит. Протягивает руку к фигуре. Касается. В ту же секунду – вспышка.
Я просыпаюсь с криком.
Глава 2. Остро Зеленый
Утро снова выдалось жарким и душным. Такая рань, и все-таки за ночь воздух не остыл.
Северцев настоял выехать в пять утра – терпеть не мог опаздывать. К чему? К завтраку на лоне природы?
Я ещё непроизвольно зевал, пока вёл мою видавшую виды «Шкоду» по шоссе к Волге. Ехать на автобусе, как предлагал шеф, я отказался. Впрочем, он тоже не был особенно против.
Трасса шла через пригород – мимо гаражных кооперативов, заброшенных складов, рекламных щитов, на которых выцветшие красавицы предлагали купить квартиры в новостройках. Где эти новостройки? Асфальт весь в ямах, обочины заросли бурьяном. А на дворе – двадцать первый век. Изредка попадались деревеньки – покосившиеся домики, огороды, собаки на цепях. Обычная русская дорога, одним словом.
Северцев сидел рядом, молчал, курил в приоткрытое окно. В те дни он ещё курил.
– Шеф, а чего так рано? – спросил я, щурясь от низкого солнца. – Остров же никуда не уплывёт. Он же – остров!
Северцев затянулся, выпустил дым. Пепел сдуло ветром из окна. Он испуганно обернулся, как школьник. Интеллигенция! Приподнял стекло.
– Хочу застать турбазу в рабочем режиме. Утро – лучшее время наблюдать за людьми. – Он задумался. – Я вот и допросы провожу с раннего утра. Некоторые любят ночь…
– Думаете, на острове что-то нечисто? Там же земли с гулькин нос, что там можно спрятать?
– Не знаю, Максим. Но семь человек не исчезают просто так. Всегда есть причина. Всегда есть…
Он сделал паузу, посмотрел в окно на мелькающие поля.
– …паттерн.
– Паттерн, – повторил я, изображая умное выражение лица.
– Закономерность, – уточнил он спокойно. – Найдём повторение – найдём причину.
Я только хмыкнул. Для меня расследование всегда было проще: ищи следы, ищи людей, ищи мотив. Северцев любил копаться в схемах, выстраивать логические цепочки. Я полагался на интуицию и упрямство. И ведь помогало до этого!
Мы проехали развилку, свернули на просёлок. Дорога стала ухабистой.
– Игорь Петрович, можно личный вопрос? – спросил я.
Он кивнул, не глядя на меня.
– Вы после того, как с женой… как справились? После того, как она…
Он долго молчал. Потом сказал:
– Не справился. Просто живу дальше. Есть разница.
Ещё пауза.
– Знаешь, Максим, самое страшное – не только то, что она умерла. Самое страшное – что я не понимаю, почему. Случайность? Судьба? Чья-то ошибка? Моя?
Я не знал, что ответить.
– Вот поэтому я и занимаюсь этим делом, – продолжил он. – Хочу понять: есть ли закономерность в исчезновениях. Или мир просто хаотичен. И тогда всё бессмысленно.
Он затушил сигарету в пепельнице.
– Прости. Слишком мрачное настроение с утра.
– Нормально, – ответил я.
Но понял: для него это дело – не просто работа. Это попытка найти ответ на личный вопрос.
К причалу мы добрались к восьми утра.
Причал – деревянный, старый, доски скрипят под ногами. Пахнет рыбой, машинным маслом и речной водой. У берега качаются несколько лодок и один моторный катер с облупленной краской. На нём крупными буквами выведено: «Зелёный-1».
Перевозчик оказался мужиком лет пятидесяти, в выцветшей майке и кепке с надписью «fisherman», рыбак, значит. Взял с нас по сто рублей и махнул рукой – садитесь. Дороговато, хорошо, что оплатят командировочные.
Когда мы отчалили, перевозчик поинтересовался:
– На остров едете? По делам? – как будто он вез нас не на остров.