Алла Алмазова – Нисхождение (страница 31)

К вечеру тучи сгустились, пузатые облака лениво заволокли небо. Птицы, сбившись в стаи, гонимые порывами ветра неслись по небосводу. В ушах тонким писком отразилось нарастающее напряжение. Тяжёлые капли дождя застучали в окна. Лави легла на кровать, прижавшись к мокти. Бо, уже не помещавшийся из-за размеров рядом, лёг на пол, протянув чешуйчатую мордашку на постель в ожидании, когда девушка откроет фолиант и начнёт листать давно уже выученные ею наизусть страницы единственной книги. Запах страниц помогал Лави справляться с тоской по библиотеке и мастерской копиистов. Странным удушьем сжалось у неё в груди, кристалл на столе затух на мгновенье. Леона хлопотала на кухне по хозяйству. Отдышавшись, девушка приподнялась, почувствовав, как кровать дрогнула. Мокти приподнял кончики ушей, Бо встрепенулся. Вновь толчок, словно снизу кто-то дёрнул кровать. На кухне на полках загремела посуда. И снова утихло. Девушка не могла понять, кажется ли ей это, или земля действительно, сотрясается? Леона с волнением заглянула в комнату.

– Ты тоже это чувствуешь? ― спросила она.

– Земля дрожит, ― Лави ощутила как то, что сжимало её изнутри, поднимается жаром к шее, охватывая горло, голову. Словно невидимыми доспехами формируя защиту от опасности и переводя в режим боевой готовности. Посмотрела на руки, полосы вен напряглись, промелькнула первая набухающая синева подкожного рисунка. Вновь удушье, вдох и усиление, и толчок земли.

– Лави, детка, с тобой всё хорошо? ― кормилица, видя, что у подопечной повторяется приступ как в храме, подошла ближе в попытке обнять до того, как Лаверия впадёт в агонию.

– Да, не волнуйся, ― голос Лави стал жёстче, глубже, ― я смогу нас защитить.

Бо, услышав пробуждение внутреннего голоса Лави, вытянулся, зрачки глаз его наполнились пламенным светом. Встрепенувшись, сжался всем телом, прорычав на невидимую угрозу семье.

– Боооо,― издал протяжный звук.

Мокти, подбодрившись командным духом, выполз, навострив когти. Толчки прекратились. Глаза дракона постепенно приходили в свой прежний вид. Кожа Лаверии светлела, успокаивался дух.

– Гора просыпается, нам надо идти в Пустошь Геримора, ты знаешь, где она? ― обычным голосом обратилась Лави к кормилице.

– Лави, там небезопасно.

– Я услышала голос отца, нас ждут.

– Может, утихнет? ― Леоне не хотелось покидать стены родного дома.

– Нам нужно идти через лес. ― Лави соскочила с кровати, распахнула дверцы шкафа, достала сумки, складывая колбы, сбережения. ― Собери еды и воды в дорогу. Мы отправляемся немедленно.

Леона покорно приступила к исполнению задачи. Лави зашла на кухню, осмотрелась, натолкала в плечевую сумку уллюко, отварных яиц для Бо, выбрала два ножа покрепче, сложила сверху. Вернулась в комнату, спешно натянула на себя максимум одежды, дождалась, когда няня оденется, хлопнула по кристаллу, всучила его кормилице.

***

Прорубая лезвием ножа заросли дремучего леса, Лави шла впереди с мокти, следом Леона, сжимая в руках кристалл, Бо замыкал строй с сумками, которые Лави закрепила на его спине бечевой. Влажная почва после дождя скользила под ногами, комары слетелись на свет минерала.

– Почему мы не пошли через деревню? ― причитала Леона, запыхавшись.

– Ты хочешь, чтобы они посчитали, что Бо ― причина бедствия?

– А он тут причём?

– Людям свойственно считать виновным в своих бедах всё неведомое, даже если оно пришло во спасение, ― произнесла девушка, старательно обрубая очередную ветку на их пути.

– А вдруг, это и правда, он? ― Леона почувствовала сзади толчок мордой от Бо. Развернулась, погладив по голове дракона, ― не переживай, я знаю, что это не ты.

– Вот и нечего тогда там ерунду рассказывать, ― заступилась за питомца Лави.

Мокти остановился, фыркнул носом, подбежал к Бо и, вскарабкавшись по сумкам, устроился на спине дракона.

– Интересно, нам всю жизнь так придётся убегать от чего-то? ― понимая, что Пустошь уже близко, Леона остановилась, ― давайте отдохнём хоть немного. От судьбы всё равно не сбежать.

– С Вершины же удалось уйти, и тут не пропадём, ― опустив нож, Лави осмотрелась в поиске места, где можно было бы отдохнуть, ― земля влажная, сесть некуда, промокнем. Надо выйти из чащи.

– Милая, ты думаешь, Лавий прав и Вершина ‒ это вулкан?

– Да, надо помочь отцу спасти творцов.

– Вся в Лавия пошла, ― Леона тяжело вздохнула.

Впереди, сквозь ветви деревьев промелькнул свет от факела.

– Тихо, ― прошептала Лави, повернувшись, хлопнула по кристаллу, чтобы тот затух.

Свет впереди тоже погас. Раздался хруст веток с разных сторон. Девушка понимала, что их окружают. Бо зашипел, почуяв опасность, пронзил мглу свечением глаз. Перед Лаверией, словно из ниоткуда возникла фигура мужчины. Сжав рукоять ножа крепче, девушка приготовилась к обороне.

– Кто такие, откуда будете? ― грубо спросил незнакомец.

– Лаверия, дочь Лавия, ― произнесла девушка в надежде, что имя отца поможет избежать столкновения.

– Следуйте за нами.

В череде отвесных скал горели факелы сторожевой вышки. Навесной мост со скрежетом опустился, позволяя миновать путникам расщелину в земле. Высокие, крепкие стражи в кожаных доспехах, усиленных стальными пластинами, с почтением склонили голову, приложив правые руки в область сердца.

– Лави, что это они? ― шёпотом спросила Леона.

– Не знаю, сейчас посмотрим.

Внутри скал открылось внушительное пространство с шатрами и горящими по кругу огнями. Встречные аборигены повторяли приветственное движение стражей, замирая.

Бо, прочувствовав неведомую ранее ему энергию поклонения, расправил крылья, закружившись, издал приветственный гортанный звук. По толпе пронёсся восторженный возглас.

– Дух всего сущего, приветствуем тебя! ― раздался голос, отразившейся эхом от каменных сводов.

Впереди стоял мужчина в шкурах животных и увесистом рогатом шлеме. Пламя огней стало ярче.

– Это они так Бо приветствуют? ― удивлённо спросила кормилица.

– На духа всего сущего ты слабо похожа, ― пошутила Лави, осознав, что обитатели скалы им не навредят.

– Надо было сразу к ним идти, смотри, сколько мужчин вокруг.

Вождь приближался, поражая своими габаритами. Он был выше всех и крупнее мужчин, которых встречала ранее Лаверия. Проигнорировав необходимость приветствия женщин, он попытался подойти к Бо. Мокти ревностно зарычал, обнажив клыки. Дракон, почувствовав волнение красношкурого, зашипел.

– Здравствуйте, они у нас не любят чужих, ― попыталась предотвратить агрессию животных Лаверия.

– Ты дочь Лавия? ― пристально глядя на девушку, мужчина приподнял брови.

– Да, я.

– Камран рассказал мне о том, что пророчество о Белом Драконе сбылось. Но видеть его тут ‒ дар небес для нас всех.

– А где сам Камран? ― Лаверия не могла понять, как реагировать на то, что скиталец раскрыл их секрет другим.

– Дождись своего отца, он всё тебе расскажет.

– Как вас зовут?

– Хабаф, сын Бекета, я верховный шаман Пустоши Геримора.

– Понимаете, Хабаф, там земля трясётся, Вершина может скоро погибнуть, нельзя медлить.

– Если бы не ты, мы бы не знали что с этим делать, ― мужчина рассмеялся, гул его смеха наполнил пространство, ― что же, идём, я тебе покажу поселение твоего отца.

– Нам с вами, или тут стоять? ― окликнула Леона.

– Стой там, женщина, ― скомандовал вождь, вызвав у Леоны бурю негодования.

Кормилица, устав от дороги, села на землю, мокти и Бо ‒ рядом. «Столько мужчин, а ухаживать некому!» ― выказала своё недовольство вслух Леона, поймав на себе взгляд улыбающегося стража.

– Мужчина, вы бы нам предложили, где с дороги расположиться, Духу всего сущего ужинать пора, ― наблюдая за тем, как зашевелились обитатели Пустоши вокруг, кормилица довольно поправила волосы, стянув потуже шнуровку жилета.

***

Лави следовала за Хабафом по витиеватой лестнице внутри скалы, поднимаясь всё выше. Выйдя на поверхность, осмотрелась по сторонам. На небольшой площадке стоял телескоп, такие она уже видела на кафедре астрономии, а учитывая рассказ отца о тайном союзничестве, удивляться наличию приспособления девушка не стала.

– Сын рассказывал мне о тебе много хорошего, ― смягчившись в голосе в отсутствии аборигенов пустоши, вождь подал Лаверии руку, чтобы подвести на приступок, где располагался телескоп.

– А откуда он меня знает? ― удивилась Лави.

– Камран ‒ один из моих сыновей.

– А как вы его отпустили на Вершину? ― удивилась девушка.