Алишер Таксанов – Ловушка геркулан (страница 11)

Тем временем Аркадий продолжал, сбивчиво, торопясь:

– Я подключил нескольких ремонтных роботов, настроил автогены на максимальную мощность. Они резали, жгли, поливали их огнём… пока эти твари не подобрались вплотную и не сожрали самих роботов! Смотрите!

Он наклонил камеру вниз. На полу валялись искорёженные останки механизмов: перекрученные манипуляторы, оплавленные корпуса, обглоданные до каркаса блоки питания. Там, где ещё недавно была прочная техника, теперь зияли пустоты и бесформенные металлические обломки, словно кто-то обгрыз их огромными зубами.

– Это наши хвалёные машины для латания дыр в обшивке… – глухо произнёс Аркадий. – Они не смогли остановить… врага. Только в этом отсеке я насчитал девять таких тварей. А в других… там их куда больше. Они жрут наш корабль! – голос снова дрогнул. – Как остановить врага, командир?!..

– Врага! Точно – это враг! Только это новый враг или старый – геркуланы? – вскрикнул Брайт, хотя понимал, что сейчас не так важно, кем именно является противник, как понять, как его победить. Он обратил внимание на компьютер, который давно что-то сообщал, и понял, что сам поступил опрометчиво, отключив голосовые оповещения. В боевой ситуации такое недопустимо: «Астра» всё ещё находилась в состоянии боевой готовности, оружие не убрано в арсеналы.

Нил поспешно включил динамики и услышал:

– Внимание – экипажу! Внимание – командиру! Зарегистрирована активность чужеродных существ на борту корабля! Датчики фиксируют движение! Выходят из строя приборы и механизмы в тех отсеках и блоках, в которых отмечена активность! Система анализирует угрозу! Принимайте решение! Принимайте решение!

– К тебе должен был прийти Мустафа с роботами, – резко сказал Брайт. – Его нет рядом? Почему до сих пор? Я же приказал ему явиться к тебе!

– Боюсь, что он тоже воюет с теми, кого встретил на пути! – ответил Казаков. – Астероиды попали во многие участки корабля, так что они могут быть где угодно! Я никогда не слышал о существах, пожирающих чистый металл… Но может, они едят и органику? Тогда Мустафе следует быть осторожным – как бы и его не съели…

Определить местоположение Абдулла оказалось невозможно: та часть корабля, где он мог быть, была вне зоны наблюдения мониторов – очевидно, астероиды пережрали кабели телесвязи. Зато было видно, как Комацу продолжал возиться с платами силовой установки, явно до него камни еще не добрались, поэтому японец работал невозмутимо и сосредоточенно. Махмудов продолжал сварные работы в открытом космосе, удерживаемый лишь гибким металлическим фалом. Даже если бы он оторвался, мини-двигатели ранца позволяли бы вернуться на корабль.

– Что говорит Анжелина? – подал голос Казаков, продолжая стучать железякой по круглым наростам, набухшим, словно тесто на дрожжах. Он был раздражён: три года жизни, проведённые на «Астре», казались ему поставленными под угрозу этими существами.

Ответить Брайт не успел – подключилась Родригес. Голос её был сдавленным, тревожно напряжённым:

– Компьютер подтвердил активность чужеродных существ. Моя догадка подтвердилась. Хочу заявить: астероиды – это не просто камни, это механические зародыши…

– Механические зародыши? Как это понимать? Музыкальная шкатулка что ли? – удивился Брайт.

Анжелина тряхнула волосами и продолжила:

– Я провела микроскопический анализ астероидов. Камни состоят из отдельных «клеток», но не биологических, а механических… Я даже не знаю, как это объяснить. Смотрите сами.

На экране вспыхнули фотоголографические изображения: мельчайшие кубики и трубочки, мембраны, микроканалы, кристаллические решётки, цепочки соединений – всё переплетено в единую непостижимую структуру. Где начало, а где конец – невозможно определить. И при этом всё находилось в движении: мельчайшие элементы перемещались, вращались, соединялись и разъединялись, словно части живой клетки. Только это была не клетка с митохондриями и рибосомами, а механическая, электронная – металл в постоянном движении, работающий как живой организм.

– Странное строение камня… – пробормотал Брайт, растерянный. – Это не живая материя… но ведёт себя как живая. Это же не белки, не протеины, не ДНК… Что это такое?

Анжелина вздохнула:

– Честно говоря – не знаю. Но могу с уверенностью сказать, что это не биологический организм. Поведение – как у живого. Это механическая или электронная клетка, которая развивается по законам биологии. Камни… это вроде эмбрионов.

Брайт почувствовал, как холод стынет в груди: перед ними был враг нового типа – живой металл, разумный или почти разумный, способный пожирать корабль, приспосабливаться и расти. И сейчас оставалось только одно: понять, как с этим справиться.

– Кибернетические зародыши? – переспросил Брайт, стараясь осознать масштабы происходящего.

– Можно и так сказать, – подтвердила Родригес. – Наша наука не способна воспроизвести такую форму… жизни… из металла. Но это не роботы в земном понимании – наши механические конструкции не умеют увеличиваться в размерах, менять форму, трансформировать структуру тела и поглощать металл. Эти существа при поедании корабля, извините за грубый термин, извлекают энергию. Может, используют атомы металлов как источник… Не знаю, кто их создал – природа или инопланетный разум. Но ясно одно: это не наше изделие.

– Геркуланы? – спросил командир.

– Не знаю… Мы мало что знаем о геркуланах, может, это их разработка, а может, и нет… Это кибернетический организм, – произнесла Родригес. – Небиологическая форма жизни. Она саморазвивается в благоприятных условиях.

Брайт удивленно нахмурился:

– Откуда в космосе благоприятные условия? И что это за условия?

В кабине мерно гудели приборы, мигали лампы, экран отображал бескрайнюю тьму космоса: миллионы звезд, тусклые спирали далеких галактик, холодные точки света, рассеянные по черному полотну, холодные и чужие, словно иглы дикобраза, в которых не было ни тепла, ни жизни.

Анжелина усмехнулась:

– В космосе они не развиваются. Вакуум – не идеальная среда. Зародыши находятся в законсервированном состоянии. Может, им не страшен абсолютный ноль, радиация или пустота, но свободный космос не даёт им выйти из «спячки», в которой они могут пребывать миллионы лет. Благоприятные условия – это металл. В данный момент такой объект – «Астра». Не знаю, как они сюда попали – возможно, осколок взорвавшейся планеты, а может, часть огромного организма… или даже мина. Но мы притянули их массой корабля. В космосе они казались просто камнями. Теперь они ожили и начинают поедать корабль, развиваться.

Командир морщился, пытаясь уяснить суть:

– Что значит «саморазвиваются»? Это не просто камни, не просто механизмы, а нечто, способное трансформироваться… во что-то другое?

– Да, – кивнула Родригес. – Я не знаю конечного этапа развития этих зародышей.

– Тогда назовём их зэт-киборгами, – предложил Брайт, – чтобы иметь общее понимание, о чём говорим.

– Хорошо, – согласилась врач. – Мы знаем, что из зародыша насекомого вырастает гусеница, из гусеницы – куколка, а затем бабочка. Так и с этими астероидами: из зародыша что-то должно трансформироваться, но что именно – я не могу сказать. Я врач и биолог, никогда не сталкивалась с неорганической жизнью. Но это – жизнь. Странная, паразитическая, пугающая, но жизнь.

Брайт выругался:

– Ах, черт! Теперь я понимаю, почему ощущение опасности не покидало меня с того момента, как началась астероидная атака. Опытный астронавт всегда обладает чутьём, которое не даёт расслабиться, готовит к неожиданностям… Эти качества спасали мне жизнь, а менее опытные редко выходили из переделок целыми. Геркуланы, ксилоксы, а теперь, черт побери, эти зэт-киборги! Космос полон чужеродных существ! Одни враги – и ни одного союзника!

Тут Нил вспомнил странную фразу одного короля прошлых столетий: «У государства есть только два союзника – армия и флот». Да, у землян имелись и армия, и флот, но этого оказалось недостаточно против чужих форм жизни.

– Итак, – мрачно произнёс командир. – Зэт-киборги будут развиваться, пока не сожрут наш корабль…

– Скорее всего… – пробормотала Родригес, слегка пожав плечами.

– Как их уничтожить? Что вы предлагаете, Анжелина?

Похоже, врач смутилась, её взгляд стал туманным:

– Спросите чего-нибудь полегче, командир. Я врач, а не физик-механик… Я не знаю, как их остановить. Космический холод им не страшен, огнеметами их вряд ли удержишь… Двадцати граммов астероида достаточно, чтобы зародыш начал развиваться, а у нас на корабле их тысячи килограммов. Не могу сказать, сколько всего зэт-киборгов появится, но «Астру» они точно сожрут, если их не остановить… Эти вопросы могут решить Мустафа и Сакё. Мустафа – по части геологии и физических процессов, Сакё – электронщик, может разгадать их программу. Наверняка они развиваются по какой-то внутренней логике…

– Точно, вы правы, Анжелина, – согласился Брайт и тут же переключился на Комацу. – Сакё, вы где?

– Я ещё в отсеке энергетических установок… Меняю платы, стабилизирую работу реакторов… – медленно ответил японец.

– Бросайте всё, быстро направляйтесь в биологическую лабораторию. Родригес передаст вам данные о астероидах… Есть работа для вас!

– Астероидах? – удивился Сакё. – Но физика твердого тела – не мой профиль. Тут нужен Мустафа, геология ближе ему…