Алишер Таксанов – Как хексы в школу ходили. Волшебные истории (страница 1)
Как хексы в школу ходили
Волшебные истории
Алишер Арсланович Таксанов
© Алишер Арсланович Таксанов, 2026
© ChatGPT, иллюстрации, 2026
ISBN 978-5-0060-2301-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ПРО ПЧЕЛКУ БАКСИ И ХУЛИГАНОВ
В одном улье жила пчела по имени Бакси. Она была прилежной и трудолюбивой, впрочем, как и многие другие её сёстры и братья большого семейства. Улей этот был словно живой город — тёплый, гудящий, наполненный постоянным движением и делами. В его золотистых коридорах, выстроенных из аккуратных шестигранных сот, кипела жизнь: кто-то спешил с добычей, кто-то чинил повреждённые ячейки, кто-то заботливо укутывал личинок, а кто-то, устав после долгого дня, тихо отдыхал, прижавшись к тёплым стенкам. Все знали своё место, все понимали, что от их труда зависит благополучие всей семьи, и потому даже самые маленькие старались не отставать от старших.
Бакси вставала рано утром, едва только солнце освещало всё вокруг, и сразу летела на поляну — собирать с цветков нектар, из которого потом делали мёд. Сами понимаете, работа не из лёгких. Нужно было облететь сотни цветов, чтобы в ведёрках было достаточно нектара, а потом возвращаться в улей и отдавать собранное другим пчёлкам, а те в своих тёплых, пахнущих сладостью цехах перерабатывали его в густой, янтарный мёд. Всем работы хватало, ведь за весну, лето и осень нужно было успеть сделать много мёда, чтобы хватило на зиму всему улью. А зима, как известно, долгая и суровая: ветер воет, снег укрывает землю толстым одеялом, цветы исчезают, и тогда только запасённый мёд спасает пчёл от голода и холода. Потому летом в улье никто не ленился — каждый понимал, что труд сегодня означает жизнь завтра.
Бакси работала в бригаде сборщиков нектара. Но это ещё не вся семья — были и другие бригады. Например, рабочие, что занимались переработкой и хранением мёда в специальных сотах, аккуратно запечатывая каждую ячейку воском, словно драгоценный клад. Также здесь трудились нянечки — они растили и воспитывали молодых пчёл, кормили их, учили первым полётам, рассказывали, как отличить полезный цветок от опасного, как не потеряться и как защищать родной улей. Поддерживать необходимое количество семьи нужно было всегда, ведь, к сожалению, многие члены семьи умирали от холода, врагов, старости или болезней, и жизнь улья требовала постоянного обновления.
У входа в улей дежурили суровые стражники. Они внимательно проверяли каждого, кто возвращался или пытался войти, чтобы посторонний не смог пробраться в дом и натворить бед — украсть мёд, отравить молодое поколение или выведать тайны улья. А в воздухе постоянно кружили солдаты — быстрые, сильные, зоркие. Они следили за тем, чтобы никакой враг — ни оса, ни шершень, ни любопытная птица — не добрался до улья и не разорил его. В истории такие нападения случались, и память о них передавалась из поколения в поколение.
Всеми руководила царица Морсал — самая умная и властительная пчела. Она была крупнее остальных, с тёмно-золотыми полосами на спине, которые словно переливались в мягком свете улья. Её движения были спокойными и уверенными, а взгляд — внимательным и глубоким, будто она видела не только настоящее, но и будущее. Голос Морсал был негромким, но таким твёрдым, что его слушались без возражений. Она умела быть строгой, когда это требовалось, и заботливой, когда пчёлам нужна была поддержка. Её уважали не только в этом улье — даже пчёлы из дальних роёв говорили о ней с почтением, а слухи о её мудрости доходили до лесов и полей, куда редко залетали даже самые смелые разведчики.
Каждый день Морсал раздавала различные поручения бригадам, следила за тем, как идёт сбор нектара, сколько мёда уже запасено, кто угрожает улью, и судила тех, кто пытался незаконно проникнуть в дом и был задержан стражниками. Она же объявляла тревогу и даже войну, если на улей совершалось нападение. Кроме того, она давала наставления нянечкам: что нужно сделать сегодня для малышей — рассказать сказку, научить азбуке запахов, правилам сбора нектара или отражения атаки неприятеля. А потом, по рекомендациям нянечек, Морсал распределяла молодых пчёл по бригадам. Она долго наблюдала за каждой, замечала их склонности, характер, силу и терпение, и лишь после этого принимала решение. Конечно, Бакси попала в бригаду сборщиков по велению царицы — Морсал сразу увидела в ней выносливость, внимательность и честность, без которых в поле делать было нечего.
Сама царица редко ошибалась. Бакси в этом не раз убеждалась. И поэтому гордилась ею, а также своей принадлежностью к большому семейству. Чтобы быть достойной его, Бакси трудилась с утра до вечера. Она знала, что осенью Морсал будет награждать наиболее отличившихся, и ей хотелось быть в числе почётных пчёл. И в этом году у неё были высокие результаты: по сбору нектара Бакси выходила в передовицы. Да только стать чемпионкой ей не удалось. Почему? — спросите вы. Да потому что она сдружилась с хулиганами.
Тут я поясню. В улье не было настоящих хулиганов, хотя иногда некоторые пчёлы начинали отлынивать от работы, притворялись больными, целыми днями лежали в клинике и ели мёд — их называли трутнями. Это были ленивые, хитроватые пчёлы с вечно сытым видом и тяжёлым, неторопливым полётом. Они любили устраиваться в самых тёплых уголках улья, подолгу спорили о пустяках, жаловались на усталость, хотя почти ничего не делали, и всегда находили повод избежать работы. Никто их не уважал, к ним относились с презрением, но и не выгоняли, потому что Морсал надеялась их перевоспитать. Конечно, это было сложно, но многие трутни потом становились снова нормальными стражниками, рабочими, сборщиками — всё зависело от того, как царица находила к ним подход и какие слова подбирала. Кстати, некоторые из них даже были отмечены наградами — и это всегда становилось примером для остальных, что даже самый ленивый может измениться, если захочет.
А хулиганами были представители из других семейств насекомых. Например, возле улья часто летали длинная, тонкая, словно натянутая струна, в яркую жёлто-синюю полоску оса Миша и толстый, мохнатый, коричневый шмель Гулом — известные шалопаи и бездельники. Миша был резким и юрким: его узкое тельце словно вспыхивало в воздухе, когда он делал быстрые зигзаги, а глаза у него хитро поблёскивали, будто он постоянно придумывал новую пакость. Он любил хмыкать, кривить усики и смотреть на других сверху вниз, как будто был самым умным на всей поляне. Гулом же, напротив, казался добродушным на вид — круглый, пушистый, с тяжёлым гулким жужжанием, от которого дрожали лепестки цветов. Но за этой внешней мягкостью скрывалась леность и склонность к проказам: он любил подначивать, перекрывать дорогу и смеяться своим низким «жы-жы-жы», от которого становилось не по себе.
Стражники не пропускали их в дом пчёл, однако хулиганы добывали пищу тем, что отнимали ведёрки с нектаром у сборщиков. Противостоять двум таким наглым и ловким проказникам было сложно, ведь поляна была большой, раскинувшейся далеко за пределы видимости, и уследить за каждым цветком было невозможно. В такие моменты солдаты, патрулировавшие воздух, мгновенно реагировали: с резким гудением они устремлялись к месту происшествия, выстраивались клином и слаженными движениями оттесняли Мишу и Гулома подальше — туда, где не было душистых цветов и где труд пчёл не мог быть нарушен. Иногда дело доходило до настоящей погони: воздух наполнялся жужжанием, мелькали тени, лепестки осыпались, а нарушители, ловко уворачиваясь, уносились прочь, злобно оглядываясь.
Но эти два оболтуса всё равно крутились поблизости, прячась за высокими травами, садясь на сухие ветки или зависая в воздухе чуть в стороне, надеясь на лёгкую добычу. Именно в этот момент и встретила их Бакси, которая, не отвлекаясь на привычные маршруты, искала новые, ещё не тронутые цветы с нектаром. Она летела медленно, внимательно оглядываясь, прислушиваясь к запахам, и вдруг заметила, как перед ней в воздухе лениво покачиваются две знакомые фигуры. Солнечные лучи скользнули по их телам, и Бакси сразу узнала незваных гостей. Её сердце слегка сжалось — она знала, что встреча с ними редко заканчивается спокойно.
— Гы-гы-гы, — хмыкнул Миша, вытягивая шею и прищуриваясь, — смотри, Гулом, кто перед нами! Какая трудяга! Наверняка работает на славу Морсал, гы-гы-гы!
Бакси гневно сверкнула глазами, но отвечать не стала — ей не хотелось ввязываться в перепалку с известными хулиганами. Да и отставать от графика в сборе нектара ей не хотелось. Она попыталась облететь их стороной, плавно изменив траекторию, но Миша мгновенно рванул вперёд и перекрыл путь, а Гулом, тяжело гудя, завис чуть ниже, не оставляя ни малейшей щели для манёвра. Воздух между ними словно сжался, и Бакси поняла, что просто так уйти не получится.
— Так это милашка Бакси, жы-жы-жы, — зажужжал Гулом, перекрывая путь. — Она передовица этого сезона, жы-жы-жы. Смотри, уже одно ведро полное, жы-жы-жы!
— Отойди, Гулом! — потребовала Бакси. — Ты мешаешь мне работать!
Шмель отлетел немного в сторону, но лишь для того, чтобы продолжить разговор, лениво покачиваясь в воздухе: