Алишер Таксанов – Дэв (страница 9)

– Гульнара Исламовна, – раздался голос помощницы, – вам следует организовать турне мировых звезд в Узбекистан! Тогда о вас заговорят как о человеке, которая продвигает культурные ценности, развивает искусство, прививает местному населению лучшие вкусы, бренды, шоу…

Гаянэ Авакян, худая и изящная женщина лет тридцати, с короткой стрижкой и строгим, но выразительным лицом, говорила с явным энтузиазмом. Её глаза блестели, когда она представляла, как международные звезды собираются в Ташкенте. Гаянэ, армянка по происхождению, выглядела как всегда стильно и аккуратно. Ее прошлое в одном из модных бутиков, где она работала продавщицей, неожиданно стало трамплином в более роскошную жизнь после знакомства с Гульнарой. Принцесса, как любили её называть, заметила её бойкий характер и умение находить общий язык с людьми. Так Гаянэ стала не просто помощницей, но и правой рукой Гульнары, особенно в тех делах, где требовались хитрость и ловкость, как в коррупционных схемах, которыми опутана была империя Каримовой.

– Это хорошая идея… – задумчиво проговорила Гульнара, проводя пальцем по обложке журнала. – А кого пригласить?

Гаянэ, не теряя времени, начала листать тот же журнал и, задержавшись на странице с фотографиями знаменитостей, быстро предложила:

– Ну… Хулио Иглесиаса, испанского певца. Или вот, Стинга! – вы же его знаете лично!

При упоминании Стинга Гульнара оживилась, её глаза загорелись.

– О-о-о, точно! Стинга! Я так его люблю, милашку! И Иглесиаса тоже приглашу, он такой милашка, особенно его сын Энрике! – Она мечтательно закатила глаза, представляя, как звезды мирового уровня будут выступать на её мероприятиях, создавая ей ещё большую известность.

Тут один из присутствующих сотрудников, явно не уловивший настроения комнаты, неуверенно задал вопрос:

– А кто оплачивать будет приезд звезд? Эти артисты недешевые, на них миллиона два-три евро надо потратить… У народа вряд ли вы сможете взять денег. Многим просто кушать нечего…

Возникла неловкая пауза. Все поняли, что этот вопрос был крайне неуместен. Гульнара, с презрением посмотрев на него, холодно ответила:

– Возьмём у бизнеса. Заставим предпринимателей раскошелиться. Пусть сами приходят и семьи приводят. Духовная пища – это выше, чем желудок пловом и шашлыком заполнять! – Её тон стал более резким. – Обяжем их скупить все билеты. А меня пропиарят как человека, создающего Фонд культуры и искусства Узбекистана. Да, мысль удачная, буду заниматься этим делом.

В комнате воцарилась тишина, все молча кивнули, не решаясь больше задавать вопросы. Гульнара холодно посмотрела на собравшихся и сказала:

– Ладно, все вы свободны.

Они торопливо встали и покинули кабинет, оставив Гульнару и Гаянэ вдвоем.

Когда дверь за последним закрылась, Гульнара откинулась в кресле, с лёгкой улыбкой на лице. Она слегка повернулась к Гаянэ, их взгляды встретились, и они обе рассмеялись.

– Ну, как тебе сегодняшний день? – спросила Гульнара, облокотившись на стол.

– Не плохо, – ответила Гаянэ с улыбкой. – Много дел, но все идёт как надо. А что насчёт вечера? Есть планы?

– Конечно! – оживлённо ответила Гульнара, поправляя свои идеально уложенные волосы. – Давай поужинаем с парой наших друзей, а потом я бы устроила небольшую встречу в закрытом клубе… Позову парочку интересных личностей.

Они обе продолжали смеяться и строить планы, безмятежно обсуждая предстоящие вечеринки и деловые интриги, словно весь мир был у них в руках.

1.4.4. Незваный посетитель

Кабинет Гульнары Каримовой был окружён роскошью. За широким, массивным столом, увешанным дорогими бумагами и сувенирами со всего мира, она привычно руководила делами, сидя в большом кресле с высокой спинкой. Позолоченные рамы картин и фотографий мировых звёзд и политиков покрывали стены. Гульнара особенно гордилась снимками, где она стояла рядом с самыми известными и влиятельными людьми, в том числе с олигархами и политиками. В этом царстве тщеславия она ощущала себя королевой, до тех пор, пока не появился он – незваный гость.

Дверь резко открылась, и в кабинет без стука вошёл мужчина. Он не спрашивал разрешения и, словно хозяин, опустился в одно из кресел напротив Гульнары, закинув ногу на ногу. Из кармана дорогого пиджака достал сигару, с раздражающей медлительностью прикурил её и сделал глубокую затяжку. Тяжёлый запах табака наполнил помещение. Гульнара с отвращением посмотрела на него.

– Я вас не вызывала, – холодно бросила она, сверля его взглядом.

Гульнара прекрасно знала, кто перед ней. Мистер Х – так его называли за глаза. Он был одним из самых мрачных и неуловимых людей в окружении её отца, Ислама Каримова. Этот человек был Послом по особым поручениям и действовал всегда в тени, избегая публичности. Её раздражало его присутствие, его бесцеремонность. Мистер Х был ей отвратителен, но она понимала, что его статус был неприкосновенен.

Он усмехнулся и, выпустив очередное облако дыма, с вызовом сказал:

– Меня вызвать может только ваш отец. А к другим я хожу сам. Вы забыли, что я – Посол по особым поручениям вашего батеньки!

Гульнара сердито нахмурила брови, решив дать отпор:

– Мне плевать на вас и ваши полномочия. Но я не разрешала вам входить ко мне! – Она попыталась утвердить своё положение хозяйки этого места, но её слова встретили лишь холодный смех.

Мистер Х, ожидавший подобного ответа, наклонился к ней ближе, и произнёс, понизив голос:

– Я не нуждаюсь в ваших разрешениях, Гульнара.

Его слова прозвучали с такой зловещей уверенностью, что даже всесильная Гульнара отодвинулась на своём кресле, нахмурившись ещё больше.

– Тогда чего вы от меня хотите? – её голос зазвенел раздражением.

На лице Гаянэ, её помощницы, мелькнуло тревожное выражение. Она стояла немного поодаль, молча наблюдая за этой сценой. Гаянэ, обычно спокойная и уверенная в себе, была сбита с толку. Она понимала, что у этого человека есть власть, но её природа казалась скрытой, как нечто необъяснимое, словно тёмная материя Вселенной, о которой все знают, но никто не видел.

Мистер Х развёл руками, словно беззаботно, и продолжил:

– Вам нужно вести более скромный образ жизни, – его голос звучал с едва уловимой насмешкой, – брать пример с вашей сестрёнки Лолы. Она тиха как мышь, но ведёт свои дела. Капиталы любят тишину. Особенно криминальные…

Гульнара неожиданно рассмеялась, её смех прозвучал громко и дерзко:

– Вы с ума сошли! Я не собираюсь быть серой мышкой! Я – дива! Я хочу славы и признания моих талантов! Всё моё бабло – законно!

Она не скрывала своей амбиции, и было очевидно, что считает себя великой женщиной, принцессой Востока, достойной мирового признания и поклонения. В её глазах читалась уверенность в своей исключительности.

Мистер Х скривился, словно от боли, и, уже не сдерживая злости, выплюнул правду, жёсткую и неприятную:

– Никаких талантов у вас нет! Вы толком нигде не учились, а ваши дипломы о высшем образовании и кандидатская степень – всего лишь результат статуса вашего отца. Диссертацию за вас написал другой человек! Вы раздражаете людей своей роскошью, которая досталась вам не трудом, а рейдерством. Вы подставляете Ислама Каримова не только здесь, но и за рубежом!

Гаянэ замерла, поражённая прямой откровенностью, но продолжала молчать, наблюдая за реакцией своей хозяйки. Она сама понимала, откуда капиталыс у принцессы и сама принимала участия в нелегальных операциях. Но никто Гульнару в этом не укорял.

Гульнара медленно налила себе текилу, сделала глоток и с презрением посмотрела на собеседника:

– Меня это мало волнует. Я выше всяких сплетен и пересудов! Я дружу с влиятельными людьми в Европе и Штатах, – сказала она, указывая на развешанные по стенам фотографии. Затем, сняв одну из них, где она стояла с Биллом Клинтоном, она протянула её Мистеру Х.

Он равнодушно отодвинул фотографию и, не скрывая презрения, сказал:

– Вы переходите дорогу людям, которые поддерживают вашего отца. И вы настраиваете их против себя и против Ислама Каримова. Когда-нибудь вы опуститесь на «дно», и никто вас оттуда не поднимет. Вы ещё не знаете, что значит упасть на дно. Хуже этого нет.

Гульнара, не отвлекаясь на его слова, подняла брови и, кривя губы в усмешке, уверенно заявила:

– И не мечтайте! Я переживу вас всех! Я сделаю себя сама!

Мистер Х презрительно фыркнул, потушил сигару в пепельнице, поднялся и, не прощаясь, вышел из кабинета, оставив за собой тяжелый запах табака. Гульнара даже не повернула головы в его сторону. Она спокойно поднялась, повесила фотографию с Клинтоном обратно на стену, словно ничего не случилось. В её глазах по-прежнему горел огонь непоколебимой уверенности.

1.4.5. Новые проекты

Гульнара Каримова подъехала к своему роскошному Дому моделей, возвышающемуся в центре Ташкента, окружённому зеленью и цветами. Внутри царил деловой хаос – манекенщицы, швеи и дизайнеры суетились, готовя новые коллекции. Гульнара вошла с высоко поднятой головой, окружённая своей свитой, включая Гаянэ, и сразу направилась в главный зал, где стояли манекены с нарядами, блестящими драгоценностями и эскизами на столах. Здесь её ожидали лучшие дизайнеры Узбекистана, которых она лично отобрала для работы над своим бизнесом в мире моды, ювелирных изделий, тканей и обуви.