Алишер Таксанов – Дэв (страница 26)

СИЗО не только служит местом содержания, но и отражает атмосферу страха и подавленности, которая пронизывает всю систему. В такие моменты заключенные понимают, что их жизни находятся в руках тех, кто охраняет их, и эта неуверенность порождает чувство безысходности. В камере двое надзирателей вешают депутата Шаврука Рузимуродова, сопротивляющегося из всех сил. Но не может одолеть профессиональных виртухаев. Один из надзирателей хватает депутата за ноги и висит на нем, петля от такой тяжести затягивается на шее Рузимуродова. Когда жертва перестает подавать признаки жизни, висит на перекладине с высунувшим языком и выпученными глазами, один надзиратель, смеясь, говорит:

– Теперь нас нагрядят. Эта камера станет священной, «депутатской», сюда будем помещать всех политических противников хазрата, ха-ха-ха.

В это время в камере играет гимн Узбекистана:

"Олтин бу водийлар – жон Ўзбекистон,

Аждодлар мардона руҳи сенга ёр!

Улуғ халқ қудрати жўш урган замон,

Оламни маҳлиё айлаган диёр!"

В комнате, где надзиратели смеются и делят вещи заключённых, царит атмосфера вседозволенности и грубого веселья. Пакеты с едой, принесённые родными арестантов, разорваны, на полу валяются крошки от лепёшек и яблочные огрызки. Один надзиратель с жадностью откусывает кусок самсы, другой примеряет яркие трусы с «Симпсонами» под хохот коллег. Шутки становятся всё циничнее, как будто сами обстоятельства развращают их всё больше. Один рассказывает, как использовал свое положение для унижения, наслаждаясь чужой болью.

Их лица освещает тусклый свет лампы, а со стены на них снисходительно смотрит портрет Ислама Каримова в золотой рамке. Его выражение словно одобряет происходящее, а взгляд кажется живым и оценивающим. Это лицо лидера, который, словно сам дух новой эпохи, утвердил жестокость и страх как основополагающие принципы правления. Надзиратели, уверенные в своей неприкосновенности, знают, что всё это – часть новой реальности, где закон и справедливость уступили место абсолютной власти.

Это время – новая эпоха для республики, где, под эгидой личного культа Каримова, грабежи и насилие становятся инструментами удержания власти.

Часть 2.3. Санджар Умаров

2.3.1. Терракт в Нью-Йорке

11 сентября 2001 года стало днём, когда весь мир застыл в ужасе перед экранами телевизоров. На кадрах новостей из Нью-Йорка самолёты врезались в башни-близнецы Всемирного торгового центра. Первое столкновение вызвало огромный взрыв, а второе лишь закрепило страх: тысячи людей оказались в ловушке среди горящих обломков. Стены зданий дрожали, а затем с ужасающим грохотом рушились, осыпая улицы гигантскими облаками пыли и бетона. Крики людей, бегущих от взрыва, сливались с воем сирен, пока гигантские небоскрёбы, символы могущества Америки, превращались в руины.

Эти ужасы всколыхнули весь мир. Узбекская пресса тоже не осталась в стороне: газеты и телевидение выражали солидарность с американским народом, осуждая теракты. Выяснилось, что среди погибших были и узбеки, жившие и работавшие в Нью-Йорке. Их семьи оплакивали утрату, ставшую личной трагедией для целой нации.

Президент США Джордж Буш-младший выступил перед нацией с твёрдым заявлением:

"Сегодня наша нация стала свидетелем зла. Мы будем преследовать и наказывать тех, кто несёт ответственность за эти теракты. Мы не сдадимся, и терроризм не победит свободу."

Эти слова прозвучали как призыв к борьбе против глобального террора.

Мировое сообщество обсуждало действия, которые нужно было предпринять. США приняли решение начать антитеррористическую операцию, и вскоре было объявлено о вводе войск в Афганистан с целью свержения режима «Талибан», укрывавшего организаторов теракта.

На сессии парламента Узбекистана президент Ислам Каримов также сделал громкое заявление:

"Мы поддерживаем Соединённые Штаты и предоставляем базы на территории Узбекистана для размещения американских войск. Наша дружба с Америкой несокрушима, наша воля к свободе – едина!"

Эти слова были встречены аплодисментами депутатов Олий Мажлиса, которые встали и с гордостью поддержали своего лидера. Гимн Узбекистана прозвучал в зале, наполняя его звуками патриотизма и уверенности в правильности решений.

Посол США, с широкой улыбкой, пожимал руку Каримову, выражая благодарность за поддержку. В этот момент стало ясно, что Штаты готовы закрыть глаза на проблемы прав человека и коррупцию в Узбекистане, ведь военная база в этой ключевой точке Центральной Азии стала важным элементом их борьбы с террором. Так началась новая глава сотрудничества, где политические интересы и военные цели заслонили вопросы о свободах и правах граждан.

2.3.2. Скупка государства

Кабинет компании Profinance отличается от привычной среды, где доминирует культ личности Каримова. Здесь нет портрета президента, лишь картины, изображающие великих ученых: Альберта Эйнштейна с его мудрыми глазами, погруженными в мысли; Николу Теслу в окружении электрических разрядов, символизирующих его открытия; Исаака Ньютона, сидящего под яблоней; Дмитрия Менделеева с таблицей химических элементов. Эти образы вдохновляют сотрудников компании, которые стремятся не к политике, а к знаниям и прогрессу.

В кабинете тихо обсуждаются последние новости. Глава компании, Санджар Умаров, читает газету «Правда Востока», в которой опубликована речь Ислама Каримова. На его лице заметны следы размышлений, он озадачен. Бросив газету на стол, Санджар задумчиво смотрит в окно, где с неба хлещет сильный дождь, а глухие раскаты грома наполняют комнату ощущением грозы не только за окном, но и в политической жизни страны.

– Что вы думаете? – спрашивает один из сотрудников, нарушая тишину.

Санджар делает паузу перед ответом:

– Каримов хочет, чтобы после американских военных в страну пришли бизнесмены и инвестиции. Это мировая практика. Но для успешного бизнеса нужна рыночная среда: правовые реформы, защита собственности, прозрачные правила. А у нас сплошное жульё. Везде взятки и откаты. Не знаю, на что рассчитывает президент…

Один из сотрудников возражает:

– Но ведь американцы уже здесь работают. Золотодобывающая компания «Ньюмонт» – десять лет на рынке. Огромные инвестиции. Миллиарды долларов. Золото – это сила.

Санджар хмурится:

– Вы верите, что в сфере золотодобычи будут честные тендеры? В стране работают не законы, а прихоти диктатора. Если у Каримова завтра поменяется настроение, он лишит их всех привилегий. Золото, хлопок, металлы – это ресурсы, которые обслуживают его семью.

– Значит, и нам не стоит вкладываться? – замечает другой сотрудник.

Санджар решительно отвечает:

– Нет, мы должны работать. Через американцев можно оказывать влияние на Каримова. Нам нужны настоящие реформы, высокие стандарты жизни. Нам нужны прозрачные финансы и честные тендеры. Я уверен, что США могут помочь в этом.

Гроза за окном набирает силу, струи дождя бьют по стеклу, создавая ощущение надвигающихся перемен. Темное небо и вспышки молний напоминают о том, насколько неустойчивой стала политическая ситуация.

– С чего начнем? – спрашивает сотрудник.

Санджар, словно отбросив сомнения, твердо отвечает:

– С экономики. Есть проект преобразования газа в жидкость для получения углеводородов. Мы создадим совместное предприятие с американцами – Ecoil Technologies. Вложим один миллиард долларов. Я вернусь в США, встречусь с чиновниками Пентагона, пробью контракты.

В этот момент на экране телевизора играет гимн Узбекистана. Камера фокусируется на развевающемся флаге республики, а затем на лице Ислама Каримова, который сдержанно, но уверенно смотрит в будущее. Голос за кадром торжественно заявляет:

"Узбекистан – надёжный партнёр Америки! Теперь наше будущее – с американцами!"

2.3.3. Гибель парка

Вечер в Ташкенте. Санджар Умаров едет домой в своей машине, задумчиво смотря в окно. Рядом с ним сидит сотрудник, который, словно пытаясь разрушить тишину, начинает говорить:

– Все партии – карманные. Они не будут нас слушать. Они живут за счет государственного бюджета, и, конечно, верны Исламу Каримову. Но нам нужна партия из реальных предпринимателей – промышленников, крестьян, ремесленников, транспортников. Те, кто сам занимается бизнесом, создают продукцию, а не имитируют деятельность ради чиновничьих привилегий. Но как их вовлечь в политику? Все всего боятся… Никто не хочет открыто говорить. Но молчание недопустимо, когда нас грабят под видом законности!

Санджар молча слушает, его взгляд все еще устремлен на городские огни. По радио заиграла патриотическая песня Юлдуз Усмановой, в которой она воспевает президента Каримова как "падишаха", продолжателя традиций великого Амира Темура. Мелодия наполнена восторгом и преданностью, восхваляет лидера, словно он воплощение вечности и могущества.

Машина, как раз, проезжает мимо памятника Амира Темура в центре Ташкента. У подножия статуи собралась группа молодежного движения «Камолот». Торжественные лица, флаги Узбекистана развеваются на ветру. Молодежь с благоговением произносит клятвы памятнику великого завоевателя, обещая хранить независимость страны и следовать по курсу хазрата Каримова. Гремит гимн республики, и в воздухе витает дух официальной церемонии.

Но вдруг внимание Санджара приковывает нечто тревожное – на площадь подъезжают грузовые машины, а рабочие с бензопилами начинают пилить деревья – платаны, которые были высажены на Сквере еще 150 лет назад. Санджар резко дергает водителя: