Алишер Таксанов – Дэв (страница 15)

Рустам зашёл внутрь, ощущая лёгкий холодок от каменных стен, и направился к стойке, за которой сидела пожилая библиотекарша. Это была женщина лет семидесяти с серыми, собранными в пучок волосами, в старом вязаном кардигане, что выглядел так же ветхо, как и стены библиотеки. Её лицо, покрытое морщинами, выражало добродушие и тихую усталость. В её руках были очки, которые она поправляла, когда читала, и небольшая тряпочка, которой она время от времени стирала пыль с поверхности стола.

– Чем могу помочь? – спросила она, чуть прищурившись на Рустама.

– Мне нужны книги о Канаде, – тихо сказал он.

Женщина кивнула, задумчиво погладила подбородок, затем медленно встала и повела его вглубь зала, туда, где стояли ряды энциклопедий и справочников. Она сняла с полки толстую, тяжёлую географическую энциклопедию и передала её Рустаму, добавив к ней объёмный том истории стран мира. Он забрал книги, затем прошёл к стеллажам с журналами и стал листать публикации о Канаде, где были фотографии гор, озёр и чистых городов.

Рустам усиленно тёр нос, погружённый в свои мысли, размышляя о планах, которые начали формироваться в его голове. Иногда он поднимал взгляд и мечтательно смотрел в окно, через которое можно было видеть серую улицу родной Бухары. Мысли о том, что жизнь может быть иной – спокойной, наполненной возможностями, без страха и давления – захватили его. Он чувствовал, что, возможно, перед ним открывается новый путь.

Библиотекарша, возвращаясь к своему рабочему месту, заметила его задумчивый взгляд и с улыбкой посмотрела на молодого человека. Для неё было радостно видеть, что книги вызывают в ком-то искру интереса.

– Люди сейчас думают о других странах, – произнесла она с лёгкой грустью, обращаясь к уборщице, которая как раз мыла пол недалеко от стойки.

Уборщица – полноватая женщина средних лет с коротко стриженными тёмными волосами, одетая в синюю рабочую униформу – только кивнула головой, продолжая вытирать пыльный деревянный пол. Лицо её выглядело измученным, глаза были полны безмолвной усталости.

– Да, все мечтают удрать отсюда, – ответила она тихо, слегка пожав плечами. – Я бы и сама свалила, но куда уедешь, когда у тебя дочь-инвалид? Она одна осталась, кто её будет смотреть?

Библиотекарша тяжело вздохнула, понимая её ситуацию. Она работала в библиотеке уже сорок лет, и вся её жизнь прошла здесь, в этих книгах и тишине. Маленькая зарплата, ни разу не позволившая ей выехать за пределы Узбекистана, казалась ей пожизненным приговором. Другие страны, о которых она так много читала, казались ей такими же недосягаемыми, как Марс. В её воображении они были полны удивительных городов, природных красот и возможностей. Но теперь это оставалось лишь мечтами.

– Мне тоже хотелось бы уехать, – тихо произнесла она, обращаясь к уборщице, – но куда нам, старым людям? Да и возможностей таких никогда не было. Только книги, да и те – иллюзии…

Она снова села за свой стол, потерла глаза и снова принялась за свою работу, ведь книги оставались для неё единственным способом "путешествия".

2.1.6. Иллюзии

В родительском доме Рустама царила тишина. За окном светила полная луна, её серебряный свет заливал комнату мягким, холодным сиянием. Легкий ночной ветерок колыхал занавеску, пропуская свежий воздух и донося с улицы глухие шаги позднего прохожего. В этой тишине казалось, что мир застыл, не двигаясь, позволяя всем погрузиться в глубокий сон.

Рустам лежал на кровати, обняв Мохигуль. Ему было тепло и уютно от близости любимой женщины, её тело прижималось к нему, словно напоминая, что несмотря на все тяготы жизни, есть что-то стабильное и спокойное. В соседней комнате мирно спали их дети, и Рустам слышал их тихое дыхание, которое наполняло его сердце радостью и тревогой одновременно. Всё казалось идеальным для сна, но Рустам не мог успокоиться, его мысли блуждали в неведомых далях, не позволяя расслабиться.

Мохигуль, заметив, что муж неспокоен, повернулась к нему и спросила сонным голосом:

– Почему не засыпаешь?

Рустам вздохнул и, продолжая лежать на спине, ответил:

– Да устал я здесь… Надо искать дорогу.

– О чём ты? – Мохигуль слегка приподнялась на локте, пытаясь вглядеться в лицо мужа в полумраке. – Какую дорогу? Ты уезжаешь? В Ташкент к родственникам? Там ведь у тебя брат Алишер есть, дипломат, может, он поможет?

Рустам молчал, не желая сразу делиться своими мыслями. Его ум был далеко от Ташкента, от родственников и привычной жизни. В его голове стояла картина другой страны – далёкой и неизведанной Канады. В его воображении этот край был раем, где нет коррупции, взяточничества и страха перед властью. Он представлял себе, как они с Мохигуль и детьми гуляют по широким, чистым улицам канадских городов, где каждый имеет возможность работать и жить спокойно. Природа Канады рисовалась в его сознании: бескрайние леса, голубые озёра и высокие горы, такие величественные и неприступные, как свобода, о которой он мечтал.

В этих иллюзиях Рустам видел себя успешным бизнесменом, работающим честно, без страха, что завтра придут милиционеры или чиновники с новыми требованиями. Он представлял, как его дети ходят в современные школы, где их не будут учить, как угождать режиму, а где они смогут мечтать и развиваться. Там, в его мечтах, они были свободны от оков, что сковывали их здесь, в родной Бухаре.

Но эта картина всё ещё казалась далёкой, словно недосягаемой. Рустам понимал, что его мысли – это не реальность, а лишь мечты, иллюзии, которые пока только в его голове. Он не знал, сможет ли когда-нибудь осуществить этот побег, но желание покинуть страну, в которой его душа задыхалась, становилось всё сильнее.

Мохигуль, не дождавшись ответа, снова прижалась к нему и вскоре заснула. А Рустам продолжал смотреть в потолок, прислушиваясь к ночным звукам за окном, и думать о пути, который мог бы вывести его и его семью в другую жизнь.

2.1.7. Олима Караева

Утро в Бухаре было свежее и прохладное. Рустам, заправив старенькую «Тико», выехал со двора и отправился по пыльным улицам древнего города. Машина с лёгким гудением проезжала мимо старинных минаретов, увенчанных голубыми куполами, мимо рыночных лавок, где уже вовсю шла торговля. Бухара, с её узкими улочками, пропахшими специями и горячим хлебом, пробуждалась к жизни.

Дорога вела Рустама к окраинам города, к двухэтажному дому, окружённому высоким забором. Когда он подъехал, его встретил злой лай собак, от которого у него внутри всё похолодело. На воротах висела табличка: «Карина: трудоустройство, эмиграция, будущее». Сердце Рустама ёкнуло, когда он постучал в калитку. Лай усилился, цепи гремели. Наконец, дверь открылась, и перед ним возник хмурый Джейхун, которого Рустам сразу узнал – это был тот самый парень, что продавал подозрительное мясо в чайхане.

– Чего надо? – грубо спросил Джейхун, явно не радуясь новому визитёру.

– Я вас вчера видел у кафе… – начал Рустам с робостью.

– А что? – насторожился парень.

– Мне сказали, что вы можете помочь с трудоустройством. Я насчёт эмиграции… Слышал, что Олима-опа помогает отправить людей в Канаду, – объяснил Рустам.

Джейхун лишь кивнул:

– Подождите здесь, я поговорю с мамой.

Он закрыл калитку, оставив Рустама в компании злобных лающих собак. Спустя несколько минут калитка снова открылась, и на пороге появилась Олима Караева. Это была невысокая, худая женщина с острыми чертами лица, которые придавали ей одновременно и энергию, и жёсткость. Её глаза блестели, в них чувствовалась проницательность, а движения были быстрыми и порывистыми. Казалось, что в ней кипела энергия, которой хватило бы на десятерых. Но вместе с этим была в ней и некая холодная, тёмная аура, что-то отталкивающее, несмотря на её любезность и улыбчивость.

– Ах, проходите, проходите, рада вас видеть, – произнесла она с улыбкой, приглашая Рустама внутрь.

Двухэтажный дом из панелей был скромным снаружи, но внутри производил впечатление. Они поднялись на второй этаж, где располагался её кабинет. Везде царил строгий деловой стиль: на стене висел портрет Ислама Каримова, флаг Узбекистана гордо развевался под потоком кондиционера, а по стенам красовались фотографии Олимы с чиновниками разных уровней. Письма с благодарностями и почетные грамоты покрывали полки, создавая образ человека с весомым статусом. Всё здесь кричало о серьёзности дел, которыми занималась Караева.

– Садитесь, – Олима указала на стул напротив её рабочего стола. Рустам сел, чувствуя волнение.

– Я хочу эмигрировать в Канаду, – сразу перешёл к делу Рустам.

Олима кивала, слушая его, её глаза внимательно изучали собеседника.

– Это сложно, но возможно. Виза, билеты, трудоустройство – всё это требует больших денег, – ответила она, слегка цокая языком, словно взвешивая ситуацию.

– Я продам бизнес, квартиру, машину. Найду деньги, – уверенно сказал Рустам, готовый на всё ради новой жизни.

Олима слегка улыбнулась, видя перед собой клиента, готового не торговаться.

– Ну что ж, тогда это реально. Вы хотите уехать один? – уточнила она.

– Можно с семьёй? – спросил Рустам, его голос дрожал от надежды. – Мне хотелось бы взять жену и детей.

Олима одобрительно кивнула.

– Конечно, можно, но на всех нужны справки, что они физически здоровы. Проверки врачей обязательны. Никаких хронических заболеваний.