Алиса Скаут – Грани твоей власти (страница 3)

— Э-э... Господин Шторм, боюсь, произошла небольшая накладка.

— Какая именно? — голос Даниила стал холодным. Анна знала этот тон: он предвещал неприятности для того, кто их создал.

— Мы получили вашу заявку поздно ночью, и из-за технического сбоя система не подтвердила бронирование второго номера. Сейчас в отеле проходит международный форум по кибербезопасности, все стандартные номера забронированы. Единственное, что мы можем предложить, — это дополнительная спальня в президентском люксе. Дело в том, что люкс двухуровневый и содержит две изолированные спальни с общей гостиной зоной...

Консьерж говорил еще что-то — про компенсацию, про комплиментарное шампанское, про спа-процедуры за счет отеля, но Анна уже не слушала. Две спальни. Общая гостиная. Они будут жить в одном люксе. Три дня.

Сердце сделало кульбит.

Даниил повернулся к ней. Его лицо было бесстрастным, как всегда.

— Вас это не стеснит? Комнаты изолированы, у каждой свой санузел. Вам не придется пересекаться со мной, кроме как по работе.

«Кроме как по работе». Анна сглотнула. Конечно. Работа. Только работа.

— Нет, господин Шторм. Меня это не стеснит. Если вас устраивает такой вариант.

— Вполне.

Он снова повернулся к консьержу, который заметно побледнел за эти секунды:

— Мы займем люкс. Но я ожидаю, что отель компенсирует неудобства в полном объеме. И чтобы в следующий раз система не давала сбоев. Утром я хочу видеть менеджера.

— Да, конечно, месье. Спасибо за понимание. Багаж доставят немедленно.

Президентский люкс располагался на верхнем этаже и занимал, кажется, целое крыло. Анна вошла следом за Даниилом и замерла, не в силах скрыть впечатление.

Гостиная была размером с хорошую квартиру: белые кожаные диваны, стеклянные столики, абстрактные скульптуры у стен. Огромные панорамные окна выходили прямо на озеро. За ними, в хрустальной дымке, высились заснеженные вершины Альп. Стеклянная дверь вела на просторную террасу с диванами и джакузи.

— Ваша спальня справа, — указал Даниил, не останавливаясь. — Моя слева. Через час выезжаем на переговоры. Будьте готовы.

— Да, господин Шторм.

Он скрылся в своей спальне — высокая фигура, обтянутая дорогим сукном, — и закрыл дверь. Анна осталась в гостиной одна. Она медленно подошла к окну и прижалась ладонями к холодному стеклу.

Она будет жить в одном люксе с Даниилом Штормом. Есть с ним завтрак. Видеть его утром, еще до того, как он наденет маску безжалостного бизнесмена. Слышать его шаги за стеной вечером. Знать, что он рядом — на расстоянии вытянутой руки.

Это было слишком. Слишком много и слишком близко.

Она прошла в свою спальню — светлую, с огромной кроватью, застеленной белоснежным бельем, с собственной ванной комнатой, отделанной мрамором. На туалетном столике — свежие цветы. На подушке — шоколад ручной работы в золотой фольге.

Анна села на край кровати и закрыла лицо руками.

«Возьми себя в руки. Ты профессионал. Ты не влюбленная школьница. Ты справишься».

Она повторила это десять раз. Потом встала, поправила макияж, собрала волосы в строгий пучок. Через час — переговоры. Её работа. Её щит.

Переговоры проходили в конференц-зале отеля. Швейцарская сторона — четверо мужчин в дорогих костюмах, с часами «Patek Philippe» на запястьях и сдержанными манерами. Обсуждалась поставка швейцарского оборудования для нового завода «Storm Industries» в Новосибирске. Сумма контракта исчислялась десятками миллионов евро.

Анна сидела слева от Даниила и фиксировала всё, как он велел: кто сомневается, кто отводит глаза, кто задает уточняющие вопросы. Главный переговорщик швейцарцев, господин Мейер, явно нервничал, хоть и пытался это скрыть. Его заместитель, напротив, был расслаблен — Анна мысленно отметила: «Колеблющийся Мейер, уверенный зам. Давить на Мейера».

Она скользнула записку Даниилу, стараясь не привлекать внимания. Он опустил взгляд, прочитал, и уголок его рта чуть дрогнул — почти улыбка. Почти. Он снова поднял глаза на швейцарцев, и переговоры пошли по новому руслу: он направил удар на Мейера, обходя его зама, и тот сдался уже через час.

Когда они вышли из конференц-зала, Даниил сказал ей негромко, почти на ухо:

— Хорошая работа, Анна. Очень хорошая.

Его дыхание коснулось её виска. Она почувствовала запах его парфюма — тот самый, с пряностью и древесными нотами. Ноги стали ватными, но она удержалась на каблуках.

— Спасибо, господин Шторм.

— Сегодня вечером мы свободны. Завтра — второй раунд, но это уже формальность. В семь я жду вас в ресторане отеля. Нам нужно обсудить стратегию на завтра и дальнейшие шаги.

— Конечно.

Он кивнул и ушел к лифтам, оставив её в холле с папкой документов и бешено колотящимся сердцем.

Ужин. В ресторане. Вдвоем. Обсудить стратегию. Конечно, только стратегию.

В шесть Анна стояла перед зеркалом в своей спальне и смотрела на два разложенных на кровати платья. Строгое темно-синее — то самое, «рабочее». И маленькое черное, которое она всё-таки взяла «на всякий случай».

«Это просто деловой ужин. Надень рабочее».

Но рука потянулась к черному.

Оно сидело идеально: облегало талию, мягко струилось по бедрам и заканчивалось чуть выше колен. Скромно, но достаточно открыто, чтобы намекнуть: под этим платьем — женщина. Женщина с телом, желаниями и правом быть замеченной. Распустила волосы — долой строгий пучок. Легкий макияж, капля туалетной воды на запястья.

Она взглянула в зеркало и увидела незнакомку. Ту Анну, которую она прятала в офисе за серыми костюмами и вежливой улыбкой. Красивую, волнующуюся, полную надежды.

«Господи, что я делаю».

Она едва не переоделась обратно. Но стрелки часов подгоняли: без пяти семь. И она вышла в гостиную — как раз в тот момент, когда Даниил появился из своей спальни.

Он был без галстука. Верхняя пуговица белоснежной рубашки расстегнута. Серые брюки, черные туфли. Темные волосы чуть растрепаны. Он выглядел не как миллиардер на переговорах, а как мужчина, который решил провести вечер расслабленно.

Заметив её, он остановился. Замер буквально на секунду — но эта секунда длилась вечность. Его взгляд прошелся по ней от распущенных волос до туфель на каблуках и обратно. В стальных глазах что-то мелькнуло — что-то, от чего у Анны перехватило дыхание.

— Вы... изменили прическу, — произнес он ровным голосом, но в нем Анна уловила нотку, которой раньше не слышала.

— Решила, что для ужина это уместно, — ответила она, гордясь тем, что голос не дрогнул.

— Уместно, — повторил он. Пауза. — Что ж, идемте. Столик уже ждет.

Ресторан «Bayview» располагался на первом этаже отеля и славился своей средиземноморской кухней и террасой с видом на озеро. Шеф-повар, как выяснилось, имел мишленовскую звезду. Официанты двигались бесшумно, свечи мерцали в хрустальных подсвечниках, и где-то играл живой рояль — что-то нежное, из Дебюсси.

Их столик стоял в углу террасы, отгороженный живой изгородью от остальных посетителей. Слишком уединенный для «просто делового ужина». Закатное солнце красило озеро в расплавленное золото, и горы на горизонте казались нарисованными фиолетовыми чернилами.

— Здесь потрясающе, — прошептала Анна, забывшись.

— Да, — ответил Шторм, но смотрел он не на озеро. Смотрел на неё.

Официант принес меню и винную карту. Даниил заказал белое бургундское, даже не взглянув на список. Анна заметила, что он вообще ничего не смотрел — его взгляд был прикован к ней.

— Я взял на себя смелость заказать дегустационное меню, — сказал он, когда официант ушел. — Шеф-повар — старый знакомый. Он знает мои предпочтения.

— У вас здесь много знакомых?

— Достаточно. Я часто бывал в Женеве в начале карьеры. Швейцария — удобная юрисдикция для международных контрактов. Но я не хочу говорить о работе.

Анна моргнула. Даниил Шторм, который не хотел говорить о работе? Это было нечто новое. Это было почти... личное.

— О чем же вы хотите говорить? — спросила она осторожно.

Он взял бокал, который только что наполнили вином, и повертел его в пальцах, глядя на игру света в золотистой жидкости.

— О вас, Анна.

Её сердце пропустило удар.

— Обо мне? Но там нечего рассказывать.

— Неправда. Вы работаете со мной год. Вы знаете мой график лучше, чем я сам. Вы знаете, какой кофе я пью, какие документы мне нужны до того, как я их попрошу, и какое у меня настроение, когда я вхожу в офис. А я о вас не знаю почти ничего.

— Это не входит в должностную инструкцию, — пошутила она, надеясь разрядить напряжение.

Он не улыбнулся.

— Я хочу знать. Почему у такой девушки нет парня, Анна?