Алиса Романова – Дар Тьмы. Праздник Кровавой луны (страница 6)

– Элла, успокойся… – начала Бек, но тут же прикусила язык, когда разъяренная подруга повернулась к ней.

– Я это так не оставлю, – прошипела она, вытирая глаза рукавом черного свитера. Только сейчас Ева поняла, что эта вещь когда-то принадлежала Рону. – Я доберусь до него! Он пожалеет, что втянул во все это Рона!

– О ком ты говоришь?! – вскочив на ноги, Ева схватила подругу за плечи и легонько тряхнула. – Элла, кто и куда его втянул?

Рыдающая девушка, казалось, даже не слышала ее. В этот момент распахнулась дверь, и в палату, словно фурия, влетела миссис Палмер.

– Вам лучше уйти, – холодно произнесла она, хватая дочь за руку и становясь между ней и подругами. – Я надеялась, что вы ей поможете, но, очевидно, все стало только хуже.

– Простите, мы не хотели ничего подобного… – Бек в который раз прервалась под грозным взглядом миссис Палмер.

– Идем, – буркнула Ева, увлекая подругу вслед за собой.

Девушка понимала, что сейчас действительно лучше уйти. Норе не нужны их извинения и оправдания.

– Что мы такого сделали? – возмущалась Бек, когда дверь за их спинами захлопнулась. – Элла ведь сама сказала, что смирилась с потерей Рона.

– Видимо, она поторопилась с выводами.

Ева чувствовала себя виноватой. Именно ее слова вызвали у еще не до конца пришедшей в себя девушки новую порцию истерики. В конце концов, она ведь могла и промолчать, сказать что-то нейтральное, просто поддержать подругу. Черт ее дернул кричать о несправедливости?!

– Эй, ты не виновата, – словно прочитав ее мысли, Бек ободряюще улыбнулась. – Элла просто не в себе. Я уверена, все наладится. В конце концов, все когда-нибудь умрут. Этого не избежать.

– Да, я знаю, – Ева потупила взгляд, изучая пожелтевшую от времени плитку на полу. – Давай уйдем отсюда. Это место навевает тоску. Не хочешь прогуляться?

Бекка виновато улыбнулась.

– Извини, я бы с радостью, но меня ждет Тим. Мы договорились сходить в кино…

– Ничего, все нормально, – широко улыбнулась Ева, давая понять, что не обижается на подругу. – Повеселитесь.

– Можешь пойти с нами, если хочешь.

– Спасибо, но я лучше вернусь домой.

Уж что-что, а быть третьей лишней совсем не хотелось. Да и настроение было такое, что о кино Ева думала в последнюю очередь.

Бек же, переполненная радостным предвкушением от предстоящего свидания, чмокнула девушку в щеку и поспешила убраться из больницы. Ева проводила подругу тяжелым взглядом. Конечно, Бекка не из тех, кто страдает по любому поводу. Она действительно умеет радоваться жизни и находит позитив во всем вокруг. Но нормально ли это, когда твоего друга не стало всего несколько дней назад?

С другой стороны, Рон и Бекка никогда не были особенно близки. Их можно было назвать друзьями с большой натяжкой просто потому, что в таком маленьком городке выбор был невелик. Либо дружишь с соседями, либо остаешься в гордом одиночестве. Ева не помнила, чтобы Рон или Бек делились друг с другом чем-то сокровенным, тем, что рассказывают только близким. Нет, они были скорее приятелями, часто проводили время вместе в общей компании, но никогда не оставались наедине. И сейчас Ева даже завидовала Бекке, потому что ей, в отличие от подруги, было неимоверно больно от потери Рональда.

Вернувшись домой, Ева заварила завалявшийся на полке персиковый чай и с тоской оглядела старую кухоньку. Дом тонул в тишине. Мама осталась на ночное дежурство и вернется ближе к утру, а Эви умчалась на прогулку с подружками. Всю дорогу до дома мысли девушки возвращались к словам Эллы. Кто такой Уилл? Как найти этого парня? А нужно ли? В конце концов, этим должна заниматься полиция. Элла сказала, что никто из органов правопорядка не приходил к ней. Может, они и не знают о том, что в убийстве может быть замешан Уилл. Но ведь для этого и нужно опрашивать знакомых, верно? В конце концов здравый смысл отошел на второй план, уступив место врожденному авантюризму, и Ева, решительно возгрузив на письменный стол старенький ноутбук мамы, отхлебнула горячий чай и открыла вкладку браузера.

В современном мире все вертится вокруг интернета. С его помощью можно многое узнать о человеке, даже если вы никогда не были знакомы, что уж говорить о друзьях. Фотографии, посты и статусы помогают понять, где ты находишься, как мыслишь, какие книги предпочитаешь и даже что ешь на завтрак.

Первым делом Ева решила проверить странички Рона в социальных сетях. Парень никогда особо не зависел от интернета и, в отличие от той же Бекки, не выставлял напоказ каждый свой шаг, но, возможно, таинственный Уилл окажется у него в друзьях, а дальше… А что дальше, Ева не знала. Сразу сдать его полиции? А что, если он не виновен, и этим она направит детективов по ложному следу? Да и станет ее вообще кто-нибудь слушать? Значит, она просто напишет парню и узнает, что объединяет его и Рона. Но скажет ли Уилл правду, особенно если он виновен? Не спугнет ли это потенциального убийцу?

Вопросы остались без ответа. Девушка провела несколько часов, изучая социальные сети друга и его знакомых, но ни в одной из них не было даже упоминания о Уилле. Старенький компьютер возмущенно гудел, моля об отдыхе. Ева со вздохом опустила крышку ноутбука и выглянула в окно. На улице уже начало темнеть, и она тревожно покосилась на мобильный. Сестра до сих пор не вернулась.

– Ну и где тебя носит? – пробубнила Ева, набирая номер Эви. Механический голос на том конце провода уведомил, что вызываемый абонент находится вне зоны действия сети.

Спустя двадцать неудачных попыток дозвониться до Эвелин Ева начала паниковать. Воображение вовсю рисовало страшные картинки, одна хуже другой. Куда бежать? Кому звонить? Где ее искать?

В коридоре хлопнула входная дверь. Ева облегченно выдохнула и бросилась туда.

– Где ты была?! – без предисловий набросилась она на сестру. Эви округлила глаза и замерла с курткой в руках.

– Гуляла, – промямлила девочка, сжавшись под яростным взглядом старшей сестры.

– А телефон тебе для чего? Ты время видела?!

– Ты чего кричишь? Мы с подружками гуляли в парке. Я не видела, что телефон отключился. Наверно, зарядка села.

– Прекрасно. Ты должна быть дома до наступления темноты…

– Перестань на меня кричать! Чего ты командуешь?! Ты мне не мама! – в глазах младшей сестры застыли слезы. – Ты уехала и бросила нас! А теперь взялась меня воспитывать! Через неделю ты снова уедешь и забудешь про меня!

Не дав Еве возразить, Эви стремительно рванула в свою комнату и с грохотом захлопнула дверь. В коридоре воцарилась давящая тишина. Ева без сил опустилась на пуфик, стоявший у входа, и прикрыла лицо руками. Совесть не без ехидства заметила, что сестра права. За все эти два года она ни разу не поинтересовалась, во сколько ее сестра приходит домой, чем занимается в свободное время, с кем дружит. «Как дела» и «я скучаю», вот и весь разговор. На вопрос «когда ты приедешь?» Ева всегда отвечала завуалированно «скоро». Ей не хотелось возвращаться. Но в момент принятия такого решения думала ли она о других? О том, как это скажется на Эвелин? Нет. На тот момент Еву волновали собственные чувства и амбиции. Это ведь ее жизнь, она имеет право ехать куда захочет и жить там, где ей нравится. Ну и что, что университет, в который она мечтала попасть, запросил неподъемную сумму за обучение, а вакансия в издательстве, которую девушка присмотрела еще до отъезда, оказалось фальшивкой для завлечения молоденьких симпатичных дурочек? Она ведь все же смогла найти другую работу и поступить в университет попроще. Правда, тот бар, куда ее взяли официанткой, на деле оказался местом сбора отморозков, не отличавшихся умом и чувством такта. Ева до сих пор помнила вопли одного из бугаев, когда девушка после очередных откровенных приставаний не выдержала и как бы случайно опрокинула на него целый поднос ледяного пива. Это стоило ей половины зарплаты и увольнения, но она не жалела о содеянном. В следующий раз отморозок подумает дважды перед тем, как снова решит полапать официанток своими грязными жирными ручищами. А университет… На втором курсе Ева поняла, что выбрала профессию, которая совершенно не соответствует ее образу жизни и желаниям. Ей были абсолютно неинтересны лекции об истории искусства и философии. Но последней каплей стало заявление одного из преподавателей о возможности сдачи экзамена только через покупку его практического руководства. Нет денег – нет оценки. В тот же день Ева забрала документы.

О такой жизни в большом городе она мечтала? Стоило ли это переживаний мамы и Эви? Она ведь действительно думает, что старшая сестра бросила ее.

Ева сглотнула образовавшийся в горле ком и решительно направилась к комнате Эвелин.

– Можно войти? – коротко постучав, позвала она. Сестра молчала. – Прости меня. Просто… Я переживала за тебя. Ты же знаешь, в городе сейчас небезопасно, и я… Я очень боялась, что могу тебя потерять.

В комнате скрипнула кровать, и через несколько секунд дверь приоткрылась. Взору Евы предстало заплаканное лицо сестры. Это стало последней каплей. Слезы хлынули из глаз, когда девушка, упав на колени, обняла зареванную Эвелин. Чувство стыда за то, что малышка пережила за эти два года, накатывало волнами, вызывая отвращение к самой себе.

– Прости, прости, – шептала она, когда маленькие ручки мягко обняли ее за шею. – Я обещаю, я больше никуда не уеду и не брошу тебя.