Алиса Перова – Танец на крыльях (страница 131)

— Да вот, Олег Константинович, собралась я большой спорткомплекс забабахать… Думаю, с какого города начать, застройщика выбираю…

— Ив Москве тоже? — сглотнул Карабас.

— Нет — мечусь между хуторами Малые Зады и Большие Хачики! — фыркаю я и, проскользив взглядом по залу, отмечаю, что гостей заметно прибавилось. Соболевых пока нет.

Одиссей перехватывает мой взгляд и машет мне рукой. А рядом с ним… Какая приятная неожиданность — вчерашняя скандалистка Сергеева Света и, похоже, вместе с мужем. Она тоже меня видит и теперь пытается заболтать супруга, забыв о том, что мужчины не любят ушами. Эх, Светка, забирай его и беги, пока не поздно!

— Ну, понял… — продолжает "любить мои уши" Карабас. — А что значит — ты застройщика присматриваешь?! Это ты специально мне на нервы капаешь? И, кстати, там одна разработка проектной документации знаешь во что…

— Вот Вы снова считаете мои деньги, Олег Константинович! — упрекаю я и отыскиваю глазами Женечку. Он в компании двух девиц, но бросает на меня многообещающие взгляды. Я посылаю ему воздушный поцелуй под неодобрительным взглядом Ланевского-старшего, а Карабас возвращает меня к разговору:

— Я просто за тебя волнуюсь… Так, давай все по порядку обсудим!

— Но не сейчас же! — возмущаюсь я, но тут же широко улыбаюсь, видя, как к нам стремительно приближается Гена.

Несмотря на мощное телосложение, его походка легкая и быстрая, как у сильного мускулистого тигра, и я невольно любуюсь. В руке у парня широкий стакан для виски, на две трети наполненный прозрачной жидкостью. По пузырькам внутри я догадываюсь, что это минералка. Гена делает небольшой глоток и меня тут же одолевает жажда, что для парня не остается незамеченным.

— Уважаемый, — он окликнул бегущего мимо официанта, быстро снял с его подноса бутылку с водой, метнулся к ближайшему столику и наполнил чистый фужер.

И что я зависла в компании этих старперов, когда вокруг меня такие мальчишки? Тем временем мальчишка подошел к нашему трио.

— Прошу прощения, что вклиниваюсь в вашу беседу, но что же вы, господа хорошие, заморили прекрасную даму жаждой и голодом, — Гена протягивает мне фужер.

— Это водка? — я хитро улыбаюсь и почти со стопроцентной уверенностью знаю, что он мне ответит.

— Помилуйте, Королева, — радостно рычит Гена, оправдывая мои ожидания, — разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт!* (От авт.: цитата из романа М. Булгакова "Мастер и Маргарита")

— Спасибо, мой добрый рыцарь, — я принимаю фужер и подношу к губам.

— Через пять минут я тебя украду, Королева, — предупреждает парень, скорее, для моих собеседников и растворяется среди гостей.

— Клоун! — недовольно проворчал ему вслед Ланевский, а мне очень захотелось тюкнуть его по носу.

— Это Вы зря, Александр Андреевич, Гена — очень глубокий и тонко чувствующий человек.

— Кто? Это он-то тонкий? — удивился Ланевский. — Вот этот…

— Да, представьте себе. И то, что он дружит с Вашем Женькой, делает Вашего сына только лучше в моих глазах. Ведь Женя совсем не такая циничная сволочь, каким иногда хочет казаться.

— Так, ну ладно, — спохватывается Карабас, — что-то мы и правда забыли накормить нашу девочку.

Следующие полчаса я провожу в компании Гены, фонтанирующего позитивом, и лишь его присутствие спасает меня от побега в мою спокойную "Крепость". Соболевых среди гостей нет, и мой стимул стремительно гаснет. Торжественные речи Ланевского и Карабаса сливаются с фоновым шумом, и если бы толстопуз не упомянул о моем неоценимом вкладе, я бы и вовсе не услышала, о чем он так бодро вещает.

Вот теперь меня заметили и оценили все. И в этот самый момент я поймала взгляд… Наполненный такой лютой ненавистью, что неподготовленный человек содрогнулся бы. Но я готова — я очень ждала! И теперь улыбаюсь, глядя в ледяные глаза своей тетки.

 Перевожу взгляд на пухлого подкаблучника Эдичку — он растерянно улыбается, смотрю на повзрослевшую Моль Снежаночку — у той в глазах любопытство и азарт, на Артурчика — ему страшно…

И в эту минуту мне очень хорошо!..

37.6 Диана

В один короткий миг это скучное мероприятие обрело для меня смысл. И сейчас все присутствующие здесь гости смотрят на меня, я же не свожу глаз с моих кровных врагов.

За этот недолгий период нашей холодной войны тетка ни разу не рискнула встретиться со мной с глазу на глаз. Полагаю, она знала, что я не отступлю, и сосредоточилась на спасении своего бизнеса. Наверное, с ее позиции это было правильно, но совершенно бесполезно. Почему я сделала ставку на ее бизнес? Потому что он для нее все — ее имя, статус, кормушка и любимое дитя. За эти годы Надежда хорошо раскрутилась. По меркам столицы она, конечно, мелкая рыбешка, однако в нашем городе тетушка заработала себе имидж богини стиля и падать ей будет больно.

— Диана, все в порядке? — с беспокойством спрашивает Гена, а проследив за моим взглядом, кладет свою широкую ладонь мне на талию и притягивает меня к себе, словно защищая. — Выше голову, Королева, мы с тобой до победы.

Я отвечаю парню благодарной улыбкой. Не имеет смысла объяснять, что эту семейку я не боюсь уже очень давно. Страх меня покинул одновременно с моим детством в тот день, когда мне исполнилось тринадцать лет. Когда игра в гляделки закончилась, от квартета Соболевых отделилась хрупкая фигурка Снежаны и стремительно направилась к нам через весь зал. Причем улыбается так, словно очень рада встрече. И рада она явно не по мне, потому что взгляд ее водянистых глаз сосредоточен на обнимающем меня парне.

— Гена, мне кажется или Моль действительно порхает к тебе?

— Моль? — хохотнул парень. — Поразительно точная характеристика. И, похоже, что да — ко мне. Еще осенью имел сомнительное счастье с ней познакомиться — очень непосредственная девушка.

Я покривлю душой, если скажу, что Снежана осталась такой же блеклой и непривлекательной, какой была в детстве. Нет — сейчас это изящная, неплохо скроенная блондиночка с милым личиком, облагороженным профессиональным макияжем. Я бы сказала, чересчур худая, и ножки ей бы следовало прятать под макси, но ведь вес — это дело наживное. Возможно, малышка и расцветет годам к сорока. Зато волосы у нее действительно роскошные — натуральная блондинка.

— Геночка, привет! — кокетливо пропищала Снежана и с любопытством покосилась на его руку, обвивающую мою талию. На меня же — ноль внимания. Чудны дела твои, господи.

— Добрый вечер, — вежливо приветствует Гена. — Простите, мы с Вами уже встречались?

Улыбка сползает с бледного личика, и Снежана открывает было рот, чтобы напомнить забывчивому парню, при каких обстоятельствах они встречались, но понимание настигает ее раньше.

— Очень смешно! Встречались однажды, когда ты свои штаны порвал, — мстительно выдает Снежана.

— Точно! А я думаю, где я видел эту блондинку, — Гена хлопает себя по лбу. — Так ты одна из моих остервенелых фанаток, которые вечно рвут зубами мою одежду? На вас и правда штанов не напасешься. А сюда-то тебя кто пропустил, чудо?

Теперь Снежаночка реально теряется и беспомощно моргает ресницами, но смотрит уже на меня.

— Привет, Диан, — снизошла она до приветствия. — Что, решила вернуться в родные края? Ну и как тебе у нас?

— У кого это — у вас, Снежана? Сейчас ты, можно сказать, у меня в гостях.

Я вижу полное непонимание на лице девушки. Похоже, она очень далека от проблем собственной семьи. И, кажется, слишком сильны навязанные в детстве стереотипы, ведь для нее я так и осталась сиротой и приживалкой, не заслуживающей внимания. К тому же, по мне всегда можно пройтись беспощадным катком по имени Надежда. Мне даже жаль разочаровывать эту сильно выросшую, но неповзрослевшую девочку. Пожалуй, пусть остается и дальше в своем позитивном мирке. Но эта дурочка сама настырно лезет из своего бронированного кокона.

— В каких гостях? — она пренебрежительно морщит носик. — В этой компании работает мой брат, а президент компании — лучший друг нашей семьи.

Мы с Геной переглядываемся, и парень весело резюмирует:

— Смотри-ка, Моль на выдумку хитра!

Снежаночка даже вздрогнула от этого комментария и впилась в грубияна злым и обиженным взглядом.

— Я о тебе, Гена, намного лучше думала, — с надрывом выкрикивает она, — а ты такой же, как и все мужики. Сам же называл ее черномазой мартышкой, а теперь жмешься к ней! Это потому что легче всего завоевать шлюху, у которой вырез до пупка.

— Э-э, похоже, мне теперь есть о чем подумать, — бормочет Гена. — Ты прости, девочка, что я не оправдал твоих ожиданий.

Мне же сказать совершенно нечего. Странное ощущение… И, вроде бы, знаешь, что перед тобой детеныш гиены, но беззубый и беспомощный… Да и вряд ли это когда-либо изменится.

— Снежан, ты иди к маме, хорошо? — говорю ей почти ласково. — А то она волнуется, наверное…

— А ты не указывай мне, французская шлюха! — визгливо тявкает она, чем привлекает внимание окружающих, находящихся поблизости.

Я тяжело вздыхаю и наблюдаю, как к нам, словно реактивный голодный птеродактиль, несется Надежда Соболева.

— О-о, — басовито подвывает Гена, еще теснее прижимая меня к себе, — чем дальше в лес, тем злее дятлы.

В это же время откуда-то справа материализовался Женя и, схватив Снежану за хрупкий локоток, отдернул от нас в сторону:

 — Женя? — почти радостно пищит Моль.