Алиса Перова – Безобразная Эльза (страница 66)
– Понимаешь, какая история, Викуль… От этого чучела у меня сносит крышу и раздувает член, а твоё присутствие неблаготворно влияет на мою эрекцию. Но ты же, дура, слов нормальных не понимаешь! Ну, не стоит у меня на тебя, Вик! Неужели не видишь?
Она яростно затрепыхалась, а на глаза навернулись слёзы.
– Ну, извини, – отпускаю её и развожу руками. И еле успеваю поймать ладонь, несущую леща.
– Вы все очень сильно пожалеете!
– Да мне уже тебя жалко.
– Ненавижу тебя, Ланевский! Сдохнешь в муках!
– Вик, не стоит разбрасываться…
– Я сказала! – она рванула по коридору, не оглядываясь
А-а-а, на х*й!
60
Настроение в приёмной мне совсем не нравится. Элла вжимается спиной в стену, в попытке с ней слиться, а отец яростным взглядом расстреливает мою девочку. И я бы потушил этот взгляд, но... отец, всё же. Принимаю огонь на себя.
– Ну что, пап, у нас там, вроде, вопросы накопились, – киваю на кабинет. – Давай уже вернёмся к нашим баранам.
– А далеко ходить не надо, сынок, – отец продолжает разглядывать Эллу. – Я так понимаю, ты был в курсе, что под шкурой трепетной овцы скрывалась...
Вижу, как рыжуля обречённо прикрывает глаза…
– Пап, слова фильтруй, – гляжу на него предостерегающе.
– Да ты в своём уме, мальчишка?! – взрывается отец. – Ты посмотри, что она здесь устроила! А разгребать теперь кто будет? Ты? Она? – он снова ткнул пальцем в сторону моей расстроенной девочки. – Не-эт! Потому что выкрутасы этой ряженой куклы…
– Рот сейчас закрой!.. папа... – я понизил голос до шёпота на последнем слове, а отца знатно перекосило.
– Женя, не надо, – Элла предостерегающе вскидывает руку. – Ой, то есть Евгений Александрович... Простите…
Отец бьёт копытом, готовый затоптать свою, с его же слов, такую замечательную помощницу. Во всяком случае, ещё утром он собирался одарить её премией, а сейчас…
– Интере-эсно, Эллочка… И как давно он для тебя Женя? Или вы тут за моей спиной…
– Я ведь исправилась, – голос Эллы прозвучал неожиданно твёрдо, если не сказать жёстко. – И извинилась. Поэтому не надо домысливать, Александр Андреевич.
– Скажите пожалуйста! Да у нас, оказывается, голос прорезался! – отец аж задохнулся от возмущения. – А что ж ты, милая, прикидывалась здесь тихушницей?
– Пап, не увлекайся… – призываю его опомниться, потому что вырубить – никак.
– А ты вообще захлопни варежку, жених недоделанный! Устроили мне тут е*лю с переплясом! Понравилось из отца дурака делать? Вырастил деток на свою голову! Одна мне в уши который день заливает: «Ах, Эльчик! Такая умница, так мечтала стать архитектором!» И ни полслова о том, что она у нас уже готовая актриса!
– А ещё она очень круто танцует! – вставляю свои пять копеек под негодующий взгляд Эллы.
– Талантище, ебёнать! – взвыл отец. – А ещё она готова припечатать мордой об стол неугодных ей гостей. Я теперь даже и не знаю, куда с таким сокровищем…
– Вы неправы, Александр Андреевич, – моя боевая мышка резко прервала отца. – Во-первых, перестаньте кричать, а во-вторых, я перед Вами не прикидывалась. Я в полном объёме выполняю служебные обязанности и до сегодняшнего дня ни разу не нарушила трудовую дисциплину.
– Это как же?.. – опешил отец. – А вот эти маски-шоу… Все эти аферы… Это кто всё натворил?
– О каких аферах речь, Александр Андреевич? Разве я устроилась к Вам на работу по поддельным документам? У Вас имеются копия паспорта и справка с места учёбы. Я ни в чём Вас не обманула.
Мне бы сейчас прикрыть свою довольную морду, пока отец мне её чем-нибудь тяжёлым не прикрыл. Но ему совсем не до меня.
– Но ты изменила внешность! – гаркнул он нервно.
– Простите, но разве устав предприятия запрещает женщинам носить очки и менять цвет волос? – голос Эллы звучит спокойно и ровно и действует на меня как Экстази.
Мне нестерпимо хочется забить на всё, затолкать девчонку в свой кабинет и сорвать с неё этот клоунский прикид. И я буду не я, если она сегодня же не отполирует своей упругой задницей мой рабочий стол. Но для начала надо бы успокоить отца, а судя по тому, что он в присутствии женщины перешёл на русский забористый, что само по себе нонсенс, задача предстоит не из лёгких. И мы с рыжулей либо справимся, либо доведём босса до нервного тика. И тогда он уволит нас обоих. Вот прямо сейчас мне по херу! Я лыблюсь ещё шире и ничего с собой не могу поделать.
– Что ты щеришься, как придурок? – отец, наконец, заметил моё веселье, но снова переключился на Эллу: – Я не про очки говорю, а про парик!
– А это запрещено?
Босс открыл было рот, но тут же его захлопнул и ещё сильнее набычился, вспомнив, вероятно, нашу кадровичку с башней на голове. Пожевал губы… Свёл брови.
– Не запрещено. Но служебные романы у нас не приветствуются!
– Романы?.. – неожиданно растерялась моя бойкая девочка, а её щёчки порозовели. – Но это недоразумение… Я не завожу служебных романов…
– Прошу внести поправку! – обращаюсь к отцу. – Это для твоей помощницы недоразумение, а я её целовал в трезвом разуме.
– Я это заметил, – съязвил отец, бросив на меня злой взгляд, и продолжил изводить девчонку. – А женские бои в офисе категорически запрещены!
– Поддерживаю! – спешу согласиться. – Поэтому предлагаю написать жалобу губернатору, о том, что дочь его главного советника своим вульгарным поведением разлагает дисциплину и подрывает рабочий процесс в нашей компании. Сама не работает и людям мешает!
– Замолкни, шут гороховый! – рявкнул отец. – Повёл бы себя как нормальный мужик, сейчас бы не пришлось гадать, откуда рванёт.
– Пап, я даже не рискну уточнять при даме, что в твоём понимании значит быть нормальным мужиком…
– А тут всё просто, сынок. Надо действовать с умом, а не по велению… – и он бросил многозначительный взгляд на мою самую неспокойную часть тела, прикрытую, к счастью, штанами.
Ну, а после того, как туда же взглянула Элла, младшенький тоже рванулся навстречу. Наверное, в глаза ей решил посмотреть.
– Хотите об этом поговорить? – обращаюсь к отцу, даже не считая нужным прятаться.
Он тяжело вздохнул.
– Я хочу сказать, сынок, что в увольнении Эллы твоя вина тоже очевидна.
Нервно покусывая губы, Элла опускает глаза в пол, и мне кажется, что она сейчас заплачет.
– Пап, а на каком основании?
– А, то есть драка на рабочем месте – это недостаточное основание? – хмуро ворчит отец. – Да мне на самом деле плевать на Викин разбитый лоб, принесла её нелёгкая! Но вы же оба понимаете, что будет скандал, и я пытаюсь выйти из него с минимальными потерями. Хотя…
– Я понимаю, – покладисто произносит моя девочка. Радует, что не хнычет. – Простите, пожалуйста, за эту сцену, я и сама не понимаю, что на меня нашло. Обычно я не ввязываюсь в драки…
Звучит комично, и в другой момент я бы поржал, но сейчас мозг в ускоренном режиме работает над решением препаршивой проблемы. Которую, выходит, я и организовал. А всего-то и надо было – продолжать шпилить Вику, скалиться её родителям и достоверно изображать жениха. Если я когда-нибудь реально решу жениться, то придумаю другой термин, потому что «жених» – это пиZдец какой-то! Более стрёмное слово – только пидор.
И сразу Дианкин адвокат вспомнился. Юрист он, надо сказать, топовый! Но как мужик – хуже, чем жених.
А кстати...
– Пап, ну я полагаю, надо тогда нашей француженке сообщить, что ты так быстро решил избавиться от её протеже. И причину, конечно, изложить. Всё как есть – прибежала бешеная сука, набросилась на твою помощницу, а та по глупости защищаться стала, ну-у, и случайно преуспела в защите.
Но, несмотря на мои ожидания, отец вовсе не расстроился, а просветлел лицом.
– Да! Превентивные меры! – он задрал вверх указательный палец и, потрясая им, рванул в свой кабинет.
Элла проводила его удивлённым взглядом и пригладила свои волосы. Она постоянно их то приглаживает, то ерошит и озирается по сторонам в поисках своей накладной причёски. Бесполезно! Парик я ещё давно незаметно пнул под шкаф, чтобы у рыжули больше не появился соблазн превратиться в серенькую Милашку. А с очками совсем беда – я на них наступил.
– Евгений Александрович, а может, не стоит Диане по телефону сообщать? Неудобно как-то...
– Эл-ла, – я подхожу к ней и обнимаю за талию. Чуть ниже поясницы. – Тебе я настоятельно разрешаю называть меня по имени. Ну или «О, мой бог!»
Неожиданно она хихикнула, но тут же состроила серьёзное личико и попыталась отцепить мою руку от своей аппетитной… талии.
– Жень, прекрати, мы же на работе, так нельзя.