Алиса Мейн – Элиас (страница 42)

Я неуверенно улыбнулась и пожала плечами. Алекс наклонился и чмокнул меня в щеку:

– Твоей добротой нужно делиться.

«Если бы ты только знал, что я наговорила твоему брату пятнадцать минут назад», – подумала я.

– Скажи спасибо Линде, что уговорила не брать тебе горчично-овощной саб, – заметил Алекс, подходя с подносом к нашему столу.

Элиас окинул еду скептическим взглядом, ясно говорившим о том, насколько ему безразлично, сэндвич с индейкой перед ним или кирпич.

Насмотревшись на аппетитные сэндвичи и наслушавшись приятных запахов, я осознала, что ужасно проголодалась. Особенно после пережитых стрессов, бессонной ночи и утренней прогулки.

Мне все еще было тяжело находиться в такой непосредственной близости от Элиаса, но я старалась сосредоточить внимание на младшем Митчелле и на еде. Стоило отметить, что и Элиас полностью меня игнорировал, лишь односложно отвечая на вопросы брата.

После приема пищи и милых шуток Алекса мое настроение заметно улучшилось. Но его последовавшее за нашим выходом из кафе предложение меня вновь огорошило.

Как только мы оказались на улице, Алекс выскочил вперед и развернулся к нам с возбужденно сверкающими глазами:

– Слушайте! Раз уж мы наконец выбрались из дома, давайте сходим куда-нибудь еще. Мне пока совсем не хочется возвращаться.

– Алекс, но у вас же дома бардак…

– Ну и что? Мы его убрать всегда успеем. На крайний случай вызовем клининг. Элиас, ты как?

Элиасу идея еще одной совместной поездки куда-либо явно не понравилась. Сведя брови, он смотрел на брата и, судя по всему, прикидывал, насколько готов отказать ему в веселье.

В эту самую минуту мы со старшим Митчеллом впервые за время нашего знакомства были едины в одном мнении: насколько это все некстати. Но нам был дорог Алекс и мы оба не хотели, чтобы он знал, что существовавший до этого между нами конфликт за последние двенадцать часов обострился примерно в двенадцать раз.

– Смотря куда ты собрался ехать, – сказал Элиас.

Алекс хитро прищурился:

– Это будет сюрприз. Ребят, ну давайте! Вы оба такие мрачные, что кажется, будто я спас вас из добровольного плена у графа Дракулы.

Тут Алекс изобразил свое фирменное просяще-умоляющее выражение лица с приподнятыми бровями и сведенными трубочкой губами, на которое я всегда неизбежно велась. Элиас, видимо, тоже не смог устоять и потому, тяжело вздохнув, произнес:

– Ладно. Только, надеюсь, это не окажется какой-нибудь парк аттракционов.

– И все же это парк аттракционов, – недовольно резюмировал Элиас, когда мы спустя час стояли на парковке Диснейленд-парка в Анахайме. – Всегда мечтал примерить на себя роль принцессы. – Элиас вышел из машины и бросил поверх нее угрюмый взгляд на младшего брата.

– Лесси, специально для твоей мрачной души есть «Дом ужасов», и мы туда обязательно заглянем. Но сначала пройдемся по аттракционам для нормальных людей. – Алекс улыбнулся мне.

– Мы что, будем обходить весь Диснейленд? – спросил Элиас, когда мы миновали пропускной пункт и двинулись по узкой улице, вдоль которой были расположены невысокие яркие домики с магазинами и кафе. – Мы тут можем до вечера бродить.

– Ну нет, – откликнулся Алекс и закинул руку мне на плечо. – Есть пара местечек, которые нам стоит посетить. – Элиас, фыркнув, двинулся вперед нас, а Алекс склонился к моему уху и произнес: – Не представляешь, как я мечтаю, чтобы к нему привязался Олаф [23] с предложением сделать совместное фото.

Впервые за последние часы я искренне и от души рассмеялась.

Первым делом мы направились в локацию «Звездных войн» – одной из самых любимых киновселенных младшего Митчелла. Имперские штурмовики, планета Батуу, дроиды, Хан Соло, световые мечи… Я отдаленно была знакома с миром «Звездных войн», но с удовольствием следила за Алексом, с безумными от счастья глазами бегавшим от какой-то бесформенной горы к огромному кораблю, от корабля к странной круглой конструкции, а оттуда к аппарату с зеленым и голубым молоком.

Элиас абсолютно не интересовался происходящим и лишь с недовольно-скучающим видом смотрел по сторонам, следуя за нами.

Алекс не смог уговорить его пойти на аттракцион, на котором нужно было лететь на космическом корабле под названием «Тысячелетний сокол». Пока мы с младшим Митчеллом играли роли пилотов и с довольными возгласами выполняли миссию, связанную с контрабандой, Элиас предпочел пройтись по местным сувенирным магазинам.

Следующим пунктом нашего небольшого приключения оказалась водяная горка «Гризли», на которую старший Митчелл также категорически отказался идти. После того, как мы вышли с горок с Алексом насквозь мокрые, я, кажется, даже поняла, почему он так рьяно отнекивался.

Пока мы сидели и сохли в одном из многочисленных кафе, в котором смогли найти свободный столик, Алекс неспешно поглощал мороженое и внимательно смотрел на брата. Он так долго и пристально это делал, что Элиас не выдержал:

– Что?

– Ты так и собираешься как старый дед просто ходить за нами по пятам и следить, чтобы мы не вляпались в неприятности? – спросил Алекс, не отрывая от него взгляд.

Элиас приподнял бровь.

– Дай-ка тебе напомнить кое-что очень важное, Лекси: именно ты выступил инициатором этой поездки.

– Да ты сам ни за что бы не приехал сюда! Когда ты был здесь в последний раз?

Элиас наклонился к нему и сощурился:

– В самое прекрасное время своей жизни: когда ты еще не умел ходить и разговаривать.

Алекс ухмыльнулся и продемонстрировал ему средний палец. Элиас выразительно дернул бровями и откинулся на спинку стула.

– Решено! – заявил младший Митчелл, когда доел мороженое и уже вытирал руки салфеткой. – Последний пункт назначения – «Дом ужасов», и ты, – он ткнул пальцем в сторону брата, – идешь с нами.

– Если я иду на этот идиотский аттракцион, то ты идешь к черту.

– Да хоть к самому дьяволу. Ты потом еще будешь вспоминать, как самый лучший в мире брат устроил тебе незабываемую поездку в Диснейленд. В прошлый раз-то ты, наверное, дальше карусели слоника Дамбо и не забирался.

Элиас кинул в него скомканную салфетку, а Алекс громко расхохотался.

Тем не менее старший Митчелл смиренно последовал за нами в «Дом ужасов». Мы отстояли в очереди порядка получаса и зашли внутрь группой не менее тридцати человек.

– А ты сам здесь когда-нибудь бывал? – спросила я у Алекса, взяв его за руку.

– Моя малышка боится? – Он поцеловал меня в висок.

– Ну, если честно… – неуверенно протянула я, косясь на зеркало, в котором не только отражались мы, но и мелькали какие-то жуткие тени и лица.

– Не переживай, моей смелости хватит на нас двоих. И думаю, даже на этого, – он кивнул подбородком в сторону Элиаса, с постным лицом смотревшего на стену, которая вот-вот должна была отъехать в сторону.

Деревянные панели разъехались, и все мы забились в круглое помещение с пугающими картинами на стенах. Кто-то из посетителей предположил, что это лифт. Заиграла громкая жуткая музыка и зазвучал женский голос, что-то говоривший на французском языке.

– Что она говорит? – спросила я.

– Что сегодня посетителям стоит бояться не сам дом, а сногсшибательную красотку, которая наконец-то рискнула заглянуть сюда, – с игривой улыбкой сказал Алекс.

– А если быть точнее – ее оглушительных визгов. Ты это хотел сказать? – парировала я.

– Или ее искрометного юмора, – не сдавался парень.

Ответить мне не дали пришедшие в движение стены. Казалось, будто пол уехал куда-то вниз. Открылись деревянные панели с противоположной от входа стороны, и мы попали в тесный для нашей группы коридор. Пока мы со скоростью улиток двигались дальше, музыка продолжала играть, а с картин на стенах на нас смотрели вроде бы и страшные, но больше комичные мертвецы, духи и вурдалаки.

Элиас подошел к одной из картин, чтобы рассмотреть внимательнее.

– Его нужно было в галерею отправлять, – пробормотал Алекс.

– Я все слышу, – откликнулся брат, склонив голову, чтобы осмотреть изображение под другим углом.

Алекс повернулся ко мне и, скорчив гримасу, передразнил его. Я прыснула.

Очередь двигалась раздражающе медленно, и я даже предположила, что впереди произошла какая-то заминка. Спустя несколько минут выяснилась причина такой неспешности: коридор уходил за угол и вел к калитке, за которой стоял контролер и пропускал людей к вагонеткам. Хотя «стоял» – не то слово. Девушка все время шагала на месте, поскольку пол под ее ногами непрестанно двигался наподобие беговой дорожки.

Мы уже почти добрались до калитки, как вдруг стоявшая за нами группа людей, желавших как можно быстрее занять места в вагонетках, резко двинулась вперед. Рука Алекса выскользнула из моей, и нас со стоявшим передо мной Элиасом оттеснили.

– Алекс! – окликнула я, обернувшись. Из-за грохотавшей музыки либо он не услышал меня, либо я не услышала его.

Тем временем толпа сдвинула нас к контролеру, рассаживавшему посетителей по вагонеткам парами.

Дождаться Алекса не представлялось возможным, потому что дорожка, ведущая к вагонеткам, двигалась, а толпа людей сзади напирала. Подошла наша с Элиасом очередь. Он не оборачиваясь проследовал к вагонетке. У меня же было всего пять секунд на то, чтобы неуверенно задержаться, а затем под недовольным взглядом контролера все же пройти вперед и занять место рядом с Элиасом. Я обернулась в очередной попытке усмотреть Алекса, но не смогла даже разглядеть лица людей, сидевших позади. Сверху опустилось удерживающее устройство, и вагонетки углубились в тоннель.