Алиса Ковалевская – Заставлю тебя полюбить (страница 48)
Всё ещё не веря, что последние недели моей жизни — обман даже больший, чем я могла предположить, я выхватила у Мирона телефон. Одно за другим перед глазами замелькали сообщения — те, что я отправляла Марку и его мне. Все смайлики и сердечки, обещания, признания — всё принадлежало моему мужу.
— Зачем? — с хрипом вырвалось у меня. — Ты дал мне надежду. Ты… — я помотала головой. — Да ты хоть понимаешь, что я верила?! Я ждала! Я его ждала, Мирон! — эмоции разрывали грудь, слов не хватало, чтобы выразить их. — Зачем тебе это было нужно, Мирон?! Как ты мог? — мой голос резко сел, задрожал. — Кто тебя просил?
Он забрал телефон у меня из рук. Что-то набрал снова. Но сообщение мне не пришло. Мирон положил телефон дисплеем вверх рядом со мной, словно бы специально. И я повелась на провокацию. На экране был выведен список чатов Марка, только моего чата с ним больше не было. Он удалил его.
— Ты так верила в него, — его голос был наполнен досадой. — Прямо боготворила. Я хотел понять, почему. Марк — мой брат, и я отлично знал, что он такое. И твоя вера…
— Иногда нужно просто верить в человека! — горячо воскликнула я. — Может, как раз в этом причина?! Ты не давал ему шанса быть хорошим! Может, ты и знать не хотел, какой он на самом деле?! Зачем ему было тебе что-то доказывать?! Ты его послал, он — тебя!
Он опёрся о подоконник. Его направленный на меня взгляд был наполнен снисходительностью.
— Сперва я хотел узнать, почему ты так верила в него, — продолжил он, а потом захотел узнать тебя. Безотносительно моего брата. Я захотел узнать не ту Лилию, которую ты мне показывала — холодную стерву, а Лили.
— И что, узнал?!
— Не думаю.
Если его и терзало чувство вины за то, что он сделал, это было незаметно. Ни извинений, ни капли раскаянья.
Марка нет.
Беспощадное осознание этого стало яснее, чем когда я наткнулась на конверт из клиники. Яснее, чем когда Мирон пообещал рассказать, что случилось. Всё это время я держалась за нашу переписку, сейчас же держаться стало не за что. Я стояла посреди идеального кабинета Мирона в его идеальном доме. Сам он — идеальный в своей до противного белой рубашке, с надменностью в красивых бездушных глазах чего-то ждал.
— Ты… ты — чудовище, — сказала я, не чувствуя стука собственного сердца. — Самый настоящий монстр. И не смей прикрываться своей семьёй — она тут ни при чём.
— Ошибаешься. — Он оттолкнулся от подоконника и приблизился. — Монстр не я, а мой брат. Был монстром. И, знаешь, я даже рад за тебя. Тебе повезло, — он цинично изогнул губы, — детка.
Дотронуться до себя я ему не позволила. Вышла из кабинета, а потом из дома. Хотела взять на руки дочь, но… Меня трясло, я едва сдерживала крик. Искать утешения в своей крошке было бы слишком эгоистично.
Небо на горизонте было тёмное, вокруг всё замерло в ожидании дождя. Марк погиб во Флориде. Где-то неподалёку от… от Майями? Да, так Мирон и сказал. Что он там делал?!
Как я ни пыталась вспомнить, чтобы Марк говорил о Штатах, не могла. Бывало, конечно, что он уезжал на несколько дней, ничего мне не говоря. Звонил потом в странное время — рано утром, например, и не казался сонным.
Инстинктивно я дотронулась до живота, но успокоения не испытала.
— Ты не монстр, — прошептала я. — Ты… ты хуже, Мирон. У монстра хоть какое-то сердце, да есть, а у тебя нет ни души, не сердца.
Три дня мы практически не разговаривали. Я нашла тонкую грань спокойствия и придерживалась её, стараясь проводить как можно больше времени с Сашей. Молока у меня было очень мало. В клинике предупредили, что Сашу придётся подкармливать, так что я была к этому готова.
— Давайте я покормлю, — предложила Елизавета, когда я разводила смесь.
— Не нужно. Я справлюсь.
Я взяла бутылочку как раз в тот момент, когда в кухню вошёл Мирон.
— Включи кофемашину, — бросил он мне.
Я переадресовала взгляд Елизавете.
— Можете помочь моему мужу, — сказала сухо. — Американо его устроит.
Мирон поджал губы. Елизавета взяла чашку, а я налила готовую смесь в бутылочку и посмотрела на Мирона. Вчера вечером мы слегка повздорили из-за его предложения перебраться к нему в спальню. Если быть точнее, я просто послала его.
— Я буду поздно, — сказал он, взяв у няни кофе.
— Дело твоё.
— А ты чем планируешь заниматься? Если хочешь, можешь пригласить Кристину.
Она сегодня мне не нужна.
— Я подумаю.
Поняв, что на диалог я не настроена, продолжать он не стал. Его телефон несколько раз пискнул на разный лад. Электронная почта, список дел на день, уточнения от партнёров: я выучила каждый звук. Только это был его телефон, а не тот, который так и лежал в его кабинете на столе, словно бы брошенный.
Я заметила, как Елизавета, остановившись, посмотрела на Мирона. А может, мне это показалось. В любом случае спустя секунду мы остались втроём — я, Саша и он.
— Я хочу навестить Марка, — сказала, беря дочь на руки. — Где он похоронен?
Он оторвался от телефона. Отложил его.
— Это ни к чему.
— Давай, я сама решу.
Саша закапризничала, и разговор пришлось прервать.
Мирон не задержался, даже кофе не выпил. Я всмотрелась в лицо дочери.
— Ты же не против путешествия? — спросила тихонько.
Она причмокивала, и дела ей не было до взрослых дел. Зато я знала, что не задержусь в этом доме ни минутой больше. Моя сумка уже стояла в шкафу собранная, в ней лежали необходимые вещи и документы. Играть с Мироном Добронравовым в прятки — та ещё затея. Но попробовать стоит.
Я продумала до мелочей всё. Оставалась лишь одна помеха — Лиза. Подождав, пока Саша уснёт, я зашла в детскую.
— Я тут подумала, — улыбнулась неловко. — Может, выпьем чаю? Познакомимся нормально?
Она посмотрела на мою дочь, потом на меня.
— Как-то неловко…
Я отмахнулась.
Через несколько минут мы сидели на веранде. Рядом, на столе, лежала навороченная радионяня, кнопок на которой было столько, словно бы она сама могла вскочить и побежать успокаивать младенца. Заодно и памперс поменять при надобности.
В ногах возился Дэни.
— М-м-м, — протянула Елизавета, отпивая чай. — Я такой ароматный никогда не пила.
— Мама мне всегда травы присылает, — улыбнулась в ответ и тоже сделала глоток.
Лиза рассказывала мне про то, как начала работать няней, про младшую сестру, а я мысленно отсчитывала время. Минута, две… Нянька зевнула.
— Я ночью плохо спала, — пожаловалась она. — Но ничего, пройдёт сейчас.
— Бывает, — ответила я и дождалась, когда она окончательно уснёт.
— Каждая женщина немного ведьма, Лиза, — сказала и выплеснула остатки её чая в траву. — Особенно, когда ей это нужно.
Глава 45
Злость придавала решимости и уверенности. Должно быть, со стороны это выглядело безумием — сбежать от Мирона с родившейся недоношенной дочерью и сумкой вещей, но оставаться здесь я не могла. Вызвав такси, я спустилась вниз. Саша спала в переносной люльке, и я мысленно уговаривала её быть умницей.
Колёсика сумки застряли в дверях. Я готова была застонать и расплакаться, но не давала всё та же злость. На всякий случай посмотрела в сторону веранды, где оставила спящую няню. Ничего с ней не будет — максимум, голова поболит и от Мирона по шее получит. Но это их проблемы, разберутся. Не просто же так он её приволок, найдут способ договориться! Глаза — блюдца, талия осиная…
— Счастливо оставаться, — процедила я.
Стоило подумать о няньке и Мироне, нутро обожгло чернотой. О чём я?! Какая ещё ревность! Пусть забирает его!
Приложение прислало уведомление, что моё такси подъезжает, и я, спустив сумку, ускорила шаг, но остановилась. У гаража стояла вторая машина Мирона, возле неё — Иван с губкой в руках. Стёкла сверкали, а водитель не сводил с меня взгляда. Холодок пробежал по спине, добрался до пальцев.
— Просто сделай вид, что этого не было, — попросила я, сжимая ручки люльки. — Пожалуйста, Вань. Сделай вид, что ничего не видел.
Я пребывала в смятении. Откуда он тут взялся?! Я и подумать не могла, что Иван будет у нас во время отсутствия Мирона. Один его звонок моему мужу, и всё пропало.