Алиса Князева – Развод с драконом. Ты же стареешь (страница 26)

Очевидно, что в комнату Элисии забрался кто-то от Братства. Возможно, это был и не человек. Раньше они использовали дрессированных животных и птиц. Это объясняет, почему не сработали охранные руны.

Ситуация с Приютом Эрии тоже проясняется. Что ж, хоть какую-то часть головоломки они мне любезно предоставили. Жаль, самую незначительную.

Я выхожу из переулка, скрывавшего меня от любопытных глаз, и останавливаюсь на мгновение, вглядываясь в закопчённые крыши Нижнего города, клубящийся в канавах, туман. И тогда мысли, которые я отчаянно отгонял последние недели, накрывают с новой, неудержимой силой. Мысли об Аргразире.

— С ним что-то не так, — шепчет внутренний голос, тот самый, что всегда вёл меня сквозь лабиринты дворцовых интриг. И ему я не привык не верить.

Я служил императору почти две сотни лет. Да, он всегда был эксцентричным — некоторые шёпотом называли его безумным гением. Но в его безумии была своя, особая логика и огонь. Его странные увлечения, внезапные приказы, ночные собрания — всё это было частью великого, пусть и не всегда понятного, замысла.

Но сейчас его безумие стало иным. Тихим. Холодным. Безжизненным.

Я смотрю на тёмный шпиль замка, возносящийся над городом, и чувствую, как ледяная полоса страха сжимает мне горло. А что, если за всем этим и правда стоит он? Не Вейрон, не тайный заговор, а сам император? Что, если источник кошмаров, от которых сходит с ума город, бьёт из самого сердца его власти?

И самый ужасный вопрос, от которого стынет кровь: если это так, то на чьей стороне я окажусь, когда маски окончательно упадут?

Глава 35

Сижу на подоконнике, бездумно глядя на сад внизу. После всех потрясений последних дней мне нужно это мгновение тишины. Просто быть наедине со своими мыслями, не чувствуя чужих эмоций, не пытаясь разгадать очередную загадку.

В дверь стучат. Не прося разрешения, а настойчиво и коротко.

— Входите, — бурчу я, не поворачивая головы.

По характеру этого стука сразу ясно, Трагер.

— Элисия, мы можем поговорить? — его низкий с хрипотцой голос звучит спокойно. С учётом последних потрясений это радует.

Поворачиваюсь и спускаюсь на пол.

— Что-то случилось?

Трагер проходит к центру комнаты, его взгляд скользит по мне, быстрый и оценивающий, словно он проверяет, не случилось ли со мной чего в его отсутствие.

— У меня есть информация, которая заслуживает обсуждения.

Сердце ускоряет ритм. Наконец-то!

— Вы нашли доказательство вины Вейрона?

— Увы, нет. Наш злодей сегодня в другом ценовом сегменте. Вейрон не убивал твоего отца.

— А кто тогда? — я не скрываю раздражения. — Все улики указывают на него!

— Косвенные улики, — поправляет Трагер.

— Сегодня он ударил мою сестру! Вейрон её ударил, Трагер! У меня на глазах!

Дознаватель задумчиво качает головой, его взгляд становится тяжёлым.

—Вот это отвратительно. Но это делает его подлецом, а не убийцей. Что касается графа Рассмара... моё внимание привлекает лорд Окайр.

— Окайр? — я чуть не смеюсь. — Как удобно. На покойников, как известно, можно повесить что угодно.

— Но и смерть не признак невиновности, — парирует он, начиная расхаживать по комнате. — Окайр и твой отец были конкурентами. И незадолго до трагедии между ними произошёл... горячий спор. Свидетели утверждают, что Окайр обещал «стереть его в порошок».

Я скрещиваю руки на груди:

— Да у половины знати был зуб на моего отца! Это же тоже косвенная улика!

— Но Окайра вы защищаете, а почти-бывшего мужа хотите наказать, — усмехается Трагер.

— И что тогда? Мы снова в тупике? Или вы смогли найти зацепку, которую мы не видим?

— Не спешите, Элисия, — мягко улыбается он, наклоняя голову к плечу. — Ваша главная ошибка в том, что вы пытаетесь связать всё это в одну цепочку и не думаете о том, что в произошедшем может быть несколько преступников и мотивов. Не все они могут быть связаны между собой.

Я моргаю.

А ведь он прав. С чего я вообще решила, что всё случившееся с отцом, Вейроном, Элисией и мной связано?

— Именно, — Трагер читает это на моём лице и останавливается так близко, что я чувствую исходящее от него тепло, — Я считаю, что мы имеем дело не с одной трагедией. Смерть отца. Смерть Окайра. Странные события в столице. Настоящий праздник преступлений. Спонтанных и спланированных.

Его взгляд становится пристальным, почти колючим.

— И как вишенка на этом ядовитом торте, я выяснил кое-что ещё. В Нижнем городе есть одна колоритная группировка, которая проявляет к вам живейший интерес. Лелеют надежду, что вы к ним присоединитесь.

Холодок пробегает по спине:

— Преступники? Зачем?

— Из-за атрибута, — Трагер сокращает дистанцию ещё на полшага. — Полагают, что ты сможешь помочь им с кошмарами. Для пущего эффекта это они ссорят тебя с приютом Эрии и пускают слух про кошмары. Примитивно, но эффективно.

Меня охватывает паника:

— И они... придут за мной?

Трагер усмехается, и в этом слышится столько уверенности, что паника отступает.

— Нет. Я дал им понять, что ты под моей защитой. Они знают, что это значит.

— Звучит не слишком обнадёживающе, — я невольно бросаю взгляд на одну из защитных рун.

Трагер закатывает глаза:

— Всё будет в порядке. Они не посмеют.

— Потому что вы дознаватель? — сомневаюсь я.

— Потому что я куда хуже, — он делает эффектную паузу, — и рос на тех же улицах.

Я осекаюсь. Окидываю взглядом безупречный камзол, уверенную осанку.

— Так это правда. То, что говорил тот человек.

— Да. Я не был одним из них, но... знал. Работал на них, когда голод заставлял. У меня не было семьи, Элисия. Только улицы Нижнего города и его простые, честные законы.

— Как же вы оказались на службе? — я делаю шаг ближе, сама не зная почему.

— Как и многие пройдохи с потенциалом. Императору приглянулся мой атрибут. Настолько, что меня даже женили, чтобы усилить его драконом. На дочери мелкого дворянина, который мечтал о связях при дворе. Брак, увы, не продлился долго — моя жена быстро нашла себе развлечение на стороне. Видимо, её не устроил муж с привкусом трущоб, как бы дорого его ни одели.

В его голосе нет и тени жалости к себе, только сухая констатация факта.

— Мне жаль...

— Пустяки, — он машет рукой, словно смахивая пыль с прошлого. — Это было давно. После я не особенно стремился к чему-то серьёзному. И, Элисия, раз уж я выкладываю перед тобой все свои грязные секреты, не пора ли нам перейти на «ты»? А то эти «вы» уже режут слух.

Между нами повисает тишина — густая, сладкая и тревожная, как предвкушение бури.

— Конечно, — шепчу я, делая ещё шаг. — Спасибо, что доверяешь.

Я чувствую его эмоции — не облегчение, а скорее удовлетворение. Всё складывается так, как ему хотелось. И что-то ещё, отчего перехватывает дыхание.

Внезапно дверь с грохотом распахивается. На пороге стоит бледный стражник:

— Лорд Трагер! Простите, но... вы должны немедленно прийти! С леди Алисией... что-то случилось!

Ужас сдавливает горло:

— Что? Что с ней?