Алиса Князева – Ненужная жена. Хозяйка яблоневого сада (страница 21)
— Договорились. Скажи, а правда ли, что я… истинная дракона? — спрашиваю я тихо, всё ещё не веря, что обсуждаю это с кроликом. — И что это вообще значит?
Зверёк садится поудобнее.
— Правда. Иначе ты бы меня сейчас не слышала. Мысленная связь — для избранных. А избранные в этом мире — это истинные пары драконов. — Он шевелит ушами. — Значит это, что твоя жизнь теперь намертво связана с его. Пока его сердце бьётся, а магия течёт в его жилах, ты будешь молода, здорова, красива. Старость? Забудь. Болезни? Вряд ли. Ты будешь цвести, пока жив он. Ну и я вместе с тобой.
Я молча перевариваю это. Вечная молодость? Звучит как сказка. Особенно когда тебе сообщает о ней говорящий кролик. Но в каждой сказке есть подвох.
— А если его порок… похоть? — выдавливаю я. — Что это меняет?
Кролик фыркает.
— А это меняет твою… э-э-э… постельную жизнь. Она будет очень, очень разнообразной. Им нужны новые впечатления, грани наслаждения. С тобой, как с истинной, он сможет раскрыться полностью. Без риска сгореть от собственного порока, как это бывает с временными партнёршами, — кролик делает паузу, будто собираясь с мыслями. — Но будь готова. Иногда в вашей постели… можно будет находить лишних.
— То есть он не прекратит мне изменять?
— Увы. А что, понравился? — хитро щурится кролик.
— Ещё чего! — взвизгиваю я, и мои щёки вспыхивают огнём.
Глава 28
Утро начинается не с пения птиц, а с грубых окриков, скрипа телег и грохота сбрасываемых деревянных балок. Выглядываю в окно.
Отсюда видно лишь часть двора, но и он кипит, как муравейник. Крепкие мужчины в потных рубахах занимаются домом. Похоже, Тарос не терял времени. Его «финансирование» прибыло с первыми лучами солнца и в виде рабочих рук.
Я умываюсь и уже собираюсь пойти посмотреть, что они там делают, как замечаю на крыльце замершую Сию. В руках у неё две тяжёлые корзины, доверху набитые провизией. Хлеб, сыр, окорок, яйца, даже какие-то фрукты. Она смотрит на меня виноватым, выжидающим взглядом.
Спускаюсь по ступенькам, молча забираю у неё обе корзины. Тяжело, что аж руки гудят, но виду не подаю. Разворачиваюсь и захлопываю дверь у неё перед носом. Ни слова. Ни взгляда. Возможно, я помирюсь с ней, но после вылазки в город.
Внутри пахнет свежей выпечкой и копчёным мясом. Кролик, который, как выяснилось, устроил себе логово за печкой, уже устроился на столе, бдительно наблюдая за мной.
— Завтрак, — говорю я, ставя корзины.
— Есть что-то для меня, — спрашивает он, но его нос уже судорожно дёргается, улавливая аромат зелени.
Я выделяю ему вегетарианскую часть провизии, затем отламываю кусок хлеба, отрезаю сыру и сажусь напротив него. Едим молча, прислушиваясь к шуму ремонта на улице.
Это звуки моей новой, навязанной жизни. Их нужно принять. Как и многое другое.
— Как тебя зовут? — спрашиваю я наконец, откусывая хлеб. — Не могу же я всё время звать тебя «кролик».
Он перестаёт жевать листик салата, его золотые глаза задумчиво сужаются.
— Имена — странная штука. Но можешь звать меня Хло.
— Я Александра. Саша. Но здесь Элиана.
— Знаю, — мысленно усмехается он.
Я уже выяснила ночью, что кролик слышит мысли, облечённые в слова. То есть если я оформляю в своей голове реплику, он может уловить её и ответить так же практически на любом расстоянии. И, самое удобное, никто больше его не слышит. Кроме, возможно, драконов, что однозначно минус.
Я закатываю глаза и откусываю ещё сыра. С говорящим кроликом-телепатом завтракать оказалось не так уж и странно. По крайней мере, честнее, чем с кем бы то ни было ещё в этом мире.
Гляжу на залитый утренним солнцем сад. Яблони стоят, усыпанные румяными плодами, как на открытке.
— Сколько до города? До «Серебряного ключа»? — спрашиваю я Хло, который уже позавтракал и взялся чиститься.
— Пешком? До заката не дотопаешь. Но если выйдем к большому тракту, что в получасе ходьбы отсюда, можно попытаться поймать попутную телегу. Купцы в город ездят часто. Тогда успеешь.
— Значит, так и поступим. А пока… — я обвожу взглядом сад. — Нужно создать алиби для нашей шпионки. Чтобы не заподозрила раньше времени.
Я направляюсь вглубь сада, делая вид, что внимательно изучаю деревья, трогаю листья, прикидываю объёмы урожая. Хло скачет рядом по траве.
— Кстати, о саде. Ты не задавалась вопросом, почему он в таком идеальном состоянии, в то время как всё поместье разваливается?
Я останавливаюсь.
— Я думала, за ним кто-то ухаживает.
— А за домом нет?
Логично.
— Хм… Магия?
— И артефакты. Старые, почти истощённые. В былые времена этим садом занимались, взращивали трепетно и с любовью, а теперь что? Появляются только гулянку закатить, да от проблем укрыться. А камни десятилетиями подпитывали почву, отгоняли вредителей, регулировали влагу, чтобы плоды их труда осыпались на землю и гнили, радуя лишь червей и слизней. Но их сила почти иссякла. Без новых энергетических камней — или сильного мага, который их перезарядит — саду конец. Ещё год от силы, а то и меньше.
— И нужно будет поддерживать своими силами? Без магии?
— Нет, деревья просто погибнут. Слишком долго питались энергией артефактов.
Я присаживаюсь на корточки, разглядывая один из стволов. Потрясающе. Значит рано я радовалась своему источнику доходов. И тот загнуться может. Ладненько…
— Часто ли тут… такое? — спрашиваю я. — Артефакты для удобства? Магия для садоводства?
Хло фыркает, и его мысленный голос звучит снисходительно.
— Нет. Такие штуки — роскошь. Дорогая и сложная в обслуживании. Только самые богатые и влиятельные могут позволить себе подобное «упрощение» быта. Обычные люди пашут в поле вручную.
Значит, восстановление поместья — это не просто ремонт крыши и покраска стен. Нужно будет разбираться в магических артефактах. Или искать деньги на новые. Много. Благо у меня есть богатый муж на крайний случай.
Я встаю, отряхивая руки.
— Что ж, — говорю я, глядя на яблоню, чьё благополучие зависит от умирающего волшебного камня. — Список дел растёт. А пока… пора готовиться к поездке. И придумывать, что сказать тем, кто ждёт меня в «Серебряном ключе». Покажешь дорогу до тракта?
Конечно. Давай за мной. Держись тени деревьев.
Крадусь по самому краю сада, прячась в густой тени орешника. Хло сидит у меня в наспех сшитой из платка сумке через плечо, только его длинные уши и блестящие глаза выглядывают наружу.
— Тише, — мысленно шипит он. — И пригнись ниже. Если они увидят…
Мы уже почти у выхода из сада, где заросли редеют, и начинается просёлочная дорога, ведущая к тракту. Ещё пара метров…
И тут слышу рокот колёс по ухабистой дороге. Прижимаюсь к стволу старой яблони и выглядываю.
К поместью, поднимая облака пыли, подъезжает закрытый экипаж, запряжённый парой вороных. Он останавливается прямо перед ещё не отремонтированным крыльцом главного дома. Дверца открывается, и из неё выходит Тарос.
Он выглядит… деловым. В дорогом, но строгом камзоле, волосы убраны назад. Он что-то говорит бригадиру рабочих, жестом указывая на провалившуюся часть крыши. Те, слушая, кивают.
Я замираю, затаив дыхание. Может, он просто приехал проверить работы? Быстро уедет?
— Беда, — мысленно вздыхает Хло. — Он лариан. Его истинная — ты. Почувствует, если покинешь территорию поместья.
— Значит, мы не сможем уйти незаметно? — шепчу я, не отрывая глаз от Тароса, который теперь осматривает фундамент.
— Нет. Только если он будет отвлечён. Сильно отвлечён… — Хло замолкает, и я чувствую, как он колеблется. — Есть идеи?
— Предложить Сие осчастливить господина? — зло фыркаю я.
Тарос оборачивается, и его взгляд скользит по саду. Я вжимаюсь в кору дерева. Он не смотрит прямо на меня, но кажется, что его внимание зацепилось за эту часть поместья. За сад. За наш домик, скрытый деревьями.
— Или всё же попробуем улизнуть, — мысленно давит на меня Хло. — Сейчас или никогда. Через час на тракте будет пик движения. Шанс поймать попутку выше. Дракон чувствует примерное направление, но не очень точно. Если поспешим, сможешь выяснить что хотела, до того как он вмещается.
Я глотаю. Рискнуть? Или отступить, потерять день, а может, и единственный шанс выйти на связь с тёмными на своих условиях?
Глава 29
Сердце колотится где-то в горле, заглушая все звуки. Пора. Сейчас или никогда.