Алиса Князева – Ненужная жена. Хозяйка сада пустоцветов (страница 11)

Клеверу отламываю кусочек лепёшки и наливаю воды в блюдце.

— Это не самая подходящая еда для кота, — говорю я ему, наблюдая, как он с энтузиазмом набрасывается на угощение. — Но скоро я придумаю что-нибудь получше.

Мы завтракаем в тишине, нарушаемой лишь потрескиванием дров в печи и мурлыканьем Клевера. Я смотрю в окно на заросший сад, на голубое небо, виднеющееся между ветвями старых деревьев, и пытаюсь собраться с мыслями.

Пятьдесят золотых. Через неделю. Где мне взять такие деньги?

Я могла бы продать что-то из того, что привезла с собой — украшения, несколько дорогих платьев. Но этого хватит лишь на первый платёж. А потом? И потом? Драксен загнал меня в угол, из которого, казалось бы, есть только один выход — вернуться к нему.

Мысль о бегстве возникает сама собой. Уехать. Далеко. Туда, где никто не знает ни меня, ни Драксена. Начать новую жизнь.

Но как только эта мысль оформляется, я понимаю её бессмысленность. Драксен найдёт меня. Со своими связями и деньгами он найдёт меня где угодно. И тогда моё положение станет ещё хуже. Я не только окажусь в его власти, но и дам ему законное основание считать меня неразумной женой, которую нужно держать под замком.

Нет, бегство не выход. Это лишь отсрочка неизбежного.

К тому же куда я пойду? У меня нет профессии, нет навыков, которые я могла бы продать. Быть женой Драксена — вот чему я училась последние пять лет. Улыбаться на приёмах, поддерживать светскую беседу, выглядеть безупречно. Какую работу я могу найти с такими умениями?

— Нет, — говорю я вслух, заставляя Серого поднять голову от своей миски. — Мы не побежим. Останемся и будем бороться.

Но как? Вот в чём вопрос.

После завтрака я убираю на кухне, перемываю немногочисленную посуду, которой пользовалась. Работа отвлекает от тревожных мыслей, даёт время подумать.

Мне нужен источник дохода. Стабильный, законный, достаточный, чтобы я могла платить Драксену и содержать себя и ребёнка. Уверена, если кто-то из близняшек забеременеет, он забудет о моём существовании. Нужно просто продержаться это время и не выдать себя.

Итак, что я умею? Что могу предложить миру?

Образование у меня хорошее, но неполное — Драксен настоял, чтобы я оставила учёбу после свадьбы. Я знаю литературу, историю, немного математики. Я могла бы давать уроки, но кому? Здесь, на окраине города, мало кто может позволить себе оплачивать частного учителя.

Я умею играть на арфе, но моя она осталась в доме Драксена. Да и много ли заработаешь музыкой?

Я умею вышивать, но это кропотливый труд, который не принесёт быстрого дохода.

Кухня — я почти ничего в ней не смыслю, кроме самых базовых блюд.

Мои мысли прерывает Клевер, который трётся о ноги, напоминая о своём присутствии.

— Ты прав, — говорю я ему. — Нужно продолжать изучать дом. Может быть, найдём что-то полезное.

Решаю проверить библиотеку. В детстве это была моя любимая комната — уютная, с большими окнами, выходящими в сад, с деревянными полками до потолка, заполненными книгами. Отец собирал их всю жизнь, привозил из путешествий, заказывал из дальних стран.

Библиотека в западном крыле дома, и мне приходится пройти через несколько комнат, чтобы добраться до неё.

Наконец я подхожу к дверям библиотеки — тяжёлым, дубовым и с резными панелями. Они приоткрыты, и из щели веет затхлостью и… гарью?

Сердце сжимается от дурного предчувствия, когда я толкаю дверь и вхожу внутрь. То, что я вижу, заставляет меня застыть на пороге, не в силах сделать ни шага.

Книги. Сотни книг. Разбросанные по полу, разорванные, с вырванными страницами. Некоторые полки опустошены полностью, другие перевёрнуты, третьи сломаны. Посреди комнаты — большое чёрное пятно от костра, который, к счастью, не разгорелся достаточно, чтобы поджечь весь дом.

Они жгли книги. Жгли знания, истории, воспоминания. Жгли часть моего наследия, часть души отца.

— О, боги, — выдыхаю я, чувствуя, как подкашиваются колени.

Котик осторожно проскальзывает мимо меня в комнату, принюхивается к запаху гари и недовольно фыркает.

Я заставляю себя сделать шаг вперёд, затем ещё один. Наклоняюсь, поднимаю первую попавшуюся — старый сборник стихов. Кажется, отец иногда читал его мне перед сном. Половина страниц вырвана, обложка испачкана чем-то тёмным.

Кладу книгу на ближайший уцелевший стол, беру следующую, и следующую. Постепенно работа поглощает меня, не оставляя места для эмоций. Я собираю книги, складываю их стопками, сортирую на те, что можно спасти, и те, что безнадёжно испорчены.

Работаю, едва замечая, как солнце поднимается выше, как пот стекает по спине, как пыль забивается в нос и горло. Клевер то помогает мне, играя с листами бумаги, то засыпает на солнечном пятне у окна.

К полудню я разгребла большую часть беспорядка и смогла оценить ущерб. Примерно треть библиотеки уничтожена полностью — книги разорваны, сожжены или измазаны настолько, что не подлежат восстановлению. Ещё треть повреждена, но может быть спасена при должном уходе. Последняя треть, к счастью, осталась нетронутой. Плюс те книги, что стояли на верхних полках, до которых сложно было добраться. Уже что-то.

Я сажусь на единственный уцелевший стул, чувствуя усталость и странное опустошение. Столько разрушения и бессмысленной жестокости.

Но среди хаоса мой взгляд цепляется за несколько книг, к которым я тяну руку. Ими оказываются справочники по растениям — большие, тяжёлые тома с цветными иллюстрациями. Отец использовал их, когда планировал сад. Они почти не пострадали, лишь слегка запылились.

Листаю первый том, наслаждаясь красотой изображений: вот лаванда с её фиолетовыми соцветиями, вот розы всевозможных оттенков, вот лекарственные травы с подробным описанием их свойств.

Рядом с этими томами на полке стоит ещё одна книга, которую я не помню. Небольшая, в тёмно-зелёном переплёте, без названия на корешке. Достаю её, открываю и понимаю, что это не обычный справочник.

«Искусство изготовления масел и эссенций», — гласит заголовок на первой странице. «Практическое руководство для целителей, парфюмеров и всех, кто ищет красоту и здоровье в дарах природы».

Я сажусь обратно на стул, погружаясь в чтение. Книга достаточно подробно описывает методы извлечения масел из различных растений — цветов, листьев, корней, коры. Объясняет их свойства, способы применения, рецепты смесей для лечения различных недугов и для создания духов.

С каждой страницей меня всё больше захватывает идея. В саду, пусть заросшем и запущенном, всё ещё растут многие из тех растений, что описаны в книге. Я видела вчера дикую лаванду, розы, жасмин, мяту. А в лесу за садом наверняка можно найти и другие травы.

Что если… я попробую делать масла? Создавать духи, лечебные мази, ароматические свечи? Такие вещи всегда ценились, особенно среди дам высшего общества.

Я знаю их вкусы, знаю, что им нравится. Я могла бы создать что-то особенное, что-то, чего нет у торговцев на рынке.

Эта мысль зажигает во мне искру надежды. Впервые с момента, когда я покинула дом Драксена, у меня появляется конкретный план. Не просто выживание день за днём, а настоящая цель, настоящее дело.

Закрываю книгу и прижимаю её к груди, словно сокровище. Потом берусь за справочники по растениям — мне нужно освежить знания, понять, что ещё может расти в нашем климате, что можно посадить в саду.

— Клевер, — зову я котёнка, который тут же поднимает голову. — Кажется, у нас появился план.

Глава 15

Сад выглядит диким и запущенным, но в этом запустении есть своя красота. Заросшие дорожки, увитые плющом статуи, одичавшие клумбы — всё это создаёт ощущение зачарованного леса из детских сказок. Клевер бежит впереди меня, то и дело останавливаясь, чтобы обнюхать какой-нибудь цветок или погоняться за бабочкой.

— Что у нас растёт? — открываю справочник. — Так, посмотрим…

Делаю несколько шагов по заросшей траве, и тут же замечаю знакомый фиолетовый цвет. Лаванда! Целый куст, высокий, раскидистый, усыпанный соцветиями. Приседаю рядом, провожу ладонью по стеблям, и в воздух поднимается облачко аромата — свежего, успокаивающего.

— Ты первая в моём списке, — говорю я лаванде, открывая справочник на соответствующей странице. Да, это именно то, что нужно. Лавандовое масло ценится за его успокаивающие свойства, помогает при бессоннице, снимает напряжение. Можно делать ароматические свечи, мыло, духи.

Каждый шаг приносит новые открытия. Вот розовые кусты — одичавшие, но всё ещё цветущие. Там жасмин, оплетающий старую беседку, его белые цветы источают сладкий, пьянящий аромат. Грядка с мятой — вышла за пределы своей клумбы, но от этого не стала менее полезной.

Я начинаю рвать цветы, стараясь выбирать самые красивые, самые ароматные — всё это складывается в передник моего платья, который я подвязала узлом, превратив в импровизированную корзинку.

Нахожу ромашку, календулу, шалфей. Каждое новое растение — это новая возможность, новый аромат, новое применение. Я лихорадочно перелистываю справочник, читаю о свойствах каждого, представляю, что могу создать.

Голова кружится от запахов и планов. Я вижу себя склонившейся над котлом, в котором варятся лепестки роз для получения розовой воды. Вижу, как разливаю душистые масла по маленьким флаконам, запечатываю их воском, украшаю лентами. Вижу, как дамы из высшего общества передают друг другу мои духи, восхищаясь их уникальным ароматом.