Алиса Громова – Измена. Сын, о котором ты не узнаешь (страница 6)
Я собрала волосы в высокий гладкий хвост. Это подтягивало лицо, делало взгляд более открытым и дерзким. Последний штрих. Туфли.
Я посмотрела в зеркало. На меня смотрела незнакомка. Красивая, холодная, дорогая. Женщина, которая стоит миллионы. Женщина, которую невозможно сломать, потому что она уже была сломана и собрана заново из титана.
– Ты справишься, – сказала я отражению. – Ты – Алиса Романова. Владелица лучшего ивент-агентства Москвы. А он – просто заказчик. Просто очередной кошелек с ножками.
В 8:00 приехала няня, Ирина Витальевна. – Миша еще спит, – сказала я ей, надевая пальто цвета кэмел. – Сегодня в сад не вести. Пусть посидит дома. Никому дверь не открывать. Вообще никому. Даже доставке, даже полиции. Если кто-то будет ломиться – звоните мне и в охрану комплекса.
– Алиса Андреевна, что-то случилось? – няня посмотрела на меня с тревогой.
– Карантин, – солгала я не моргнув глазом. – В саду ветрянка. Не хочу, чтобы Миша заболел.
Я вышла из квартиры, чувствуя, как затылок снова начинает гореть. Я оставила сына. Я оставила свое сердце дома, под защитой одной лишь двери и пожилой женщины. Но я должна идти.
Офис холдинга "Арский Групп" – это сорокаэтажный монстр из стекла и бетона в самом центре Москва-Сити. Башня, пронзающая низкое ноябрьское небо. Здание-фалос. Памятник его эго.
Я подъехала к главному входу ровно в 9:45. Мой
Охрана на входе. Рамки металлоискателей. Сканеры лиц. Все здесь кричало о паранойе и власти. Я прошла контроль. Мои каблуки гулко стучали по мраморному полу лобби. Звук был уверенным.
– Доброе утро, я на тендер. Агентство "Phoenix", – сказала я девушке на ресепшене. Модель, блондинка, пустые глаза. Типаж, который всегда нравился Глебу. Или мне так казалось?
– Алиса Андреевна? – девушка сверилась с монитором. – Да, вас ждут. Тридцатый этаж. Переговорная "Алмаз". Пропуск я вам выписала, приложите к турникету.
Я взяла пластиковую карточку. Пальцы не дрожали. Я запретила им дрожать.
Лифт был скоростным. Стеклянная капсула возносила меня над городом со скоростью шесть метров в секунду. Уши заложило. Я смотрела, как Москва уменьшается, превращаясь в макет. Люди становились точками. Проблемы, казалось, должны были тоже стать мелкими, но они росли по мере приближения к тридцатому этажу.
Двери разъехались с мягким шелестом. Тридцатый этаж. Царство Глеба. Здесь пахло деньгами. Этот специфический запах дорогой кожи, озона от кондиционеров и едва уловимый аромат
Секретарша в приемной была старше той, что внизу. Строже. – Проходите, Алиса Андреевна. Господин Арский и остальные участники уже там.
Остальные участники? Я думала, это будет приватная казнь. Оказывается, это публичное шоу. Тем лучше. При свидетелях он не посмеет говорить о личном. Он не спросит про ребенка. Он будет вынужден играть роль бизнесмена.
Я подошла к массивным дверям из матового стекла. Сделала вдох. Выдох. Натянула на лицо дежурную полуулыбку. Толкнула дверь.
Переговорная была огромной. Овальный стол из черного дерева, способный вместить человек двадцать. Панорамные окна во всю стену. За столом сидели трое. Мой главный конкурент – Эдуард из агентства "Royal Wedding". Скользкий тип, который воровал мои идеи. Финансовый директор Арского – сухой старик в очках. И Он.
Глеб сидел во главе стола. Он не смотрел на документы. Он не смотрел на Эдуарда, который что-то усердно вещал, размахивая руками. Он смотрел на дверь. На меня.
Как только я вошла, разговор стих. Тишина стала вакуумной.
Глеб был в белой рубашке без галстука, рукава закатаны до локтей, открывая сильные предплечья с темными волосками и дорогими часами
Какой? Я не поняла.
Он медленно, лениво откинулся на спинку кресла. – Опаздываете, Алиса Андреевна, – произнес он. Голос был хриплым, низким. От этого звука у меня по позвоночнику пробежали мурашки, предательски напоминая о тех ночах, когда этот голос шептал мне совсем другие слова.
Я посмотрела на часы. – Девять часов пятьдесят восемь минут, Глеб Викторович. Я пришла за две минуты до начала. Точность – вежливость королей. И королев.
Я прошла к столу, чувствуя его взгляд на своих бедрах. Выбрала стул прямо напротив него. На другом конце стола. Максимальная дистанция. Поставила сумку. Достала папку с презентацией.
– Ну, раз все в сборе, – Глеб не сводил с меня глаз, игнорируя остальных, – начнем цирк.
– Это не цирк, это тендер на юбилей холдинга, – обиженно вставил Эдуард.
– Для кого как, – усмехнулся Глеб. Усмешка была злой. – Для кого-то это работа. А для кого-то – способ напомнить о себе.
Удар. Первый выстрел. Я встретила его взгляд прямо. – Мое портфолио говорит само за себя. Мне не нужно напоминать о себе. Мои работы кричат за меня.
– Кричат? – он склонил голову набок. – Надеюсь, не так громко, как вы умеете… кричать?
Двусмысленность повисла в воздухе. Эдуард хихикнул, не поняв подтекста. Финансовый директор нахмурился. А у меня вспыхнули щеки. Он намекал на секс. Или на вчерашнюю истерику? Нет, на секс. Он бил ниже пояса. При всех.
– Перейдем к делу, – жестко оборвала я, открывая папку. – Ваше ТЗ. Юбилей компании. Бюджет пятьдесят миллионов. Локация – Барвиха.
– Скучно, – зевнул Глеб.
– Я еще не начала.
– А мне уже скучно. Вы все предлагаете одно и то же. Банкет, звезды эстрады, фейерверк. Пошлость.
Он резко подался вперед, опираясь локтями о стол. – Удивите меня, Алиса Андреевна. Продайте мне праздник. Сделайте так, чтобы я захотел… купить.
В его глазах плясали бесы. Он играл. Он наслаждался своей властью. Он хотел, чтобы я танцевала перед ним, угождала, доказывала. Гровелинг наоборот? Он хотел, чтобы я унижалась профессионально.
Я захлопнула папку. Громко. Встала. Прошла вдоль стола, чувствуя, как напрягаются все присутствующие. Подошла к окну.
– Вы правы, Глеб Викторович. Банкет – это пошлость. Для человека, у которого есть все, еда и музыка – это мусор. Вам не нужен праздник. Вам нужен триумф.
Я резко развернулась. – Я не предлагаю вам Барвиху. Я предлагаю вам стройку.
– Что? – Эдуард поперхнулся водой.
– Стройку, – повторила я, глядя только на Глеба. – Ваш первый объект. Тот самый котлован, с которого началась империя Арских пятнадцать лет назад. Мы сделаем юбилей там. В индустриальном стиле. Бетон, арматура, неон и симфонический оркестр. Контраст грязи и люкса. То, из чего вы выросли, и то, кем вы стали. Это будет дерзко. Это будет скандально. Это будет про вас.
В кабинете повисла тишина. Глеб смотрел на меня. Его зрачки расширились. Он не ожидал. Он ждал ванильной чуши, которую можно высмеять. А я ударила его по самому больному и самому гордому – по его эго, по его истории.
– Бетон и оркестр… – пробормотал он.
– Именно. И никакого "лакшери" в привычном смысле. Гости в смокингах будут ходить по настилам над котлованом. Это метафора, Глеб Викторович. Один неверный шаг – и ты внизу. Вы ведь любите риск?
Наши взгляды скрестились как шпаги. Я видела, как в нем загорается интерес. Не к проекту. Ко мне. Он увидел во мне равного игрока.
– Эдуард, – не глядя на конкурента, сказал Глеб. – Вон.
– Но… Глеб Викторович, у меня презентация с 3D-маппингом…
– Вон, я сказал! – рявкнул Арский так, что стекла в рамах задребезжали.
Эдуард схватил свои бумаги и вылетел из кабинета как ошпаренный. Финансовый директор тоже поспешил ретироваться, бормоча что-то про срочный звонок.
Мы остались одни. В огромной переговорной, над городом, под серым небом.
Глеб медленно встал. Обошел стол. Я стояла, не шелохнувшись, хотя инстинкт самосохранения орал: "Беги!". Он подошел вплотную. Я чувствовала жар, исходящий от его тела. Он был выше меня на голову, даже с моими каблуками.
– Красивая идея, – тихо сказал он. – Стройка. Грязь. Котлован. Ты ведь помнишь, откуда я тебя вытащил, Алиса? Из такой же грязи.
– Я помню, куда ты меня бросил, – ответила я, глядя ему в подбородок. – Обратно в грязь. Но я отмылась, Глеб. А вот отмоешься ли ты?
Он протянул руку. Я дернулась, но не отступила. Его пальцы коснулись лацкана моего белого пиджака. Медленно погладили ткань.
– Белый… – усмехнулся он. – Тебе не идет. Ты не ангел, Лиса. Ангелы не врут глядя в глаза.
– Я не врала.
– Врала.
Он сделал еще шаг. Теперь нас разделяли миллиметры. – Я заказал тест, Алиса.
Мир качнулся. Я знала, что он может. Но слышать это…
– Какой тест? – я изобразила недоумение. – Ты с ума сошел? Тебе лечиться надо от паранойи!
– Я нашел пуговицу, – перебил он. – В кабинете заведующей. Синюю, маленькую пуговицу. От рубашки твоего… Волкова. Экспресс-анализ будет готов сегодня к вечеру.