Алиса Джукич – Адские тени (страница 44)

При виде изможденной сестры Мая громко шмыгнула носом и, не сдержавшись, разрыдалась. Сев на стул рядом с близняшкой, она начала любяще растирать ее здоровую руку.

– Разве ее рана настолько серьезна? – озадаченно спросила я, не понимая, как разодранная спина могла превратить Лору в полутруп.

Микаэль взял с тумбочки склянку с мутной жижей и осторожно влил содержимое колбы больной в приоткрытый рот. Чтобы Лора не захлебнулась, лекарь нежно приподнял ее голову.

– Нет, но в к…крови девушки н…неизвестный яд. Пока не найдем с…способа победить отраву, она не придет в с…себя. – Мая разревелась еще громче, видимо, про яд она слышала впервые.

Отпустив голову Лоры, Микаэль сунул склянку в карман халата и наконец взглянул на стоявшую в изножье кровати Клару. Подруга мгновенно просияла и мило захлопала ресницами, но лекарь, втянув голову, отвернулся.

– Л…лекарства поддерживают в Лоре ж…жизнь. Мы ищем п…противоядие, но больше м…мне нечем вас п…порадовать, – заключил он и, извинившись перед Маей, побрел прочь.

Клара прожигала спину удаляющегося лекаря расстроенным взглядом, совсем позабыв, что мы пришли сюда навестить подругу.

Я подошла ближе к больной и провела по ее спутанным волосам кончиками пальцев. Сочувствие к Лоре неожиданно для меня самой вызвало жжение в глазах. Мне было жаль куртизанку: если Микаэль не создаст противоядие, она погибнет на рассвете жизни.

После прибытия во Франсбург сентиментальность стала пробуждаться во мне чаще. С одной стороны, это радовало: черствое сердце оттаивало, но с другой… Если я проиграю замыслам Елены, меня вновь ждут убийства и жизнь в ночи, а пробивающаяся сквозь броню слабость сделает меня уязвимой.

Проведя в здравнице пару часов и посовещавшись с Кларой, мы решили оставить сестер наедине и отправиться на театральную площадь. Прежде чем уйти, подруга чмокнула несчастную куртизанку в лоб, словно та уже почила. Я одернула ее за рукав и смущенно улыбнулась Мае на прощание.

Вечернее небо в кои-то веки не заволакивали тучи. Я шла, запрокинув голову, и любовалась строгой красотой домов со шпилями и витражными окнами.

– Вы верите в россказни Микаэля про Сумрак Бездны? – поинтересовалась Клара, понуро вышагивая рядом со мной. Бурое меховое пальто и шляпка с пером, выуженная из подаренного мне Кайланом гардероба, вернули подругу к привычной роскоши.

– А какой смысл ему лгать? В этом тумане явно кроется мистика. – Мы свернули к фонтану и, чуть пройдя вниз по улице, остановились недалеко от гостиницы Ричарда.

Рокот колес и ржание строптивых коней привлекли наше внимание. Возле крыльца трехэтажного здания затормозил экипаж. Широко раскрыв дверь кареты, на улицу вышел мужчина с биноклем, держа в одной руке небольшой чемодан, а в другой свернутую в рулон газету.

Я толкнула Клару за ближайший деревянный ларечек с безделушками. Подруга стукнулась боком о низкий прилавок, но промолчала. Усатый продавец возмущенно прицыкнул, но заметил предостерегающий блеск в моих глазах и соизволил не вмешиваться.

– Это приспешник Елены, – прошептала я фрейлине.

Клара удивленно приоткрыла рот, а я осторожно выглянула из-за угла. Мужчина поднимался по ступенькам к массивным дверям гостиницы. На его большом пальце пестрело в отблеске уличного фонаря кольцо-печать. Он отнял дорогое украшение у одного из зажиточных смутьянов Абракса, когда несколько месяцев назад тетка отправила к нам на подмогу своего высокопоставленного гвардейца.

– Скажи Мари, что за ужином я не появлюсь, – аккуратно намекнула я подруге, что здесь наши пути расходятся.

– Что вы собираетесь делать? – вполголоса поинтересовалась Клара, а мужчина резко обернулся, будто почувствовав, что за ним следят.

Мы пригнулись, скрываясь за ларечком.

– Узнать, сдержит ли свое обещание Ричард…

Глава 16

Монеты звонко покатились по деревянной стойке, когда я высыпала их из кошелька прямо под нос стройной девушке. Вздрогнув, она отвлеклась от подсчета бисера на своем сером платье.

– Я желаю снять номер на ночь, – напрямую объявила я, уперев одну руку в бок.

Девушка кивнула, открыла книгу в кожаном переплете и забегала по страницам взглядом.

– Сожалею, но все номера на сегодня заняты. Последний выкупил мужчина, прибывший на пару минут раньше вас. – Она еще раз перечитала записи и расстроенно выдохнула: – Ничем не могу помочь.

Поблагодарив милую брюнетку, я озадаченно поплелась на выход.

Тени могли бы погрузить гостиницу во тьму, проделав тот же фокус с освещением, что и в «Ядовитом Сердце». Так я бы беспрепятственно проникла на второй этаж, затаившись во мраке, но Ричард догадается о моем присутствии.

Незаметно завернув в закоулок между гостиницей и ветхим зданием почты, я осмотрелась и решила карабкаться вверх по выемкам в стене. Ногти царапнули по камню, обламываясь. Я тихо зашипела и подтянулась на выступ над входом для слуг.

Комната Ричарда располагалась на втором этаже. Чтобы подслушать разговор друга и гонца Елены, нужно было пройти по карнизу и незаметно проникнуть в соседнюю спальню.

Медленно переставляя ноги, я двинулась к единственному излучавшему свет круглому окну.

Пятка соскочила, мелкий камень осыпался вниз. Чтобы позорно не свалиться на еще одну свалку, я уцепилась за соседний от комнаты Рича подоконник.

Заглянув в темноту окна, я обнаружила спящего на широкой кровати мужчину. Тихо выругавшись, призвала тени, погрузив в могильный холод руку.

Плотность костей пропала, и я без труда протолкнула пальцы через стекло, подцепив ставни с другой стороны. Окно, истошно скрипнув, распахнулось. Рано уснувший мужчина, причмокнув губами, повернулся на другой бок и захрапел.

Залезая через окно, я возблагодарила всех богов, что сегодня Франсбург окутывал спокойный вечер. Если бы хмурое небо сотрясала гроза, а стены заливал дождь, вряд ли бы удалось проникнуть в номер незнакомца так просто.

В принципе, на этом мое везение закончилось. Стоило спуститься на пол и потянуться к окну, чтобы закрыть ставни, мужчина вновь завертелся. Постель недовольно прогнулась под толстой тушей, когда он резко сел, боязливо уставившись на меня.

– Кто вы? – хрипло окликнул он.

Я порывисто развернулась, и полы пальто обвили мои лодыжки. Мужчина испуганно схватился за сердце.

Меня видели. Меня поймали.

Тени уже сгустились вокруг моего тела, превратив его в эпицентр кошмара. Пока незнакомец не дал деру или не закричал, взывая о помощи офицеров, я хлестнула тьмой в его сторону.

Волна мрака черной петлей сжала морщинистую шею. Мужчина хотел дернуться к двери, но не успел и судорожно закряхтел. Он всячески пытался оторвать от горла тени, но все его жалкие попытки были напрасны: толстые пальцы проходили сквозь дым. Через пару мгновений хрипы превратились в бульканье, и незнакомец тяжело обмяк, с грохотом свалившись на пол.

Звук падения рикошетом ударил по моей притворной стойкости.

Еще одна ненужная смерть. Еще один шрам на сердце.

Совладав с рвущимся наружу воплем несправедливости, я схватила с тумбочки стакан воды и запила опаляющее внутренности чувство вины, преследовавшее после каждого убийства.

Вокруг правого запястья, как прирученный змей, вилась тьма. Я позволила теням проникнуть в соседнюю комнату, впитавшись в стену. Маленький темный жгутик затаился в углу под шкафом, передавая мне все, о чем говорили Рич и королевский гонец.

– …время на исходе, лорд Мэтью, – уловила обрывок фразы служащего Елены. – Еще немного, и она догадается о вашей сделке с…

– Не смей! – настойчиво оборвал Ричард и звонко стукнул кулаком по чему-то деревянному, я даже слюной подавилась от неожиданности. – Я не желаю слышать это имя!

Гонец фыркнул:

– Елена готовит войско! Если вы не добудете нужную информацию вовремя, она развяжет войну с Франсбургом, чтобы не повторять ошибок… – громогласно высказал гонец, и у меня сдавило легкие. – И еще, королева просила вам напомнить, что при провале задания Мия отправится в ваш фамильный склеп.

Ричард зарычал, а гонец лишь усмехнулся.

– У тебя неделя, Мэтью. Не испытывай шаткое терпение Елены и сделай уже то, что должен!

Легкий шелест бумаги сообщил, что гонец положил письмо на кровать. Щелчок замка, грохот двери, и мужчина покинул комнату.

Ричард принялся ругаться, пинать мебель и бить кулаками по стене. Через пару минут брань затихла, и он последовал вдогонку за гонцом.

Я сползла по стене и схватилась за голову. Одинокая слезинка упала на деревянный пол. Я шмыгнула носом и уселась на половицы, подтянув к себе колени.

Клара оказалась права: Рич мне врал. Мой единственный друг и давняя опора годами водил меня за нос, умело играя на два фронта.

Всхлип повторился. Невольно вспомнились красные пятна на шее Клары после первой «ночи» с Ричардом. Тогда я не придала отметинам особого значения, хотя после этого подруга неоднократно намекала, чтобы я была с ним осторожнее. Я же, зациклившись на благодарности и жалости к его разбитому сердцу, перестала замечать очевидное.

Растерянность быстро сменилась злобой. Вот она! Ледяная волна сокрушительного гнева на собственную опрометчивость и двуличие Ричарда.

Резко встав, я ступила на грань теневого мира. Даже неприятное чувство утраты материального тела и блеклость окружающих красок не притушили всплеск обиды.

Стена между комнатами показалась не прочнее бумаги, через которую я с легкостью пробилась, скрытая в тенях. Вступив в залитую ярким светом комнату, я словно попыталась всплыть из толщи воды, возвращаясь в реальность. Глоток воздуха, и мир снова заиграл цветами, а кости приобрели твердость.