Алиса Атлас – Истинная для адмирала (страница 7)

Не дожидаясь моего ответа, Руи Дорн развернулся, скрипнув кожей сапог, и занял место у второго приштурвального столба.

– Смотри. Я наматываю три витка, пропускаю кожаный конец внутрь. Потом развожу руки в стороны и затягиваю скользящий узел. Раз, два, три – и я зафиксирован с нужной степенью свободы. Показать ещё раз?

Я кивнула, и Руи показал то же самое ещё несколько раз, пока я не усвоила каждый поворот кисти, каждое прижимание пальцами, и каждую остановку скольжения кожаного ремня. В конце концов у меня получилось не запутать тонкую полоску, а ровно и плотно уложить вокруг моей талии.

– Отлично, Вирджиния! Ты хорошо начала.

Я торопливо повторила самопривязывание трижды и протянула ремень Дорну.

– Спасибо, я разобралась, как это работает. Можем закончить упражнение.

Руи Дорн снова засмеялся и не взял у меня ремень.

– Не торопись. Твоя задача – довести этот навык до автоматизма. Тебе надо научиться это делать так ловко и естественно, чтобы в любое время дня и ночи, в любом состоянии ты могла накинуть ремень и спасти свою и не только жизнь. Поэтому займись отработкой навыка. Я вернусь через час и проверю твои результаты в полной темноте.

Он спустился с мостика и ушёл в трюм, а я осталась отрабатывать самопривязывание у правого столба.

5.3

Скоро время перестало иметь значение. Оно слилось в череду бесконечных складываний ремня, продевание конца хитрым способом, поворотов кисти и вытягиваний тонкой кожаной полоски. Действовала без остановок и поблажек. Ставила кисть, как при игре на пианино.

Кормовые огни полуюта отбрасывали на приштурвальные огни густые масляные тени, не давая света. И чтобы не напрягать глаза, я их закрыла. Отрабатывала сворачивание петель и выворотность кисти при затягивании ремня. Я вошла в рабочий транс и перестала слышать плеск волн и голоса матросов.

Пришла в себя оттого, что кто-то начал трясти меня за плечи. Но я не сбилась с ритма упражнения. Свернула последний виток и затянула петлю. И только когда кожаный захват привычно притянул меня к приштурвальному столбу, открыла глаза. На меня озабоченно смотрел Руи Дорн.

– Вирджиния, с тобой всё в порядке?

– Да, отрабатывала упражнение, как вы и сказали.

– Всё это время? – Во взгляде Дорна сквозило беспокойство.

– Да.

– Прошло 2 часа.

– Уже? Время пролетело незаметно. Мне надо показать упражнение?

– Нет. Я уже видел достаточно. – Он снова посмотрел на меня непонятным тягучим взглядом. – А ты упорная, как я погляжу.

– Это точно. Поэтому и обидно, что меня вышибут из магической академии. Училась-то я честно, и в рейтинге стала лучшей честно. А вот с дипломом не вывернется.

– Главное, чтобы в жизни вывернулось. Иногда главное – не быть умной, а быть живой.

– А есть альтернативы?

– Не выжить? Всегда.

Почти в полной темноте Дорн ослабил ремень. Руи ловко вытащил конец кожаной полоски, и она заскользила по моему телу расплетаясь. Дракон не прикасался ко мне руками. Но движение ремня, крепкое мужское тело почти вплотную, вызвали во мне беспокойство.

– И чтобы ты точно выжила с дипломом или без, продолжим учёбу.

– Что, прямо сейчас? Ночь на дворе. Может быть, закончим завтра?

– Завтра наступает только для упорных. Если ты такая, я тебя научу жить с дипломом или без него. Готова?

Это прозвучало так соблазнительно, что я вдохновилась. В голове была какая-то нереальная пустота. Почти как с тотального недосыпа перед экзаменом, когда не ложишься сутками, учишь, и даже поесть забываешь.

А ещё, у меня словно отключились чувства. Не было страха, опасений, сомнений. Я понимала, что реагирую неадекватно, но как надо было – не понимала. Смотрела в желтоватые отблески пламени фонарей в глазах Дорна и словно выпадала из реальности. Не спала, но и наяву не была совершенно точно. А потом кто-то моим голосом ответил, – готова!

Руи издал резкий горловой звук и, схватив меня за руку, потащил к ступенькам на основную палубу. Корабль качался на волнах, в воздухе пахло морской солью и водорослями. Ветер, словно сорвавшийся с цепи пёс, метался над палубой, обдувая лицо прохладой. Мы остановились возле грот-мачты.

– Лучшее обучение – практика. Приступаем. Ты берёшь оба ремня. Работать придётся в темноте и обеими руками. Сначала фиксируешь на верёвочной лестнице, которую называют тут вантами, одну ногу первым ремнём. Наступаешь. Переносишь вес на другую ногу – фиксируешь её. С первой снимаешь ремень, и так шаг за шагом. Сегодня качает прилично, значит высоко не полезем. Наша цель – марс. На этой огороженной площадке передышка, потом спустимся на палубу. Готова?

Я кивнула, как заводная кукла и поставила ногу на нижнюю ячейку. Сделала всё, как говорил Руи. Он двигался рядом. Я плохо его видела в кромешной темноте. Только неясный гибкий силуэт больше похожий на мою тень. Шаг, виток, следующий шаг. Вытянуть предыдущий ремень и зафиксироваться следующим.

Я почти вработалась в ритм, но начала уставать. И, хотя над палубой я поднялась не так высоко и ещё не добралась даже до первой мачты, руки уже слушались хуже. Сначала они начали подрагивать. Потом я начала зябнуть. Казалось, что чем выше поднимаюсь, тем холоднее становится. Но я боролась с собой, выполняя задание Дорна.

А потом я посмотрела вниз. Возле спуска в трюм мигнул фонарь, и я поняла, как далеко от меня находится палуба. Страх навалился внезапно. Вся тяжесть ужаса рухнула на меня в одно мгновенье. Руки и ноги заходили ходуном. Тело заколотило от осознания опасности с такой силой, что если бы я не примотала себя к вантам ремнями, точно свалилась бы вниз.

В голове билось отчаянье. Я не могла двинуться ни вверх, ни вниз. К горлу подкатила тошнота, а ладони стали настолько мокрыми, что соскальзывали с верёвочных перекладин лестницы. Перед глазами поплыло. Я даже закричать не смогла от ужаса.

И когда сопротивляться страху уже не было никаких сил и я была готова отпустить руки, меня прижало к вантам сильное, горячее, мужское тело.

6.1

Трястись как припадочная я перестала в эту же секунду. Успокоилась так, словно встала обеими ногами не на палубу флагманского корабля, а на твёрдую скальную породу. И согрелась, как у большой домашней печи в гостиной, выпив кружку ягодного чая с пряными травами и ложкой бабушкиной настойки.

Мои воспоминания эхом откликнулись в мужчине, в кольце рук которого я была в безопасности. Он резко выдохнул, и я почувствовала, что надо перестать фантазировать. Это ему очень мешает. Но вместо того, чтобы одёрнуть меня, он очень тихо, но резко бросил в сторону Руи.

– Спускаемся на палубу. Встречаемся в каюте для совещаний на докладе.

Не дожидаясь ответа поисковика, Росс распустил удерживающие меня ремни. Потом отклонился корпусом назад и подхватил меня на руку. Другой он держался за ванты. Но даже в момент, когда адмирал перехватывался с одного каната на другой, у меня не было страха. Я была полностью уверена в своей безопасности.

Это чувство вызвало в нём тёплую волну ещё не благодарности, но уже некоего подобия удовлетворения. А ещё, надежды. Её мы почувствовали с Россом одновременно, и дракона это разозлило. Он и до этого был зол, но больше на Дорна. А теперь досадовал на себя, ну и на меня заодно.

Росс собранно спустился на палубу со мной на руке, но на доски не поставил. Ветер стал холоднее и резче. Матросы попрятались в трюме. Вахтенный повернул в нашу сторону голову, но встретившись взглядом с Дорном, отсалютовал и отвернулся.

Войдя в каюту для совещаний, Росс усадил меня в дальнее кресло. Плеснул что-то остро пахнущее в кружку и замотал в покрывало. И только после этого медленно, словно во сне, обернулся к вошедшему и аккуратно затворившему за собой дверь, Руи. Поисковик был спокоен и уверен в себе.

А вот в груди Росса клокотала ярость. Она проникала в мою душу жалящими укусами. Но внешне этого не было заметно! Адмирал выглядел точно так же, как во время дневного доклада.

– У вас 30 секунд, Дорн. Объясните как вы оказались ночью на вантах с вашей подопечной.

– Проводил занятия по фиксации поисковика на корабле. Первый этап – отработка навыка, был проведён на палубе. Для закрепления и выявления недочётов применил отработку на весу.

– Ночью? Со студенткой?

– Такой метод встречается даже в классических методичках для поисковиков.

Дорн не сдавался и чувствовал себя уверенно. Не безнаказанно, а обоснованно компетентным. Но вот Росса это не убеждало. Не склоняло его чашу весов в пользу обоснованности такого подхода. Следующий вопрос адмирал задал, почти перейдя на шёпот.

– Для человеческих поисковиков?

Дорн моргнул, нахмурился, но ответил без признаков притворства или смущения.

– Господин Росс, была ещё одна причина, по которой я применил этот метод обучения. Вернее, способ, проверить гипотезу. Видите ли, Крейн сегодня замечательно работала для обычного человека. Не сбивалась. А когда стала отрабатывать физическое упражнение самопривязывания, действовала, как механическая кукла. Она больше часа без перерыва сматывала ремень в кольца и протягивала скользящие петли. На каждое упражнение она тратила от 32 до 34 секунд. Целый час. Без отдыха. А ещё у неё был запах. Студентка источала аромат Зелья драконьего спокойствия. И я понял, что должен спасти от неё флот, флагманский корабль, и вас, сэр.