Алинда Ивлева – Пропавший без вести (страница 10)
– Мы сейчас поговорим и все уладим. Подожди за дверью, – послышался повелительный твердый голос.
Лене полегчало. Сразу. Именно эти слова ей давно хотелось услышать хотя бы от одного мужчины. Мужчины, который знает, что делать в любой ситуации. Мужчины, умеющего взять на себя ответственность. Не сбежать при первой трудности. Она даже мечтать не могла, что таким мужчиной окажется Глеб. В него была влюблена добрая половина девчонок школы, начиная с его одноклассниц и ее. Ходили слухи, что даже молоденькая учительница химии, уволенная по неизвестным причинам, почти сразу как пришла работать в школу после института, была влюблена в Глеба. Их видели не раз вместе. А однажды застукали в Петергофе, на каменистом берегу у причала на Финском заливе, целующихся. И надо было им в тот момент попасться на глаза директору школы, гуляющему в компании жены и детей по аллее вдоль залива.
Лена вспомнила свои детские стихи, которые посвящала Глебу. Перечитывая, мечтала: вырастет, и он обязательно обратит на нее внимание. А когда увидела, будучи взрослой, в ресторане, где подрабатывала официанткой, Томку и Глеба – мечтать перестала. Наконец поняла, кто тот страстный любовник, которого от нее скрывала троюродная сестра, да и не сестра вовсе, так – седьмая вода на киселе. Девушки после даже не общались, но это давняя семейная история. «Родственные» тяжбы из-за жилья сделали врагами несколько поколений. И теперь Лена осталась одна-одинешенька на этом свете. Конечно, теперь есть Кирилл у нее. А она у него. Лена была почти уверена, что отец Кирилла – Глеб. Но почему он ничего не ведал о беременности Томы? Или знал, но отвернулся. Мы не узнаем правды, Тамара унесла ее с собой в могилу. Но удивительное дело – малыш за несколько дней привязался к незнакомцу, больше, чем к ней. Кровь – не водица. На всякий случай, Лена решила сделать ДНК. Предупрежден – вооружен. С этой мыслью она разлила по тарелкам окрошку на квасе, сдобрила сметаной, положила в каждую из трех порций половинку вареного яйца и горсть зеленого лука. Запах натурального ржаного кваса и зелени охватил крохотную кухню.
Глеб рассказал Кириллу историю из детства. Которая научила его не обманывать. И сейчас он поступил плохо, обманывая Лену, да еще и вынуждая брать его ответственность за обман на маленького мальчика. Глеб забрал свое слово и пообещал придумать другой, безобидный для всех секрет. Мальчик, внимательно выслушав рассказ, согласился, но долго задавал взрослые вопросы.
Были тяжелые времена в семье, бабушка тяжело болела, мама работала по ночам, мыла в метро полы вестибюлей и вагоны, денег все равно не хватало. Мама часто плакала и глотала горстями таблетки. Совсем исхудала. Глеб учился тогда в пятом классе, был ненамного старше Кирилла. Прилежным учеником его нельзя было назвать, молодая классная руководительница выбилась из сил, пытаясь сделать из Глеба человека. Но мальчик дерзил, огрызался, не делал домашние задания. Его могли отчислить, но Елена Викторовна жалела его мать, Веру Демьяновну, кроткую, сильную женщину, в одиночку воспитывающую двоих детей. Знала учительница об их безденежье, и все сборы школьные оплачивала за мать Глеба. Звонила ей, подолгу говорили, приходила домой, заносила для бабушки продукты. Но в школу не вызывала. Но Глеб об этом не знал. Его тогда мало что интересовало, кроме проказ и шалостей. Но было одно, что Глеб знал четко: в семье нет денег, у всех друзей были компьютеры, у кого-то мобильники или приставки. А у него рваные кеды, а у мамы старые сапоги, подошву она клеила не раз «Моментом», а молния держалась на скрепке. Обычной канцелярской скрепке. Как-то Елена оставила на столе красный, под крокодиловую кожу, кошелек.
Яркий, издалека приметный, мерцал и переливался кожаным боком на столе поверх бумаг. Глеб на перемене вышел со всеми из класса, учителя не было, он вернулся и вспотевшими руками открыл портмоне. В складках лежали две пятитысячные купюры. Он взял одну, сунул в карман, в этот момент в класс зашел друг. Сразу догадался в чем дело. И пригрозил, что все расскажет Елене Викторовне. Спорили и искали недолго, Глеб положил кошелек в карман в тот момент, когда прозвенел звонок. Послышался топот возвращающихся в класс детей. Он шепнул однокласснику, что будет ждать его в туалете.
В итоге с другом, тогда еще другом, поделили деньги. Кошелек Глеб принёс домой, мелочь выгреб, а остальное вручил маме, мол, нашел. Только не знал, что во внутреннем кармашке лежало фото учительницы. Три на четыре. Раньше многие носили снимки для документов, на всякий случай. Мама не сразу его обнаружила. Раньше пришла Елена Викторовна, потому что не было друзей у Глеба. Настоящих. Хороший друг бы уговорил не совершать преступление. А этот был пойман с поличным родителями. Вынудили признаться. Так мальчишка не только не сдержал слово, не сохранил секрет, а спихнул вину на Глеба. А деньги дал за молчание. Тот урок Глеб запомнил навсегда. Ноги были все синие, хрупкая мама рыдала и стегала сына скакалкой. Долго он обижался на нее за наказание. Не принято было в их семье учить жизни рукоприкладством. А сейчас, наверное, и сам бы так поступил. Или нет? Но обман нельзя делать секретом. Тем более учить врать ребенка. Вот что вынес Глеб сегодня. Он обнял Кирилла, вытер слезы, и сказал:
– Помни, самый твой верный друг сейчас и единственный человек, который всегда будет за тебя – это Лена. Не обижай ее. Она у тебя одна. Больше никто за тобой не пришел. Только она. Цени это. Она тебе сейчас ща всех, и за маму, и за папу. И не обманывай. У меня нет мамы, и нет такого близкого человека, как Лена, которому все могу рассказать. Все-все, понимаешь?
– Понимаю. Но у тебя тоже есть Лена, – его зеленые глаза покрылись золотистой рябью. Распахнулись широко. В отражении на секунду Глеб увидел себя. Мальчишкой. Таким же наивным и дерзким.
– Ну что, пойдем к Лене? Что делать, знаешь?
– Да! Окрошку кушать!
– Ну, тебе видней! – Глеб наклонился, подставив шею, – залезай, прокачу.
Кирилл тут же вскарабкался на плечи, вцепился в уши и уселся поудобнее, помогая ногами. Глеб взмок, разогнулся, и внаклонку минуя дверные проемы, вошел с юным жокеем на закорках в кухню. Лена в черном, точеная, грациозная, стояла спиной у окна. Повернулась и ахнула.
– Боже, Кирилл, откуда в тебе столько смелости взялось!? Слезай!
– она подошла ближе и помогла слезть мальчику. Усадила за стол. С улыбкой показала место у окна Глебу. Он тут же набросился на окрошку, облизываясь словно кот после каждой порции, отправленной в рот.
– Ох, как вкусно, ну, волшебница!
– Да, Лена волшебница, она умеет делать малюсенькие пельмешки. Приходи, дядя Глеб с Басей!
– Нет, без Баси, можно? – тут же вспыхнула Лена.
– Она тебе понравится, мам, она рыжая, а глаза зеленые. Ее отмыть только надо…
Лена не слушала, ей уже было неважно, какого цвета волосы и глаза у этой рыжей женщины, и почему ее надо отмыть. Замерли все звуки. И даже ее дыхание. Мальчик, тот, что стал ей бесценным даром судьбы, назвал мамой. Не тетей, не Леной… Мамой! Она побоялась спугнуть это мимолетное счастье. Лишь тихо сказала:
– Да, сынок!
Глеб одобрительно кивнул, глядя заговорщически на Кирилла. Потом он еще раз похвалил за стряпню и гостеприимство хозяйку, попросил с собой колбаски на ход ноги. Выскочил из квартиры, попрощавшись на ходу. Переживал, вдруг его несносная рыжая «женщина» сиденья погрызла или наделала кучек, скучая взаперти.
***
У подъезда выгрузил из машины пакеты, сумку, кошку, закрыл и поднялся на этаж. Как положено, первой запустил в квартиру Басю. Бросил вещи.
– Что, Бася, надо тебя отмыть?
Кошка, не реагируя, деловито направилась на кухню, обследовала заляпанный кетчупом пол, запрыгнула на подоконник, заставленный всяким хламом. Скинула пустую бутылку из-под коньяка. Глеб выругался: – Твою ж… Понял я, понял. Не пью больше.
Убрал осколки и пока Бася изучала заплесневелое содержимое тарелки на столешнице, фыркая и чихая, Глеб вспомнил, что нужно купить лоток и миски для сожительницы. Налил воды в блюдце, кис-кис, побежал в зоомагазин. Купил все необходимое, по совету продавца прихватил таблетки от глистов и кошачий шампунь. И рванул домой. У парадной поймал себя на мысли: «Сколько лет он не спешил домой? А вообще когда-нибудь хотел домой!? Никогда. А всего-то надо было завести кошку».
Отдышавшись в квартире и переодевшись, насыпал Басе корма в миску и завалился на диван. Включил телевизор. Только взял в руки смартфон, поправив подушки, пришло сообщение в вотсап от Лены:
«Спасибо, Кирилл рассказал про Басю. Прости за мою выходку. Придешь на день рождения? Через два дня будет у Оли, немного все сдвинулось из-за больницы. Приходи!»
«Приду», – ответил коротко Глеб.
»«Отмой Басю
«О, чуть не забыл. Я рад, что мы можем снова общаться»
«Нам надо поговорить серьезно. Но не сегодня»
«Хорошо, береги Кирюху»
***
День рождения прошел весело. Лелишна постаралась. Не испортил веселья даже визит Мишки с женой. Они подарили Кирюше удочку, настоящую, чему тот был несказанно рад. Марина и Лена нашли общий язык, будто прошлое и мужчина их не разделяли, а связывали. Мишка предложил Лене помощь на первых порах, и заявил – если нужны консультация, юристы, чтобы обращалась без раздумий.