Алинда Ивлева – По ту сторону души (страница 9)
– Смотреть же надо! – раздосадовано крикнула Люся, подняв глаза, и оторопела.
Перед ней, собственной персоной, стоял Вальдемар, в твидовом, ладно скроен – ном, и хорошо сидящем на фигуре, костюме, с фотоаппаратом, висящем на шее, в шляпе и виновато улыбался.
– Я совсем, милая Люда, не хотел, чтоб наша вторая встреча состоялась так! Приятная неожиданность – снова видеть Вас! – и Володя протянул Люде руку.
Девушка попыталась изобразить обиженное лицо, но у неё ничего не вышло, и молодые люди непринуждённо засмеялись.
– Да уж, вот так встреча! – поддержала беседу Люся.
– Значит, у меня появилась надежда снова увидеть вас и загладить свою вину за испорченный обед? – вопросительно, но с надеждой Володя посмотрел на неё. Люся кокетливо улыбнулась, взглянула пристально своими голубыми глазами цвета неба на фотографа, откинув назад чёрную копну волос и повязав умело косынку. Взгляды их встретились, они стояли напротив друг друга, словно под гипнозом, не произнося ни слова. Он первый очнулся, испугавшись, что девушка может исчезнуть, как мираж.
– Могу я осмелиться пригласить вас, скажем в кино, привезли новую ленту, или куда вы захотите? Пожалуйста! – он говорил напористо и в то же время очень уважительно и осторожно. Ему невозможно было отказать, хотя Люсю очень смущало то обстоятельство, что правую руку Володя всё время держал в кармане брюк. Это не очень смотрелось на общем фоне благовоспитанности этого мужчины. Но Люся подумала, что скорей всего это его единственный, простительный ему, недостаток. Ей безумно понравился этот человек. Девчонки сидели недалеко от этой парочки и с замиранием сердца наблюдали за ходом событий. – Это судьба, – без тени зависти, по – доброму, шептались Зоя и Тамара, а Клара и Тоня вторили подругам.
– А можно я вас сфотографирую? Люда, вы очень красивая, а ваше лицо мне кажется таким родным и знакомым! – без пафоса произнёс Володя.
– Мне тоже кажется, что я знаю Вас всю жизнь и раньше будто встречались…, – Люся ещё раз пристально вгляделась в лицо Владимира, – но фотографироваться сейчас – плохая примета! Мы можем обменяться фотографиями!
– Это замечательная идея! Тем более, что я напечатал ваш заказ. Это мой подарок Вам и вашим очаровательным подругам!
– Не надо. Это неправильно, – запротестовала Люся, непривыкшая к таким жестам, но молодой человек оборвал её на полуслове, спросив:
– Значит, мы договорились, сегодня вечером, где вы скажете и во сколько!
– В 7 вечера у общежития на улице Белецкого, до свидания! – и Люся, не оборачиваясь, побежала к заждавшимся подругам, обед подходил к концу, но она ничуть не расстроилась.
Только девушки собрались было уходить, столовский повар суетливо и услужливо поставил перед Людой тарелку картошки с мясом, это блюдо предназначалось для угощения членов комиссии.
– Откушайте, милая! – важный человек на кухне озирался вслед уходящему
фотокорреспонденту из серьёзной газеты, – у Вас здесь такие влиятельные знакомые! – с завистью, прищурившись, добавил он.
Вечером того же дня всем девичьим миром собирали Люсю на свидание с завидным кавалером. Кто – то снабдил даже её из своего гардероба лаковыми ботиночками на шнуровке и длинными бархатными перчатками под бархатное синее платье, которое Люсе сшила мама на выход. Соседская девочка, с барского плеча, выделила меховую накидку из лисицы – выглядела Люся как звезда кино. Длинные чёрные волосы расчесали водой с сахаром и завили щипцами в крупные локоны. Девушка с картинки! Все вздыхали с одобрением и восхищением, даже Рита Павловна поучаствовала и из пульверизатора побрызгала " Розовой водой " на красавицу Люду, но напутственно предупредила: – Надеюсь, ты будешь умница! И не забудь, что завтра на работу – в 21. 00 жду! Люся тепло всех присутствующих поблагодарила и выпорхнула на долгожданную встречу. Напротив выхода из общежития, в небольшом скверике, прохаживался Володя, заметно нервничающий, в руках у него был букет роскошных лилий. Одному богу известно, где и как он достал эти цветы в то время.
Завидев девушку, молодой человек поспешил навстречу, протягивая букет:
– Добрый вечер, Людочка, вы – само очарование! Завладели моими мыслями и чувствами, – он осёкся на полуслове, побоявшись, что поспешностью испугает девушку. Вручив цветы смущённой Люсе, он протянул ей конверт с обещанными фото, вторая рука традиционно пряталась в кармане брюк. Девушку мучил вопрос, почему он так делает? Но воспитание не позволяло спросить напрямую.
– Вечер чудесный, но у меня очень мало времени, в 21. 00 я должна вернуться или будут проблемы.
– Всё – как скажете! Может, поужинаем? Знаю и люблю одно очень спокойное и уютное место, – осмелился предложить Володя, не особо надеясь, что предложение будет принято, и оказался прав.
– Не думаю, что это правильно, я вас совсем не знаю, давайте просто прогуляемся? На набережной Днепра так красиво!
– Я согласен на всё!
И они гуляли и разговаривали, делились воспоминаниями, тщательно избегая воспоминаний о войне. Люся рассказывала о своём посёлке, родителях, брате. Когда речь зашла о родных, Володя помрачнел на долю секунды, но немедленно взял себя в руки. Заметив незначительную перемену в его настроении, девушка спросила:
– Я вас чем – то расстроила?
– Нет, что вы, Людочка! Я вспомнил своих родителей и сестрёнку....
– А где они? – участливо спросила Люся.
– К сожалению, их никого уже нет.... со мной! Погибли в первую бомбардировку Киева, все…
– Какой ужас! Проклятая война! Сочувствую вашему горю! Она была очень чуткой и сообразительной девушкой, – не будем больше об этом. Лучше поговорим о вашей работе.
– О фотографии могу разговаривать до бесконечности. Это моя жизнь и всё, что в ней осталось после смерти семьи, это мой внутренний мир. Мне нравится то, чем я занимаюсь. Во время войны я тоже фотографировал, только в окопах, а не в ателье. Я был глазами простого солдата, – и тут он остановился, взглянув на Люсю, которая внимательно вглядывалась в черты его лица, с замиранием сердца.
– Что – то не так?
– Я вспомнила, где вас видела.... Я...... вы.... когда подорвались, осколками вас изрешетило, снайпер ещё промахнулся и попал в вашу камеру, блики от нее сбили его с толку. Камера спасла вам жизнь… Помните?
– Оххх! Я мечтал вас увидеть с того дня, как очнулся! Мне рассказал доктор, что мой ангел – хранитель, хрупкая синеглазая девушка Люся! Вы спасли меня! Я обязан вам жизнью! Низкий поклон! Какая камера, полно – те вам, – и Володя горячо сжал ее руку в своей, а вторую осторожно достал из кармана. Правая рука была в чёрной кожаной перчатке,
– Это протез. Сначала думал – жизнь бессмысленна. Пил, извините за неуместную подробность. Одна знакомая помогла очень. Вы спасли, а она вернула к человеческой жизни. Да вы виделись с ней!
Растроганный Владимир прижал к себе смелую и одновременно такую чувственную, необыкновенную девушку. Она прижалась к нему всем телом. Им было хорошо вместе, весь мир вокруг них замер и исчез. Аромат цветущих каштанов витал в воздухе. Им не хотелось отрываться друг от друга, будто так они обменялись частичками своей души и соединились две половинки, блуждающие до этого по свету в поисках друг друга. Идиллию прервал гудок автомобиля. Шикарное авто, чёрная " чайка ", остановилась на проезжей части, напротив обнимающейся пары. Голос из окна задней дверцы машины, разрушил гармонию слившихся воедино сердец, бьющихся в унисон: – Вальдемар! Что я наблюдаю?! – визгливо вопрошала дама из авто.
Володя отстранился и, попросив прощения у Люси, оставил её в недоумении и подошёл к машине. Женщина распахнула дверцу. Люся сразу узнала женщину – ураган.
– Немедленно в машину. Дома поговорим! – скомандовала она.
Володя стоял, не шелохнувшись, гордо распрямившись, даже в темноте было видно, как ходят желваки на скулах – он с трудом сдерживал бушующие эмоции.
– Виолетта, ты следишь за мной? По какому праву? Я сбежавшая твоя собачонка или муж? Ранее ты соглашалась, что мы друзья и не иначе! Так? – и мужчина, взбешённый нелепостью ситуации, направился к обеспокоенной Люсе. Та не находила себе места, оказавшись в неоднозначном положении. Со стороны это смотрелось, как деревенская разборка жены и мужа, которого та застукала с другой. Люся хотела было бежать прочь, но что – то остановило её, ноги будто пригвоздили к мостовой, и девушка не могла шевельнуться. Неужели этот мужественный, уверенный в себе, замечательный человек женат на этой «визглявой грымзе» – проносились в голове Люси подобного рода мысли.
– Покорнейше прошу прощения за то, что вы стали свидетелем этой безобразной сцены. Виолетта иногда подменяет понятия на те, что ближе ей. Я вас обязан проводить – уже поздно! – и Володя взял Люсю под локоть и они поспешили закончить прерванное свидание не здесь, а в более приятном месте, там, где оно началось. Поймав такси, они доехали за 10 минут до общежития, до закрытия которого оставались считанные минуты, а баба Зина уже дежурила на крыльце. Очень уж она прониклась симпатией к этой отважной и неунывающей девчушке.
Володя на прощание заглянул в глаза, глубокие как океан и синие, как безоблачное украинское небо с надеждой, и тихо произнёс: