18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Алина Углицкая – В планах на будущее драконы не значатся! (страница 9)

18

Медальон на моей груди потеплел. Я скосила взгляд вниз и увидела слабое сияние, исходившее о чешуйки. Вильхард тоже смотрел на нее.

Или все же на мою грудь? На этот раз я была в платье со слишком смелым, как по мне декольте, хотя и траурным, если судить по цвету. Служанка, которая его принесла, сказала, что оно из моего гардероба, то есть Виктории. Но я сама такое в жизни бы не надела.

– Так кто ты? – послышался вкрадчивый голос, и горячее дыхание прошлось по моей щеке.

Я даже не заметила, как принц оказался опасно близко. Зато ощутила, как плавлюсь от его магнетизма.

Ну нет, второй раз этот фокус со мной не пройдет!

– Виктория! – заявила, отступая.

Прикрыла медальон раскрытой ладонью – и грудь заодно тоже прикрыла.

Глава 11

Жених тихо хмыкнул.

Его взгляд скользнул выше и обжег мои губы.

– Это мы еще выясним, – сухо заметил он, – когда к тебе вернется память. А если окажется, что ты солгала… последствий не избежать. Не только для тебя, но и для всей твоей семьи.

Я поежилась от его тона.

А ведь и правда, никто не знает, как дальше дело может пойти. Вдруг я не Виктория? Вдруг я Вирджиния, которая убила свою сестру, чтобы занять ее место? Нет-нет, не для того я лишилась собственной жизни, чтобы умереть здесь за чужие грехи еще раз!

Пусть папенька с маменькой сами играют в свои королевские игры. А я хочу жить. Желательно как можно дольше и без лишних потрясений.

– Тогда, наверное, вам стоит отменить помолвку, – пробормотала, еще дальше отодвигаясь от принца. – Думаю, так будет лучше для всех.

Он нахмурился.

– Это невозможно. Тебя выбрал Оракул.

– Я этого не помню.

– Как бы то ни было, он тебя выбрал и даровал мой Анхраван. Я не могу отменить помолвку, мы уже связаны.

– Неужели нет другого выхода? – я сделала умоляющий взгляд. – Ну раз такая ситуация… внештатная. Должна же быть инструкция на такой случай?

– Ее нет.

– А если спросить? У этого… оракула?

Он замер, чуть прищурившись.

– Пары, соединенные Оракулом, не разделяются. Анхраван это часть меня, которую он передал моей невесте. Даже если я разорву помолвку, это ничего не изменит. Я все равно продолжу тебя… чувствовать.

– А, так дело в этой штуке? – до меня наконец-то дошло. – Так вот, заберите!

Я рванула медальон с шеи. Но замочек, показавшийся хлипким, наотрез отказался открываться. Я отчаянно дергала за шнурок, а Вильхард внезапно расхохотался.

– Не старайся. Его не снять. Вы с сестрой обе мне подходили, обе прошли в финал отбора, как и еще три девушки. Но у меня были причины выбрать именно Викторию.

– Подождите, а как же жених? – я на секунду застыла, даже медальон перестала дергать. Кое-что не сходилось. – Родители сказали, у Вирджинии был жених. Откуда он взялся, если она тоже участвовала в вашем отборе невест?

Принц усмехнулся:

– Если бы я выбрал Вирджинию, то герцог Вальтарис женился бы на Виктории. Вы обе слишком ценные, чтобы просто так вас отпустить.

– И чем же мы так ценны? – нахмурилась я.

Странное дело, во время нашего разговора темные вихри вокруг Вильхарда окончательно покраснели и сейчас полыхали огнем.

– А вот это ты сама мне расскажешь. Когда вспомнишь.

Он подкрепил свои слова долгим взглядом.

– Но может все-таки…

– Нет. Я уже принял решение.

Ох, не нравится мне этот тон!

Появилось мерзкое чувство, будто мне выносят приговор. Но по сути так оно и было.

– Завтра, после похорон сестры, ты отправишься в академию Ровенгард.

– В академию? – я уставилась на него, думая, что ослышалась. – В смысле, там учатся?

– Да. Это самое защищенное место в Лионессе. Там ты будешь в безопасности. А заодно разовьешь свой дар. Ведь он, как вижу, все еще при тебе.

Я не поняла, о чем он, но на всякий случай кивнула:

– Л-ладно…

Спорить все равно бессмысленно. Никто не услышит. Тем более Вильхард выглядел очень довольным собой, а алые плети вокруг него, еще недавно дымчато-черные, сейчас золотились и рассыпались вокруг желтыми искрами.

Я смотрела в спину уходящему принцу и думала.

Садиться за парту никак не входило в мои планы. Я рассчитывала, что принц расторгнет помолвку, а с родителями я этот вопрос как-нибудь утрясу и после похорон “сестры” потихоньку исчезну.

А что, мир большой. Раз уж я попала сюда, значит буду искать свое место. Но где оно – мое место? Ведь у меня ни тела своего, ни прошлого больше нет. Так что – пусть пока будет так.

Кто знает, что ждет меня в той академии. По крайней мере, принц обещал защиту. Ну и неплохо бы изучить этот мир до того, как отправиться его покорять.

Глава 12

Тяжелые дубовые двери закрылись за принцем с глухим стуком, но напряжение в комнате не исчезло – будто алые искры Вильхарда, все еще висели в воздухе, обжигая кожу.

Я поднесла медальон к глазам.

Что за ерунда? Почему я не могу его снять?

Память ответила унылым молчанием. Но слова принца не давали покоя. Он сказал, что… чувствует меня. Из-за медальона. Значит ли это, что он знает, о чем я думаю?

От этой мысли по спине побежали мурашки.

Вспомнились слова доктора Вокса. Он нашел меня лежащей на полу, с медальоном, зажатым в руке. Значит, я, то есть настоящая владелица тела, все же сняла его. Но с себя или сестры? Вот в чем вопрос!

Нет, самая я ни до чего не додумаюсь. Мне нужна помощь. Только к кому обратиться?

Охрана! В коридоре точно кто-то есть, вот у него и спрошу.

Обрадованная гениальной идеей, я поспешила к выходу. Однако стоило мне открыть дверь, как тут же прозвучал грубый голос:

– Миледи, оставайтесь у себя в комнате!

– Да я еще и выйти никуда не успела! – раздраженно выдала я, глядя в суровое лицо усатого дядьки.

– Если вам что-то нужно, позовите служанку.

Дядька был явно недоволен тем, что ему приходится охранять какую-то пигалицу. Но отступать без боя я не собиралась.

– Да, нужно, но не служанка. Вот, – указала пальцем на медальон, – скажите, вы знаете, что это за штука? Как она работает?

Дядька изменился в лице.

Будь я у себя дома, то решила бы, что он вот-вот перекрестится и три раза плюнет через плечо. Но сомневаюсь, что тут известны подобные жесты. Охранник просто побледнел на секунду, потом глянул по сторонам, будто боялся, что нас услышат, и зашипел: