Алина Углицкая – В планах на будущее драконы не значатся! (страница 4)

– Как вы? – поинтересовался принц Вильхард без особого любопытства.

Чувствовалось, что он делает это ради приличия, а не потому что действительно беспокоится о невесте.

Его взгляд равнодушно скользнул по мне. Но в последний момент вдруг задержался. Принц смотрел на медальон, который поблескивал у меня на груди… Или на мою грудь?

Левая бровь принца приподнялась. Я последила за его взглядом. Да нет, там все прилично. В этой ночнушке я как в скафандре.

Рядом громко сглотнул доктор Вокс.

– Бывало и лучше, – ответила я, прикрывая рукой медальон. – А вы как?

Вырвалось спонтанно. Выгнутая бровь принца поднялась еще выше. Я восхитилась. Мне бы так!

– Неплохо.

– Ваше высочество, леди Бернс пережила потрясение… – начал доктор.

– Выйдите. Я задам леди несколько вопросов, – оборвал мой жених.

Тон принца не оставлял места для маневра. Это был приказ.

– Да, ваше высочество…

Доктор Вокс двинулся к выходу, бросая на меня предупреждающие взгляды. А я напряглась. Жених вызывал у меня безотчетный страх. Так боишься прыжка в незнакомую воду, высоты или темноты. Умом понимаешь, что ничего с тобой не случится, но инстинкты не обмануть.

Меньше всего я хотела остаться с ним наедине.

Вильхард стоял спиной к выходу и смотрел на меня, пока за доктором не захлопнулась дверь. Только тогда он двинулся с места. Взял стул у окна и вернулся ко мне. Сел, положив ногу на ногу, и вновь впился в меня странным, нечитаемым взглядом.

Мое сердце беспокойно задергалось.

По лицу принца невозможно было прочитать ни его чувства, ни мысли. Однако его глаза не давали покоя. Антрацитово-черная радужка и алый вертикальный зрачок. То, что Вильхард не человек – я уже догадалась. Но кто же он? Что это за инфернальное чудище с внешностью падшего ангела? И почему мне кажется, что дневной свет вокруг него будто гаснет?

– Как вы? – спросил он тем же безразличным тоном. – На самом деле.

Пугающий взгляд скользнул по моему телу. Я покосилась на закрытую дверь.

Принц по-своему расценил этот жест:

– Если вы беспокоитесь о своей репутации, то у вас нет на это причины. Горничные подтвердят, что вашей чести ничего не угрожает.

Ох, а я про них чуть не забыла. Они ж почти слились с мебелью! Кажется, даже не дышат.

– Благодарю, – пробормотала, чувствуя себя глупо.

Я ощущала себя нашкодившей первоклашкой. Вероятно, от несоответствия того, что видели мои глаза и того, что я ощущала.

Мужчина перед мной выглядел молодым. Лет двадцать пять- двадцать семь – не больше. Но стоило отвести внимание от его внешности – и я понимала, что он намного старше меня. Старше, мудрее, сильнее, опаснее. Каждый его жест, поза, осанка, даже тон голоса говорили о мощи и власти. А пристальный взгляд нервировал.

– Так что произошло вчера?

Я сильнее стиснула медальон. Надеюсь, он не заметит, что мои пальцы дрожат.

– Ничего не помню, – ответила, не соврав.

– С какого момента не помните?

Пока я подыскивала подходящий ответ, он сам подсказал:

– Бал помните? Финал отбора невест? А тот момент, когда я вручил вам Анхраван?

Вильхард кивнул на мою грудь. Медальон в руке тут же нагрелся. Причем так неожиданно, что я охнула и выпустила его.

Чешуйка сияла!

Глава 5

Вильхард не двинулся с места. Однако его зрачки расширились, затопив радужку. Глаза вспыхнули алым.

– Что с вами? – спросил он, опуская веки и гася это пламя.

– Я, кажется, еще не пришла в себя, – попыталась оправдаться.

– Мне доложили, что вчера вы поссорились сестрой, – продолжил принц.

Я сочла за лучшее не встречаться с ним взглядом.

– Простите, но этого я тоже не помню. Доктор сказал, что меня опоили ядом, который влияет на память. Похоже, яд был очень сильным, потому что я вообще ничего не помню, кроме… коме того, что меня зовут Виктория Бернс.

Решение пришло само. Ведь выбора мне по сути не дали. Я уже поняла, что со мной случилось нечто невероятное. Нечто такое, во что никто не поверит. Да я бы и сама не поверила, скажи кто, что меня занесло в другой мир. Однако…

Однако я не могла спорить с собственными ощущениями. А они говорили, что я изменилась, и мир вокруг изменился.

Сейчас я не помнила ни собственного прошлого, ни прошлого девушки, в тело которой попала. Самое правильное в такой ситуации это затаиться и изучить, куда меня занесло. И молиться, чтобы память вернулась.

Поэтому я назвалась чужим именем.

– Ясно, – произнес Вильхард со странными нотками. – Что ж, это уже кое-что. Поскольку вы будущий член королевской семьи, вашим делом уже занимается департамент по особо важным делам. Надеюсь, там быстро выяснят, каким именно ядом вас опоили и как можно снять его действие.

Казалось, он не особо рад видеть свою невесту.

Но почему? Разве он не сам выбрал ее из “ста лучших девушек королевства”?

Принц смотрел так, будто ждал, что я начну задавать вопросы. Но я боялась выдать себя и потому сказала единственное, подходящее в такой ситуации:

– Они же найдут убийцу моей сестры?

Для вящей убедительности даже руки к груди прижала.

– Убийцу?

Он прищурился. Между ресниц полыхнул алый взгляд.

– Ну да… ее же убили?

– Доподлинно это еще неизвестно. Мы только знаем, что она выпала из окна. Может, это был несчастный случай. С чего вы взяли, что ее кто-то убил?

Я растерялась.

– Но доктор… Он сказал, что ее вытолкнули.

– Он там не был и не может ничего утверждать. Все это лишь домыслы.

Ага, домыслы. А чего ж ты так смотришь, будто подозреваешь меня во всех смертных грехах?

Холодок, который я ощутила в присутствии принца, начал усиливаться. То ли Вильхард не верил, что я его невеста, то ли верил, но относился к невесте прохладно…

Я не могла понять его чувства. Но одно уяснила сразу, едва он вошел: с ним нужно держать ухо востро. Это не принц из сказок. Это очень опасный тип.

– Ладно, оставим пока эту тему, – продолжил он. – Я сочувствую вашей утрате. Вы с сестрой были очень близки?

В вопросе чувствовался подвох. Похоже, Вильхард знал об отношениях сестер больше, чем говорил. Однако у меня было идеальное оправдание:

– Этого я тоже не помню. Простите…

Мне удалось даже выжать слезу. Я ощутила, как она дрожит на ресницах, и заморгала часто-частно, морща при этом нос. Но лучше бы я сдержалась!

Слеза едва успела упасть – как принц оказался возле кровати и замер, склонившись надо мной.