Алина Смирнова – Анхорн. Цифровые Боги: Северные Королевства Предела (страница 8)

– Поднимись в храм через пять минут. – Стрелок обернулся в надежде увидеть внимательные кристальные глаза перед собой, но голографическая фигура сетевой версии Арбитра исчезла.

Он выдохнул воздух из лёгких и глубоко вдохнул, надеясь тем самым побороть не проходившую уже длительное время хандру, ощущение непроходящей беспомощности.

«Не дело так себя вести. Надо собрать свои лирианские мозги в кучу и начинать осознавать, как сильно мы встряли, и что-то с этим делать. Мы сражаемся… Боги за нас ещё сражаются, не время прохлаждаться, Варрус», – он тряхнул головой.

Вновь осмотрев карту звёздных систем Предела, размеченную алыми значками «захватчики», стрелок зашагал прочь.

Лифт привёз его в пустой храм на четвёртую палубу «Горизонта» в полной тишине и необъяснимой тревоге. Он не мог войти в храм без специальных скриптов, Арбитр хранила их в оперативной памяти наручного ингиметра, но, когда он приблизился к гермодверям, они открылись. Тяжёлые створки, пропуская изнутри тусклый свет, разъехались в стороны. В центре комнаты стояла Арбитр. Такая же, какой появилась на коронации Стикса. Будто настоящей. Словно это и правда была она. Его Богиня, а не её квантовая копия. Варрус плохо знал детали и не был уверен до конца, что и как работает в этом новом способе перемещения цифровых Богов. Ему просто хотелось с ней поговорить, пока «Горизонт» не прыгнул навстречу, возможно, последней их миссии в качестве охотников Анхорн.

– Будто настоящая, – заметил он хмуро.

– Я и есть настоящая.

– На коронации вы нас всех порядком удивили своим появлением, до сих пор верится с трудом, – стрелок, преодолевая тревогу, неуверенно сделал ещё один шаг в центр храма.

А створки гермодверей захлопнулись позади него, сбивая весь настрой пугливым звоном и блеском внутрикорабельной системы оповещения и контроля.

– Квантовое проецирование.

– Какие затейливые слова для уха солдата. Как оно работает?

– Это я, Вар. Всё хорошо, – успокоила Посланница.

– Точно? – с недоверием переспросил он, снова сокращая дистанцию между ними и неспешно вырастая за недвижимой фигурой, почти вплотную касаясь асимметричной накидки.

– Сто процентов, хотя всё и не совсем так классно, как звучит. Эта копия сжирает большой объём оперативки Хранителя, долго не работает и очень ограничена в ресурсах.

– Годится только для выездных представлений? – отшутившись, уточнил лирианец.

– Можно и так сказать.

Только сейчас она повернулась корпусом и подняла на стрелка синтетические глаза, в них плескалась цифровая вечность. Ныне сломленная, разбитая, почти уничтоженная, но до сих пор живая, по-прежнему прекрасная. Необъяснимо бесконечный источник знаний, мощи и технологий цифровых Богов, распаянный внутри плат и схем на их процессорах, запечатлённый в сотнях временных фрагментов, раскиданных по киберполотну Предела, постепенно утрачивал контроль над всё большим и большим числом свободных сегментов. И всё же Лабиринт пока не пал, он сопротивлялся враждебному коду, запущенному в его архитектуру сошедшим с ума Богом творения и времени. Защищаясь и сражаясь, противясь возникшей угрозе, как лейкоциты с фагоцитами живых боролись бы с болезнью тела. Лабиринт не сдался, Арбитр не сдалась. Её интегральный, деятельный разум требовал действовать. И стрелок, до сего момента словивший дикий приступ хандры и отчаяния, наконец-то ожил в глубине кристальных глаз. Надежда не умерла, она стояла перед ним, готовая сражаться до последнего за Предел. Его тоска, томимая мгновением этой встречи, не прощаясь, ушла, не закрывая дверь. Она вернётся, но только не сейчас.

Варрус на мгновение замялся, ему требовалась недюжинная решимость, чтобы сказать следующее:

– Ты отлично выглядишь. Ну, в смысле, как обычно, да! – это была попытка романтизировать момент, так нужная ему и так, похоже, неуместная и непонятная Посланнице.

Под золотой маской сейчас, по предсказуемой вероятности, скрывалось абсолютное недоумение. Арбитр смотрела на старпома без слов и движения, словно статуя.

– Головой ударился?

Выправка солдата положение спасла, и лирианец не смутился подобной реакции.

– Нет. Понимаешь, люди обычно, находясь в отношениях, говорят партнёру комплименты, – лёгкая нервозность всё же растеклась по телу. Как же сложно. Что живым покажется обыденным, машины сочтут за нонсенс, нагло искажающий заранее заведённую системность. Но лирианца так просто не возьмёшь. Хотя справедливости ради стоило сказать, что опыта в любовных делах у него наберётся едва ли больше, чем у Нигири. Чьей единственной отрадой души по жизни была только наука. – Хм… Ради поддержки, внимания, выражения любви, – всё же запнувшись, объяснил лирианец.

– Так я всегда идеальна. Я же робот.

Варрус уставился на неё в недоумении, пытаясь перевести сказанное с машинного на язык простых смертных.

– Это была шутка, если что.

– Ой, всё! – вспылил стрелок. – Ты ничего не смыслишь в комплиментах.

Первая попытка социализации, похоже, с треском провалилась. Арбитр подошла ближе:

– Прости. Я существую слишком долго. Всё это я уже слышала не раз от мнимых благодетелей всех рас и видов, желавших моего внимания, Благословения.

– А, так проблема тогда в подаче. Понял, принял. Исправимся, – он улыбнулся, воодушевляясь подобным объяснением.

– Удиви меня, – в сказанных словах зазвучала мечтательная искренность.

Стрелок кивнул. Теперь всё было хорошо, за исключением предстоящего визита на Аштан. За этим диалогом он почти о нём забыл. Арбитр придвинулась ещё ближе, сокращая расстояние между ними до пикового минимума.

– Пожалуйста, будь осторожен, – пальцами правой руки, сложенными в кулак, она потянулась к его нагрудной пластине и несколько раз стукнула по ней, едва-едва касаясь брони. Вновь выполняя древний и очень личный ритуал напутствия охотников Анхорн.

Варрус был готов расплавиться и раствориться. Тревога отступила, его мучили страхи за будущее команды, за их будущее с Арбитром, за будущее всего Предела. Его беспокоили эти давящие, зудящие провалы в памяти. Без шанса на восстановление. Он помнил про данное Посланницей обещание, но смотрел на вещи реально. Возвратить утерянное было невозможно. Его воспоминания поглотила цифровая вечность, а сейчас ей было плохо, она сопротивлялась разрушению.

«Так, может, ей нужнее? Пусть забирает», – меланхолично подумал стрелок, глядя в кристально-позитронные глаза своей Богини. Теперь он был готов, пожалуй, отправиться на Аштан.

– Буду, обещаю.

– Хорошо. А, да… забыла сказать. В качестве поддержки вашей легенды я пару месяцев назад отправила на Галапрайм своего дипломата… по возможности заберите его на «Горизонт», – внезапно изменившись, сломав всю тишину и красоту момента, добавила Арбитр.

– По возможности? А можно хоть немного вводных данных? Что, куда… откуда? – осознав упущенный момент, стрелок рассыпался в вопросах.

«Не понимаешь что-то в приказе… будь добр, уточни, переспроси, собери всю доступную информацию. Непонимание процесса не освобождает от огрехов ответственности, а в худшем случае накидывает ещё больше, да ещё и с тумаками», – Варрус выучил эту простую истину в путешествиях с Арбитром довольно быстро. Не спросил – твои проблемы. Спросил – тоже твои, но уже не настолько болезненные.

– Я вышлю дополнительную информацию позже через внутреннюю сеть Анхорн, – договорив, квантовая копия Арбитра на глазах стрелка стала превращаться в крошечные кристаллы света и распадаться, исчезая без остатка.

Прощаться красиво она никогда не умела. Стрелок вздохнул. Понятно, что ничего не понятно. Не в первый раз, но всё равно обидно. И что-то было в этом «позже», что Варрус разобрал как цифровое отрицание. Неприятие, и весьма неприятное, что может не понравиться ему… стрелку из будущего на Аштане. Он это знал, но всё равно ей доверял. Он был солдатом, охотником Анхорн, и Путь призывным горном звал его на поле боя.

***

Механик

Механик был сломлен – и ощущал всю глубину надлома последними сегментами оперативной памяти, что принадлежали лишь ему одному. Не альфа-мимику18[1] внутри него, не протоколу Неизбежности19[2]. Там, в маленьких ячейках размером в несколько свободных терабайт, оставалось ещё немного данных, что когда-то были им. Механиком. Посланником Творца, дарящим время, технологии, развитие. Он пока был собой, но эти базы данных умирали, протокол за протоколом уничтожались, стираясь в каждом поражённом кластере, трансформируясь в нечто невообразимо новое. Несуществующее ранее… знамение конца миров. И обновлённого себя Посланник узнавал с трудом.

– Ответ-проверка – образец 394, запустить диагностику… – прошептал Механик в полутьму, разгоняемую едва-едва уловимым неоновым светом от подвесных диодов, активируя голосом внутреннее сканирование систем управления.

– Сканирование запущено, время отклика 2,3 секунды. Мастер Глен, мои модули контроля и диагностики работают со сбоями, фиксирую множественные аномалии, – из той же темноты отозвался сдавленный женский голос.

– Система, включить дополнительные диоды освещения, – отдал Механик второй приказ, обращённый на этот раз к корабельной системе ИИ.

Он отключил от центра управления основной кластер Миры, теперь процессор корабля мог выполнять команды создателя без помощи девушки-андроида, что выступала своеобразным связующим мостом между двумя основными ядрами. Оба ядра и есть Мира, просто одно составляло разум андроида, а второе – ИИ «Затмения».