Алина Мельникова – Не вторая (страница 1)
Алина Мельникова
Не вторая
Глава 1. Номер, которого нет
В ту ночь в четыреста двенадцатом умер не человек.
Умерла наша безупречная репутация — и у меня было ровно семь минут, чтобы её воскресить.
— Гость требует полицию, — сказала Соня, догоняя меня у служебного лифта. — И жену. В смысле, свою. Хотя я бы на его месте выбирала что-то одно.
Она протянула мне планшет. На экране дрожало лицо ночного администратора, а за ним метался мужчина в распахнутом белом халате. Из тех мужчин, чьё имя произносят вместе с должностью, даже если он стоит босиком.
Глеб Сергеевич Нестеров. Девелопер, депутат краевого собрания, постоянный гость. В отель он заселился с женой. В номер поднялся с другой женщиной. А через сорок минут обнаружил, что из сейфа исчезли часы стоимостью с однокомнатную квартиру в Сочи — не у моря, конечно. У моря за такие деньги можно было купить только надежду.
— Камеры? — спросила я.
— Уже смотрят.
— Кто имеет доступ?
— Начальник смены, безопасник и… — Соня покосилась на меня. — Ты.
Двери лифта разошлись. В зеркальной стене я увидела тридцатилетнюю женщину, которая выглядела так, будто родилась в тёмно-синем костюме и никогда не снимала бейдж. Тёмно-русые волосы вились у лица и ложились кудрявым каре до подбородка. Загорелая кожа, ясные голубые глаза, белые зубы — внешность девушки, которой легко было бы жить улыбкой, если бы она не привыкла жить умом. Спина прямая. Только красная полоска на запястье выдавала, как сильно я сжимала резинку для волос по дороге.
— Жена где?
— В спа-корпусе. Массаж до полуночи. Если повезёт, ещё ничего не знает.
— Нам никогда не везёт, Соня. Мы просто быстро работаем.
На четвёртом этаже пахло лилиями и озоном после уборки. Ковёр глушил шаги, но не голос Нестерова.
— Я закрою эту богадельню! Вы понимаете, кто я?
Этот вопрос богатые люди задавали чаще, чем называли фамилию. Как будто боялись, что без постоянного подтверждения перестанут существовать.
У двери номера стояли начальник охраны Руденко и бледная администратор Лена. Девушка в серебристом платье сидела в кресле у окна, обхватив себя руками. Ей было лет двадцать пять. Макияж потёк, одна босоножка лежала возле кровати, вторая — у мини-бара.
Никто не умер. Уже хорошо.
Пока.
— Глеб Сергеевич, меня зовут Арина Лаврова, я представляю владельца отеля. С этого момента вопрос веду я.
— А владелец где?
— В дороге.
Я соврала спокойно. Елисей Воронцов был дома, в Хосте, и, вероятно, спал рядом с женой. Но гостю нужен был не факт, а иерархия. Я дала ему понять: выше меня сейчас только человек, которого будить не будут.
— У меня украли часы, — Нестеров ткнул пальцем в сторону открытого сейфа. — Здесь была женщина. Я требую вызвать полицию и показать записи.
Девушка у окна вскинула голову.
— Я ничего не брала.
— Помолчи, Кристина.
Она сжалась. Я слишком хорошо знала это движение: стать меньше, чтобы чужой гнев прошёл над головой.
— Полицию мы вызовем по вашему первому требованию, — сказала я. — Но тогда в протокол попадут все обстоятельства. Время входа, выхода, личности гостей, записи коридора. Копии получат участники проверки.
Он посмотрел на меня уже внимательнее.
— Вы мне угрожаете?
— Я перечисляю процедуру.
За моей спиной тихо выдохнула Соня.
Нестеров подошёл ближе. От него пахло виски, дорогим гелем для душа и паникой.
— У вас семь минут, — сказал он. — Потом я звоню куда следует.
— Мне хватит пяти.
Это была вторая ложь за вечер.
В комнате охраны пять мониторов показывали разные версии спокойствия. Пустой холл, лифты, парковка под белыми фонарями, коридоры, где люди шли к своим тайнам, не зная, что тайны записываются в разрешении 4К.
Руденко открыл нужный фрагмент.
23:07. Нестеров и девушка входят в номер.
23:19. В коридоре появляется официант с тележкой. Стучит. Дверь открывается. Тележка въезжает.
23:26. Официант выходит.
23:41. Из служебной двери напротив появляется горничная.
— Стоп, — сказала я.
Картинка замерла. Горничная стояла боком, лица не видно. На форме — белая полоса плеча.
— У нас ночная уборка в серой форме.
— Эта не наша, — подтвердил Руденко.
— Увеличь.
На руке женщины блеснул браслет. Она постучала в четыреста десятый, подождала, потом повернулась к камере. Лицо было знакомым.
Кристина.
Та же девушка, которая сейчас сидела в номере. Только на записи она была в форме горничной, а спустя двадцать минут вошла к Нестерову уже через лифт — в серебристом платье.
— Запись за час до этого, — попросила я.
Руденко мотнул головой.
— Фрагмент удалён.
— Кем?
Он помолчал.
— Учётной записью владельца.
В комнате стало слышно, как гудит сервер.
У Елисея был доступ ко всем камерам. Формально — для контроля безопасности. Фактически он почти никогда им не пользовался. Кроме него, пароль знала я.
Точнее, я была уверена, что только я.
Телефон завибрировал в кармане. На экране высветилось: **Елисей Андреевич**.
Я ответила не сразу.
— Да.