Алина Лис – Магазинчик на улице Грёз (страница 41)
Глава 29. Слабость всегда лжёт
Пресветлая Катрин не была религиозна. Если высшие силы и существовали, им определенно не было дела до песнопений и ритуалов. Нет, она служила Храму совсем по другой причине.
Власть.
Деньги.
Свобода, как ни странно это звучит, когда речь заходит о монашестве.
В храм Катрин (когда-то давно и в прошлой жизни Альбертина Бауэр) пошла по собственному желанию. Не так уж много вариантов для умной девочки из обедневшего дворянского рода, у которой нет ни титула, ни приданого, ни сильного магического дара. Только рядовая внешность и неординарные амбиции.
С тем же холодным расчетом юная монашка карабкалась вверх. Лгала. Втиралась в доверие. Интриговала. Все, чтобы попасть во внутренний круг посвященных.
Нет, Катрин не была от природы жестокой, не творила подлостей ради подлости. Она просто цинично и трезво смотрела на мир. И очень любила побеждать. К своим тридцати трем Катрин приняла посвящение старшей жрицы и неформально была правой рукой настоятельницы пусть провинциального, но очень богатого и влиятельного монастыря. Чтобы шагнуть выше в ее возрасте требовались больше, чем просто усердный шпионаж и грамотная работа с богобоязненными курицами.
Например, узнать проклятье, повелевающее драконами.
Тайны покойного чернокнижника уже сотню лет будоражили умы местных иерархов. Но проявлять слишком активный интерес к особняку - это привлечь внимание короны. Нет, крылатое, неуязвимое, дышащее огнем оружие должно попасть в правильные руки!
За сто лет храм трижды пытался завладеть заклятьем. Путем человеческих жертв удалось вывезти из особняка записи покойного - они оказались скудными и скучными - счета, бытовые заметки, алхимические рецепты. Ни слова о драконах.
Очевидно, что где-то в доме находился тайник, содержащий полный архив. В том числе заветное заклинание. Но секрет надежно стерег озлобленный и не утративший магической силы покойник.
Вот и сложилось, что мечта о власти над драконами передавалась в храме по наследству, вместе с саном. Так длилось больше сотни лет, пока очередной “невестой моря” не стала никому не известная Даяна Кови.
Катрин поняла - это шанс. И она его не упустит.
Что неупокоенный чернокнижник никуда не делся, монашка поняла еще в первый день. Повезло подслушать его разговор с новой хозяйкой дома.
Обыскивать особняк, когда за ним присматривает могущественный и недобрый дух - просто безумие. Но был куш слишком хорош, чтобы сдаться без боя. А Катрин слишком любила побеждать.
Судя по разговору, мессер пребывал в здравом уме и помнил прошлую жизнь. Но не горел желанием общаться ни с кем, кроме Даяны.
Интересно. Нужно присмотреться к этой девице. Узнать ее поближе, подружиться. Понять, чем она зацепила призрака…
И Катрин осталась. Смотреть, слушать, делать выводы.
Она наведалась в местный приход и расспросила священника о своей подопечной, маскируя интерес вполне невинной заботой, но ни клирик, ни другие “феечки” не смогли сообщить ничего интересно. Даяна была дикаркой, верила в каких-то своих богов. По словам бывших товарок, она была скучной и жалкой - постоянно лила слезы или ходила обкуренной. Многие до сих пор отказывались верить, что девица, которая взбаламутила весь город, их Даяна-плакуша.
- Кто же знал, что она такая! Целый год притворялась овцой, - с завистью и восторгом тянула немного вульгарная блондинка. И мечтательно вздыхала, поводя внушительной грудью. - А мужика какого отхватила!
Катрин не стала разубеждать девицу насчет “мужика”, тем более что та была не так уж неправа. Лорда Фицбрука Даяна зацепила крепко. Тем смешнее, что сама девушка в упор не замечала явного мужского интереса со стороны опекуна.
Продажная девка, которая не разбирается в мужчинах?! Обхохочешься!
Но на этом странности подопечной не заканчивались. Даяна целыми днями пропадала в лаборатории, корпя над документами. Принесенный Катрин чай и бутерброды принимала с благодарностью и снова утыкалась в бумаги. В ответ на осторожные расспросы буркала что-то про патент, но в детали не вдавалась.
Она была мила, доброжелательна, но совершенно самодостаточна. Не нуждалась ни в ободрении, ни в моральной поддержке. А Катрин опасалась быть слишком назойливой, чтобы не спугнуть. Вкрадчиво и осторожно, шаг за шагом она показывала, что может быть хорошим помощником, что заслуживает доверия. Поддерживала, подыгрывала, давала мудрые советы. Становилась из навязанной обузы другом и правой рукой.
Даяна - ключ к упрямому мессеру Тайбергу, который знает секрет власти над драконами.
***
По мере того, как клерк изучает поданные бумаги, его лицо все больше вытягивается. Я стараюсь не показывать эмоций, но внутри злорадствую. Всего пять дней назад этот же тип, с ухмылкой заявил, что изобретательство женщинам не дано от рождения, и не стоит забивать свою хорошенькую головку скучными мужскими делами.
Наконец, он заканчивает изучение бумаг и поднимает взгляд на Фицбрука.
- Это ваших рук дело?
- Первый раз вижу, - честно признается инквизитор. - А что там?
- Сам не пойму, - немного обиженно бормочет чиновник.
Я пожимаю плечами.
- В описании указано. Футляр для губной помады.
- А-а-а… - на лицо чиновника возвращается знакомая снисходительная усмешка. - Дамские безделушки…
Но осознание мужского превосходства изрядно приправлено растерянностью.
После уплаты небольшой пошлины я становлюсь гордой обладательницей патента. И мы отправляемся в ремесленный квартал.
С промышленностью в Эндалии все неоднозначно. Я бы сказала, что страна в процессе затянувшейся индустриальной революции. Львиная доля производства принадлежит небольшим семейным предприятиям. Существуют и мануфактуры с наемными работниками, но на них все еще слишком мало машин и почти нет разделения труда. Что характерно: никакого упоминания о паровых котлах или электричестве я так и не встретила, все машины работают на магической тяге. Соответственно для их создания нужны маги, причем не абы какие, а маги узкой специализации - артефакторы со знаниями в области механики.
Прогресс не остановить. На северо-востоке страны уже дымят крупные фабрики и заводы, намекая, что мир совсем скоро изменится и очень сильно. Но это в будущем. А пока в торговом Арсе главенствует кустарное производство. И пусть первые три жестянщика шарахаются от моего чертежа, четвертый, почесав затылок, берется за работу.
А вот дальше начинаются проблемы.
В роскошный магазин эльфийской косметики я захожу одна, оставив опекуна на улице наслаждаться сигарой. Колокольчик над дверью звякает, привлекая внимание продавщицы. Я широко улыбаюсь ей и наталкиваюсь на презрительный взгляд.
- Добрый день.
- Добрый, - цедит поразительно нелюбезная для такого элитного места продавщица.
- Мое имя - леди Даяна Эгмонт.
- Знаю я какая ты леди, - фыркает мадам за стойкой.
- Что?
- Иди отсюда. У нас тут приличное заведение, не для таких как ты.
- Сомневаюсь, что можно назвать “приличным” магазин, где с покупателями разговаривают подобным образом, - цежу я холодно. Разворачиваюсь и ухожу.
Уже оказавшись на улице смаргиваю слезы. Только не реветь, Диана! Не смей! Тебе же плевать на мнение напыщенных идиотов!
Но почему так больно и обидно?
Делаю несколько глубоких вдохов, отгоняя дурацкую жалость к себе, натягиваю улыбку. И возвращаюсь к Фицбруку.
Он тушит сигару и хмурится.
- Что случилось?
- Ничего… просто не получилось пристроить товар.
- Врешь. У тебя такое лицо, как будто тебя ударили.
Коротко и сухо пересказываю свой диалог с продавщицей. Рой темнеет лицом и делает шаг в сторону магазина.
- Я поговорю с ней.
- Не надо!
Куда там! Тормозить инквизитора, когда он собрался вершить справедливость, все равно что тормозить разъяренного носорога.
- Пожалуйста, милорд! Вы сделаете только хуже.
Он останавливается.
- Почему?
- Потому что мне жить в этом городе, среди этих людей! Если я хочу продавать, нужно уважение, а не страх… - тяжело вздыхаю. - Хотя, если остальные видят во мне бывшую бордельную девку, все бесполезно…
Руки опускаются и впервые за все время в этом мире я начинаю сомневаться в себе и в будущем.