Альфред Хичкок – Музей Монстров (страница 30)
– Я хочу видеть своего адвоката, – вот и все, что он сказал мне в ответ.
– Ты увидишь своего адвоката, – весело заверил его Спейд. – Завтра или послезавтра. А сейчас ты поедешь к нам в участок и посидишь несколько часов под парочкой горячих ламп.
– Нет, лейтенант! – вмешалась Хейзл.
– Что? Почему нет, мисс Дорн?
– Не сажайте его под лампы. Лучше заприте в темный чулан!
– В чулан? Почему в чу. Девочка! Да ты просто умница!
Они воспользовались чуланом для швабр. Парня хватило на полчаса, потом он захныкал, а потом начал кричать, Они его выпустили и выслушали чистосердечное признание.
Когда Джека уводили, мне было его почти жаль. А впрочем, чего жалеть? Ему грозил только допрос второй степени, и клянусь, никто бы не доказал преднамеренного убийства. А теперь лучшим выходом для него была «невиновность по причине невменяемости». Какой бы он ни была его вина, Джека довела до убийства сама Эстелла. И только представьте, какое самообладание имел этот парень. Какая колоссальная выдержка потребовалась ему, чтобы осветить кровавую сцену после того, как он поднял взгляд и заметил в дверях двух полицейских!
Я второй раз отвез Хейзл домой. Кровать по-прежнему была разложена и, сбросив на ходу туфли, девушка направилась прямо к ней. Расстегнула молнию на боку платья, начала стаскивать его через голову и вдруг остановилась.
– Эдди!
– Да, красавица?
– Если я опять разденусь, ты не обвинишь меня в новом преступлении?
Я задумался.
– Все зависит от того, кем ты заинтересовалась – мной или агентом, о котором я говорил.
Она улыбнулась, схватила туфельку и бросила в меня.
– Конечно тобой! Только не очень задавайся.
И она разделась до конца. А немного погодя, и я начал развязывать шнурки.
Нужные люди в нужном месте
Анжелика Джонс подрулила к служебному входу и остановилась в трех метрах от дверей, освободив на всякий случай пространство для тех машин, которые оказывали неотложную помощь. Сжав руками рулевое колесо, она откинулась на спинку кресла и сделала глубокий вдох. В районе плеч и позвоночника чувствовалась тяжесть. Она чертовски устала.
Прошло полсмены, но вызовы следовали один за другим – ножевое ранение, сломанная нога, сердечный приступ, аппендицит, две аварии и тяжелый ожог на пожаре. Это было многовато даже для такого большого города. Ей все время приходилось оказывать первую медицинскую помощь, а затем мчаться по улицам города в ближайший госпиталь. Весь день Анжелике хотелось чего-нибудь мирного – без кода «три», без сломанных костей и крови. И казалось, Бог услышал ее – им поручили транспортировку больного из травматологического центра в одну из частных клиник. Просто сладкая поездка.
Она сняла с панели микрофон и сообщила в диспетчерскую, что машина номер семь подъехала к госпиталю в 22:23. Через открытое окно в кабину врывался прохладный ветерок. Бобби Манрой, выкатив носилки, ожидал ее позади машины. Он тоже выглядел усталыми. Еще бы, подумала Анжелика. Трудно сказать, что легче – сидеть за рулем или присматривать за больными в салоне.
Конечно, этот парень знал свое дело. Она не сомневалась в его профессиональной пригодности, но, как партнер, Бобби не заслуживал ее доверия. Он казался ей слишком медлительным. Бобби все время тянулся к справочникам, а на улицах города для этого не было времени. Он действовал безупречно, когда она говорила ему: «Наложи шину» или «Быстрее, укол!». Но партнер – это человек, которому доверяешь целиком и полностью. Это человек, который может импровизировать и приспосабливаться к обстоятельствам.
А, может быть, она судила его слишком строго? Ведь ей тоже доводилось быть когда-то новичком. Опыт приходит с годами. Но у нее не было в запасе такого времени. Через три дня ей предстояло написать отчет о предварительной проверке Бобби и высказать свое мнение начальнику смены. А она до сих пор сомневалась в том, что хочет себе такого партнера.
Двери госпиталя автоматически открылись. Из-за стойки приподнялись головы сестер. Увидев пустые носилки, они снова скрылись за барьером, чтобы вернуться к веселой болтовне и анекдотам про забывчивых докторов.
Завернув за пару углов, Анжелика и Бобби закатили носилки в служебный лифт и поднялись на пятый этаж, где их снова встретили взгляды усталых сестер. У двери с табличкой «Д. Уинфильд» Анжелика сверилась с бланком. Какая-то шишка, подумала она. В комнате возле пациентки находились доктор, сестра, большой пожилой мужчина и маленький джентльмен в деловом костюме. Анжелика обратилась к доктору:
– Это вы заказывали транспорт в клинику Спенсера?
– Да, – ответила сестра.
Она носила белый халат – белый, а не зеленый. Таких сестер нанимали за большие деньги. Доктор, какой-то незнакомый семейный врач, сказал, что они поедут вместе с пациенткой. Да, здесь пахло большими деньгами. Анжелика снова посмотрела на бланк.
– Мисс Доминик Уинфильд? – на всякий случай спросила она.
– Все верно, – повторила сестра.
Доминик Уинфильд. Дочь миллионера! Ей было около двадцати. Руки и ноги в гипсе. Капельница. Без сознания. Похоже, последствия автомобильной аварии.
– Довольно болтать, – проворчал доктор. – Давайте сюда носилки.
Его тон вызвал у Анжелики раздражение. Ей не нравились люди с таким отвратительным характером.
– Один из вас поедет впереди, в водительской кабине, – сказала она. – И раз уж вы отправляетесь с нами, доктор, пациентка будет на вашей совести.
– Конечно, – ответил тот.
Когда девушку положили на носилки, она застонала и на миг открыла глаза. В них застыл испуг. Впрочем, Анжелика сомневалась в том, что пациентка помнила момент аварии. Должно быть ей вкололи какое-то сильное успокоительное. Они снова покатили носилки по коридорам, и их парад вызвал новую серию усталых взглядов и вежливых кивков. К тому времени на улице стемнело. У дверей стояла еще одна машина. Бобби и коротышка в деловом костюме закрепили носилки в салоне. Доктор ударился головой о потолок и раздраженно выругался. Анжелика удовлетворенно улыбнулась.
– Я за рулем, – сказала она Бобби.
Тот кивнул и сел на скамью у носилок. Рядом с ним устроились доктор и сестра. Пожилой мужчина занял откидное сидение, а молодой человек отправился в кабину. Выехав за ворота госпиталя, Анжелика включила микрофон и передала в диспетчерскую следующее сообщение:
– Центральная, седьмая машина, 10–17, к клинике Спенсера.
Коротышка забеспокоился и спросил, что означает 1017. Анжелика ответила, что это код маршрута. Мужчина явно нервничал и все время озирался по сторонам – то на улицу, то на нее, то в окошко салона. Впрочем, это часто происходит с людьми, которые попадают в машину скорой помощи.
Анжелика остановились на красный свет. Коротышка взглянул на название улицы и, повернувшись к доктору, сказал:
– Угол Колледж-стрит и проспекта Александер.
– Хорошо, – ответил тот. – Водитель, поверните направо.
Анжелика с удивлением посмотрела в зеркало заднего обзора.
– Нам надо налево, – сказала она доктору. – Вы не волнуйтесь. Я знаю дорогу в клинику.
– Езжай направо! – рявкнул молоденький джентльмен и вытащил из внутреннего кармана большой пистолет.
– Энжи, – донесся сзади голос Бобби. – У доктора автомат, и он целится мне в голову.
Анжелика покрепче сжала руль.
– Что происходит?
– Просто езжай, милочка, и молчи, – ответил коротышка. – Мы тебе скажем, что надо делать.
Загорелся зеленый свет. Справа поехали машины. Анжелика повернула налево. Ей захотелось позлить этих людей и проверить их нервы. Не станут же они стрелять в нее во время движения. Неужели они настолько безумны?
Коротышка схватил ее за руку и закричал:
– Тебе же сказали повернуть направо!
– Я на левой полосе, – огрызнулась Анжелика. – Правый поворот невозможен. Вы, что, хотите погибнуть в аварии?
– Делай, что тебе говорят!
Мужчина ткнул ей стволом под ребра.
– Успокойся, Уод, – прикрикнул доктор. – А вы, женщина, послушайте, что я вам скажу. Нам надо в аэропорт к ангарам частных самолетов. Вы нас туда отвезете, и мы вас отпустим. Езжайте без мигалок, сирен и прочих фокусов. Если начнете шалить, мы вас накажем. Понятно?
Коротышка захихикал.
Вот же черт, подумала Анжелика. Ей уже встречались такие ублюдки, и она знала, что их ничем не убедить. Похоже, они с Бобби попали в настоящую переделку.
– Бобби? – позвала она. – С тобой все нормально?
– Пока да, – ответил тот.
– Заткнись, – прошипел коротышка.
– Сам заткнись! – закричала Анжелика.
Она снова почувствовала болезненный тычок в свои ребра.
– Ну давай, стреляй, идиот недоделанный! Только сначала посмотри в окно! Мы, между прочим, в потоке транспорта.