Альфред Хичкок – Музей Монстров (страница 18)
Она поймала себя на том, что смотрит в окно. Как это по-детски, задуматься о чем-нибудь и ничего перед собой не видеть. Вздохнув и покачав головой, Конни вернулась в прихожую и вышла на крыльцо. Сад перед домом выглядел слегка неухоженным. Воздух наполняли запахи моря и ароматы цветов. Закат превратился в тусклое алое зарево, а вечерняя духота сменилась свежестью и сыростью ночи. В конце дорожки чернели ворота гаража. Ей захотелось пойти и проверить их. Том часто забывал закрыть замок. Он всегда был немного рассеянным.
Над головой промелькнула маленькая тень. Скорее всего, летучая мышь. Шагнув на дорожку, Конни прислушалась к скрипу гравия под ногами и шелесту опавшей листвы. Еще несколько шагов, и она бы заметила машину, оставленную за гаражом с таким расчетом, чтобы ее не было видно с дороги и из окон дома. Но беспричинный приступ страха заставил Конни повернуть назад. Она с трудом удержалась от панического бегства. Стараясь не оглядываться на черные тени за ее спиной, молодая женщина нарочно пригнула голову.
И только поэтому она не увидела разбитого окна в кладовой. Ее каблучки застучали по ступеням. Она снова подумала о том, что ей надо вести себя тише. Хотя причин для страха вроде бы не было. Конни тогда еще не знала о разбитом окне в кладовой и об угнанной машине, которая стояла за гаражом. Свой страх она объясняла темнотой и одиночеством. Черный проем двери казался ей пастью чудовища. Войдя в прихожую, она включила свет и облегченно вздохнула. Темные комнаты пугали ее больше, чем тени за стенами дома. Она прошла по первому этажу, включая освещение и стараясь не думать о той минуте, когда ей придется подняться на второй этаж. Кроме Тома и таксиста, о ее приезде никто не знал. Поэтому всякое могло случиться.
Конни и раньше чувствовала подобный страх. В такие мгновения она обычно высмеивала свое беспокойство. Она начинала беседовать вслух с теми существами, которые пугают женщин в пустых домах – с теми злобными созданиями, которые прячутся в шкафах и подглядывают из темных дверных проемов. Она попыталась рассмеяться, но жалкий смех ей не помог. Она попробовала рассердиться, обозвав себя глупой трусливой дурой. Чего же проще – подняться на второй этаж и заглянуть, к примеру, под кровать. Однако Конни знала, что пока не сможет совершить такой поступок.
В гостиной у нее появилось чувство, что кто-то наблюдает за ней из темноты за окном. Это было невыносимо. Она торопливо подошла к телефону. Ей захотелось рассказать кому-нибудь о своем приезде. Если ее знакомые узнают, что она вернулась, они будут думать о ней. Они будут смотреть на далекие огоньки ее дома.
Она позвонила миссис Уинстон. Конечно, это был не очень удачный выбор. После смерти мужа пожилая и бедная вдова вызывала лишь жалость и снисходительное сострадание. Но Конни часто звонила ей. Беседы с женщиной, которая тоже нуждалась в ласке и общении, служили чудодейственным лекарством от собственных тревог.
– Ах, Конни! Ты приехала, моя радость!
Судя по голосу, миссис Уинстон пребывала в прекрасном настроении. На какое-то время Конни забыла о страхах и черноте за окном. Она расслабилась, рассказывая о том, как мило провела свой отпуск. И вдруг миссис Уинстон спросила:
– Надеюсь, с вашим домом все в порядке? У нас тут творились ужасные вещи. Ты уже слышала об этом или нет?
– Я только что приехала, – ответила Конни. – А что случилось? Расскажите…
Она ожидала услышать очередную историю о том, как кто-то обидел Чарли – единственного сына миссис Уинстон. Упоминание о нем всегда вызывало у Конни брезгливое содрогание. Казалось, он жил для того, чтобы создавать другим проблемы. В шестнадцать лет изнасиловал девушку. Потом сидел за кражу и вот теперь болтался по городу без дела. Но Конни жалела его бедную мать. Миссис Уинстон уверяла ее, что виной всему трудный возраст. Парню исполнилось двадцать лет. Нехватка ума компенсировалась огромной и мощной фигурой. Он так очевидно интересовался женским полом, что дамы, симпатизировавшие миссис Уинстон, чувствовали себя в его компании ужасно неудобно.
Пожилая леди приступила к разъяснениям, и к Конни вернулся страх. За время ее отсутствия по городу прокатилась волна разбоев. Из дома Гамильтонов унесли все ценное, пока хозяева играли у соседей в бридж. Блееров обворовали в субботний день, когда мужчины уплыли на рыбалку, а женщины отправились на рынок. И еще были Смитсоны и Тарнеры. Бандиты знали, где что лежит. Они действовали дерзко и беспощадно. В ювелирном магазине Сэдлера им досталась партия золотых часов. У мистера Бирса они похитили деньги и видеокамеру. Но хуже всего грабители обошлись с несчастным мистером Филдом…
Мистер Филд был кассиром в магазине Сэдлера. Он накрыл воров на краже, и те жестоко избили его. Он до сих пор не пришел в сознание, и в госпитале не верили, что ему удастся выжить после таких ужасных побоев.
– Какую жуть вы рассказываете, миссис Уинстон.
Голос Конни дрожал от страха.
– Я ведь совсем одна. Том вернется не раньше полуночи.
– Ах, милая моя, – сочувственно произнесла вдова. – Я представляю, как тебе там страшно. Но не волнуйся, золотце. Чарли дома, и я попрошу его привезти тебя к нам. Ты побудешь этот вечер у меня, а потом он доставит тебя обратно.
– О, нет-нет! – воскликнула Конни. – Я действительно боюсь, но не до такой же степени.
При одной мысли о Чарли у нее по коже побежали «мурашки». Она даже подумать не могла о том, чтобы ехать с ним ночью в машине.
– Не беспокойтесь, миссис Уинстон. Мне не впервой проводить вечера в одиночестве. Надеюсь, мистеру Филду станет лучше. И, пожалуйста, не тревожьте Чарли по пустякам. Прошу вас, не надо…
Повесив трубку, Конни почувствовала, что ее поташнивает от страха. В ногах появилась какая-то слабость, и она с трудом отошла от телефонного столика. Ей захотелось позвонить кому-нибудь еще – попросить, чтобы ее забрали из этого безмолвного дома. Но тогда миссис Уинстон обидится. Пожилая женщина воспримет это как оскорбление. А Конни по-прежнему была уверена, что ее тревоги не имеют под собой никаких серьезных причин. Просто женская блажь. Просто странное чувство.
Она бесцельно направилась к лестнице, ведущей на второй этаж. При виде темноты над головой ей захотелось заплакать. Но потом пришла спасительная ярость. Нельзя поддаваться нелепому страху. Ее напугали ужасными грабителями. Хотя на самом деле это несколько мужчин. Обычные люди – пусть грубые и жестокие, но обычные. Так что никакой мистики. И глупо бояться темноты…
– Как это смешно! – сказала она вслух.
Конни подняла чемоданы и начала подниматься по лестнице. За окнами стояла ночь. Откуда-то с крыши доносилось тихое воркование. Наверное, голуби, подумала она.
Нащупывая ногами ступени, Конни добралась до верхней площадки. Ничего странного не происходило. Она нажала кнопку выключателя и облегченно вздохнула, когда загорелся свет. В спальной все было по-прежнему. Разве что пыль покрыла зеркало и туалетный столик.
А потом она увидела окурки на ковре. О Боже! Прожженные пятна! Кто-то сидел на их постели, курил и безразлично бросал окурки на ковер. Конни замерла на месте, потому что каждый мускул ее тела превратился в камень. Она с ужасом взглянула на откинутый угол покрывала. Под кроватью что-то было. Возможно один из грабителей. Или тело убитого Тома!
Отступив назад, она налетела на стул и опрокинула его. Шум заставил ее задрожать, но ничего не случилось. Внизу, на первом этаже, уютно урчал холодильник. И никакой реакции на грохот упавшего стула. Это казалось невероятным. Если бы кто-то прятался под кроватью, он бы выскочил на шум. Значит, ей только показалось.
Она осторожно нагнулась и заглянула под кровать. Там лежала большая коричневая сумка. Конни потянула ее к себе, раскрыла молнию, и ее руки задрожали. Она увидела видеокамеру и золотые часы, ожерелья и кольца Салли Гамильтон. Тут было все, что грабители взяли у Блееров и Тернеров. Они превратили ее дом в свой тайник.
А вдруг бандиты увидели свет в ее окнах? Они помчатся сюда за награбленным добром. Надо немедленно позвонить в полицию, пока есть время! Пока ей никто не помешал! Конни выключила свет на втором этаже, сбежала вниз по лестнице и заперла входную дверь. Она быстро прошла по комнатам, проверяя окна и щелкая выключателями. А как там кладовая? Схватив фонарик, она заглянула в черный проем двери.
Окно было разбито. Так вот как они проникли в ее дом. Конни захныкала от страха. Вернувшись на кухню, она посмотрела на заднюю дверь. Бандиты сорвали замок. На полу виднелась грязь, словно кто-то здесь часто ходил. Снаружи квакали лягушки. Раздался глухой удар в стекло, и Конни вздрогнула от испуга. Это жук, пыталась успокоить себя она. В тот же миг холодильник щелкнул и отключился. Простое совпадение, но оно шокировало ее.
Погасив фонарик, Конни вслепую пошла к телефону. Ее пальцы, скользя по стене, создавали шуршащий звук. Внезапно из темноты донесся слабый шум. Шаги! Шаги по гравию на садовой дорожке. Тихий скрип задней двери… Шелест подошв по линолеуму кухни…
Конни сжала кулаки и затаила дыхание. В коридоре возникло серое мерцание. Кто-то включил фонарик, осматривая кухню и кладовую. Она увидела, как в дверном проеме появилась мужская фигура. Похоже, грабитель знал, что хозяйка прячется в доме. Луч фонаря метался по гостиной, выхватывая из темноты то книжный шкаф, то настенные часы.