Альфред Адлер – Наука жить (страница 21)

Реальный результат сна заключался в том, что мужчина создал негативные эмоции по отношению к собственной жене. В действительности ни один ребенок не был потерян, но после пробуждения мужчина раскритиковал супругу и ощутил враждебное отношение к ней. Люди часто просыпаются с желанием спорить и критиковать из-за некоей эмоции, созданной сновидением. Это состояние подобно отравлению или меланхолии, при которой пациент отравляет себя идеями поражения, смерти и утраты.

Бросается в глаза и тот факт, что этот мужчина выбирал аспекты, в которых он точно превосходил других, – к примеру, чувство «Я забочусь о детях, а моя жена нет, поэтому один из них потерялся». Во сне проявлялось его стремление доминировать.

Современному методу толкования снов около двадцати пяти лет[6]. Вначале сны рассматривались Фрейдом как воплощение сексуальных желаний, свойственных детям. Мы не можем полностью согласиться с этим, потому что если бы сны и в самом деле являлись подобным воплощением, то можно было бы объяснить что угодно с позиции воплощения таких желаний. В действительности же любая мысль ведет себя подобным образом – поднимаясь из глубин бессознательного наверх, в сознание. Следовательно, концепция сексуального удовлетворения не внесла в данную проблему никакой ясности.

Позже Фрейд предположил, что ведущую роль играет желание смерти. Но очевидно, что последний пример, рассмотренный нами, нельзя объяснить таким образом, ведь нельзя сказать, что мужчина желал, чтобы кто-то из его детей потерялся и умер.

Истина такова, что конкретной формулы толкования снов не существует. Есть лишь общий постулат о целостности психической жизни и особом, аффективном характере жизни во сне, который мы уже обсуждали. Аффективный характер и сопровождающий его самообман подобны теме со множеством вариаций, что подтверждается удивительным разнообразием сравнений и метафор об этом. Использование сравнений – один из лучших способов обмануть себя и других. Мы можем с большой вероятностью утверждать следующее: если человек использует сравнения, то он не уверен, что сможет убедить вас с помощью доводов реальности и логики. Он стремится повлиять на вас, прибегая к услугам бесполезных и раздутых сравнений.

Скажем, поэты тоже обманывают, но делают это приятным для нас способом. Нам нравится, когда нас развлекают метафорами и поэтическими сравнениями. Однако нет сомнения в том, что они призваны влиять на нас больше, чем обычные слова. Например, если Гомер пишет, что греческие солдаты ведут себя на поле боя словно львы, то метафора не обманет нас, когда мы мыслим здраво, но, скорее всего, затуманит наш разум, когда мы находимся в поэтическом настроении. Значит, автору удалось убедить нас в своей чрезвычайной власти над нами. Он не добился бы этого, если бы просто описал одежду солдат и их оружие.

То же самое происходит, когда человек оказывается не в состоянии что-то объяснить: понимая, что не может убедить нас обычными словами, он прибегает к сравнениям. Как мы уже отметили, использование сравнений напрямую связано с самообманом, и именно поэтому они так заметно проявляются в выборе образов и сюжетов в наших снах. Это художественный способ одурманить самого себя.

Это может показаться забавным, но сам факт, что сны оказывают на нас эмоционально одурманивающее (или даже отравляющее) воздействие, предлагает метод их предотвращения. Человек, понимающий свой сон и то, что он обманывает себя, способен положить конец собственным сновидениям. Сон теряет для него цель. По крайней мере, так произошло с автором данной книги, который перестал видеть подобные сны, как только понял, что они означают.

Чтобы такое осознание увенчалось успехом, оно должно полностью изменить эмоциональную жизнь человека. Именно это случилось с автором после его очередного сна. Было военное время[7], и он изо всех сил старался уберечь одного человека от высылки на фронт, в опасное место. Во сне автору показалось, что он кого-то убил, но он не знал – кого именно. Он не мог отделаться от сверлящего мозг вопроса: «Кого же я убил?» В действительности автор отравлял себя постоянными мыслями и попытками сделать все возможное, чтобы отправить знакомого солдата в наиболее спокойное место и тем самым спасти его от гибели. Эмоция, испытанная во сне, была направлена к этой мысли, и когда автор осознал всю обманчивость данного сновидения, ему совсем перестали сниться сны, ведь отныне ему больше не нужно было обманывать себя, чтобы пытаться сделать то, что по соображениям логики он не обязан был делать.

Рассмотренная история может служить ответом на вопрос, который интересует многих: «Почему некоторым людям никогда не снятся сны?» Действительно, некоторые люди не хотят обманывать себя. Базируя свои действия в основном на поступательном движении и логике, они настроены на то, чтобы открыто решать возникающие проблемы. Даже если таким людям снится сон, они забывают его очень быстро – настолько быстро, что им кажется, что сна и вовсе не было.

Это позволяет предположить, что мы всегда видим сны, но забываем большинство из них. Приняв эту теорию, мы по-новому посмотрим на тот факт, что некоторые люди никогда не видят снов: в таком случае их нужно будет считать теми, кто видит сны, но всякий раз их забывает. Автор данной книги не согласен с этой теорией. Напротив, он склонен считать, что существуют такие индивидуумы, которые никогда не видят снов, и такие, которые иногда свои сны забывают. Впрочем, сама природа исследуемого явления такова, что любую теорию сложно опровергнуть окончательно, но, возможно, сторонникам первой версии удастся привести достаточное количество убедительных доказательств.

Почему мы часто видим один и тот же сон? Это любопытный факт, которому не находится точного объяснения. Тем не менее именно в повторяющихся снах мы можем обнаружить образ жизни, выражаемый с гораздо большей ясностью. Подобные сны служат четким и безошибочным указателем направления, ведущего к личной цели превосходства.

В случае с продолжительными, разветвленными снами мы должны признать, что сновидец не совсем готов к какой-либо ситуации. Он нащупывает «мост» от проблемы к достижению своей цели. По этой причине самые легко толкуемые сны – короткие. Иногда сон состоит всего из одного образа или нескольких слов, что говорит о том, что человек, видящий этот сон, действительно пытается найти легкий способ обмануть себя.

Логично будет завершить рассмотрение данной темы попыткой задуматься о сущности сна как явления. У многих людей имеются совершенно беспочвенные взгляды на эту область жизни. Им кажется, что сон – всего лишь противоположность бодрствованию, «брат смерти». Однако подобные мнения ошибочны. Сон – не противоположность бодрствованию, а, скорее, его иная степень. Мы неотделимы от собственной жизни во сне. В этом состоянии мы продолжаем думать и слышать. Одни и те же законы нашего мышления действуют как во сне, так и в бодрствующей жизни. Некоторые матери не просыпаются от уличного шума, но стоит их ребенку пошевелиться, как они тут же вскакивают, следовательно, их внимание всегда бодрствует. Тот факт, что мы не падаем с постели, говорит о том, что во сне мы осознаем границы пространства.

Целостность личности проявляется как ночью, так и днем. Это объясняет феномен гипноза. Каким же должно быть суеверие, чтобы считать магической силой то, что на самом деле является лишь разновидностью сна! Но в данном случае сам человек хочет подчиняться другому, зная, что тот собирается усыпить его. Простейшую форму этого феномена представляет собой родительская фраза: «А теперь иди спать!» – и ребенок слушается. Гипноз дает результаты именно потому, что человек послушен. От степени его послушности зависит, с какой легкостью его можно будет ввергнуть в гипноз.

Загипнотизировав человека, мы способны заставить его создавать образы, идеи, воспоминания, которые он не смог бы создать из-за различных сдерживающих факторов в состоянии бодрствования. Единственное непременное условие в данном случае – покорность. С помощью этого метода мы можем найти решения насущных проблем – старые, давно забытые воспоминания.

Тем не менее у гипноза как у метода лечения имеются специфические риски. В общем и целом автор данной книги не поддерживает метод гипноза и применяет его лишь в тех случаях, когда пациент не доверяет другим методам. Уже получены сведения о том, что подвергавшиеся гипнозу люди становятся злопамятными. Поначалу они и в самом деле преодолевают свои трудности, но суть их образа жизни от этого не меняется. Гипноз не более чем лекарство или механическое приспособление: он не оказывает влияния на подлинную природу человека. Мы должны вооружить человека храбростью, уверенностью в себе и четким пониманием собственных ошибок, если хотим действительно помочь ему. Гипноз же таких задач не выполняет – и должен применяться в практике лишь в крайних случаях.

Глава 8. Проблемные дети и их воспитание

Как воспитывать своих детей? Возможно, это самый важный вопрос в нашей социальной жизни. У индивидуальной психологии сложился свой взгляд на эту проблему. Воспитание как дома, так и в школе представляет собой попытку вырастить личность и помочь ей развиваться в нужном направлении. Таким образом, психология является необходимой основой для правильной методики воспитания. Мы можем рассматривать воспитание как отдельную сферу обширного психологического искусства – искусства жить.