AlexanderMay – За гранью вечности (страница 49)
— Сделаем в лучшем виде, нян-нян! И не надо платы, кярун! Любовь — дело благое, нян-нян… — проговорило существо и положило кулон в кармашек своей миниатюрной жилетки. — Всего доброго, господин военачальник, нян-нян! — зверёк помахал лапкой Фаранису, тот пожелал удачи и пошёл назад.
Повернувшись спиной к заведующему складом, он, наконец, смог снять с себя показную улыбку. Вернув своё обычное выражение лица, мужчина продолжил напевать весёлую песню. Дела для него шли как нельзя лучше.
***
Пандемониум. Храм Правосудия.
В кабинет Верховного Судьи вошёл стражник. Слутгельмир встретил его холодным взглядом. Акан осторожно положил листок бумаги на стол и, поклонившись, удалился. Страж знал, что его господин сейчас, мягко говоря, не в лучшем расположении духа. Поэтому беспокоить его лишний раз было себе дороже.
Судья всё же прервал свои дела и взял в руки листок. Он развернул его и принялся читать. Текст был на балаурском, чтобы скрыть содержимое от чужих глаз.
Совершенно секретно.
Кому: С.
Всё идёт по плану. Мы убедились в лояльности некоторых личностей. В следующем письме обозначу дату дня расплаты.
А.
Слутгельмир свернул письмо и убрал его в карман. Он знал, что дело осталось за ним.
— Нужно предупредить Совет… — произнёс он вслух. — Как я мог забыть? Асфель Всемогущий!
Судья вскочил с кресла, да так резво, что сидение невольно опрокинулось. Он взял какие-то бумаги со стола и, распахнув дверь, быстрым шагом направился вниз.
«Уже вечер… Видар меня сейчас не примет, — размышлял по ходу мужчина. — Зайду завтра с утра. А пока нужно спрятать письмо…»
Слутгельмир пошагал к своему дому. Стража встретила его, покорно распахнув ворота. Асмодианин вошёл внутрь, поднялся в свою спальню, зажёг свечи и подошёл к столу. Мужчина устроился в кресле и открыл второй ящик. Как вдруг рука его замерла. Глаза округлились и загорелись красным пламенем.
— Балаур меня дери! — прокричал он и подбежал к двери, за которой стояло несколько аканов.
Хозяин выскочил из комнаты и схватил за воротник одного из стражников, рыча ему в лицо:
— Кто заходил в спальню до меня? Отвечайте!
Страж спохватился и стал уверять:
— Никто, никто не заходил! Клянусь Асфелем, здесь никого не было. Даже служанок не пускали, клянёмся!
Остальные тоже закивали, мол, всё верно. Слутгельмир отпустил воина. У него на уме была всего одна личность.
— Териан Лекас… — прошипел мужчина.
«Если кто-то узнает о письмах, мне и Храму конец… — говорил себе Верховный Судья. — Нас навсегда проклянут. Десятки лет трудов балауру под хвост!»
— Будите всех Безмолвных, живо! Стражу, патрули, теней, судей, всех сюда немедленно! — в агонии заорал Слутгельмир.
Аканы в тот же миг рванули вниз. Мужчина схватился за голову. Весь его многолетний план висел на волоске. Не прошло и пяти минут, как толпа из полсотни воинов, находившихся неподалёку, поднялась в холл третьего этажа. Вперёд вышли старшие чины, рядовые остались позади. Слутгельмир громко и нервно задышал. Он не мог снять с лица ненавистный оскал. Через несколько секунд тишины, нарушаемой только дыханием Судьи, из его уст донеслось:
— До утра найти мне Териана Лекаса… Если этого не произойдёт, я повешу каждого из вас, а также всех ваших родных, друзей, знакомых и даже слуг… — зубы мужчины дрожали, отбивая такт. Голос был тих, но настолько напряжён, что, казалось, он вот-вот сорвётся. Лицо Слутгельмира больше не напоминало асмодианское. Оно было отражением балаурской ярости, невообразимого зла и ненависти. Всем без исключения Безмолвным стало не по себе от вида их господина. — Даэвов я развоплочу тем же утром и прокляну их души на вечные муки и страдания… Я вас со свету сживу, если к рассвету у этой двери не будет связанного Териана Лекаса… Повторить?!
Стражи и Тени нервно замотали головой. Из глаз Слутгельмира струйками потекла кровь. Он дрожащей рукой указал на лестницу вниз и более не произнёс ни слова. Воины всё поняли, объяснять ещё раз не требовалось. Все до единого бросились вниз, оставив Верховного Судью одного. Он ещё несколько минут простоял в этой позе, даже не моргая. Наконец, асмодианин обнаружил, что Безмолвных и след простыл. Он заперся в своей комнате и не выходил оттуда до утра. Что Слутгельмир там делал всю ночь — видимо, так и останется загадкой.
========== Часть 2. Глава 5. ==========
Комментарий к Часть 2. Глава 5.
Отредактировано.
Где-то в Асмодее.
Эви уснула на руках Териана. Даэв всё ещё лавировал между вершинами гор Асмодеи. Шорох больших пушистых крыльев, завывание прохладного ветерка и размеренные подъёмы и спуски усыпляли. Элийке даже не было холодно, несмотря на то, что она была в лёгком платье — от асмодианина веяло теплом. Девушка уткнулась лицом в грудь Даэву и задремала.
«Зачем мне лишняя обуза?» — спрашивал себя Териан. Адекватно ответить он не мог, да и уже было поздно для подобных размышлений: дело сделано, девка спасена.
«Теперь нужно спрятать её, пока я не доставлю письма в Элиос…»
На ум быстро пришло место, где элийку точно искать не станут. Но туда сначала надо было добраться.
Крылья Даэва устали — полёт длился уже долго. Териан Лекас искал глазами укрытие, где можно безопасно отдохнуть, а затем продолжить путь. Небольшая горная пещера в скале на высоте в сотню метров прекрасно подходила для передышки — ни дикий дверь сюда не заберётся, ни акан не достанет. Асмодианин спикировал на тёмное пятно в горном склоне и, усердно замахав крыльями, погасил скорость. Даэв медленно опустился на самый край и избавился от своих чёрных символов бессмертия — огромные крылья просто не проходили в узкую расщелину. Териан боком занёс спящую на его руках элийку внутрь — в глубине пещеры было довольно просторно. Он осторожно усадил девушку к стене, скинул с себя оружие, доспехи, снял плотную шерстяную рубаху и накрыл ею свою спутницу. Эви даже не проснулась, а лишь слегка повернулась набок и невольно укуталась в тёплую одежду асмодианина. Даэв застыл у спящей элийки и, сощурившись, начал разглядывать её. Он не произнёс ни звука, да и по его лицу было непонятно, о чём его мысли. Глубоко вздохнув, бессмертный обернулся и пошёл к выходу из пещеры. Териан боком выбрался на край скалы, откуда открылся потрясающий вид на снежные горы северной половины Атреи.
Яркий дневной свет солнца слепил глаза. Мужчина закрыл веки и вдохнул свежий морозный воздух, богатый Эфиром. Даэв не накинул на себя ничего, а стоял с оголённым торсом — холод не особо пугал его привыкшее к стуже тело. Насладившись чудесным расслабляющим действием Эфира, Териан улыбнулся от удовольствия и отступил назад, прижавшись спиной к ледяной породе. Он вздохнул ещё раз и, оттолкнувшись сильными руками от поверхности скалы, побежал прямо к обрыву. Прыжок!
Даэв ныряет в пропасть, вытянув руки вперёд. Он широко открывает глаза, зрачки расширяются до предела — какое счастье чувствовать каждой клеточкой тела бешено растущую скорость, гул ветра в ушах и мелькание каменного рисунка на склоне горы. Секунды падения длятся вечность, но Териан умеет ими наслаждаться. Впереди виднеется земля. Асмодианин расправляет руки в стороны. Ещё мгновение, и крылья не смогут погасить скорость.
«Ждать… Ждать… — пролетает в мыслях бессмертного. — Пора…»
Даэв скалится и напрягает все мышцы тела. Одно желание, одна мысль, и полная концентрация на ней. Он чувствует, как за спиной из воздуха и окружающего Эфира материализуются крылья — такие родные, но каждый раз новые. Он ощущает, как клетка за клеткой выстраивается их структура, как словно из ничего вырастают перья и суставы, как две мощные кости вгрызаются в его спину, разрезая плоть, как они соединяются с мышцами, приспособленными для их движения, как образовавшиеся внутри стволов крыльев нервы врастают в спинной мозг. Да, теперь они — неотъемлемая часть Даэва. Он ощущает, как ветер теребит широкие перья, как боль сковывает крыло, когда его пронзают стрелой, как дрожат в неутолимом напряжении мышцы от его резких манёвров… И как тяжело с ними расставаться — снова терять частичку себя, силой мысли заставлять тело отторгнуть их, говорить себе, что не чувствуешь боли.
Крылья за спиной бессмертного появятся быстрее, чем человек чихнёт, но сей миг для хозяина кажется вечностью, ведь он имеет дар это ощущать.
Земля уже близко. Одно промедление — и размозжённое тело Даэва рассыпется в прах, а душа покорно проникнет в поток Эфира и отправится на кибелиск, чтобы возродить там утраченную плоть. Но Териан не может не успеть. Он рывком расправляет крылья и моментально меняет направление своего полёта. Мышцы напрягаются до предела, суставы работают на грани разрыва, но асмодианин любит быть «на грани». Щелчок воздуха под его телом, и Даэв парит в метре от земли, столбы пыли и снега взмывают за ним вверх и летят позади пушистым хвостом. Сердце бьётся, как проклятое. Наслаждение… Свобода…
Бессмертный делает пару осторожных взмахов, чтобы краями крыльев не задеть землю, и поднимается выше. Короткая минута наслаждения кончилась. Пора снова приниматься за дело.
«Для начала нужно развести костёр и найти еду», — говорит себе Териан. Голыми руками поймать добычу будет сложнее, но асмодианин приспособлен ко всему. Острые когти на руках будут весьма кстати. Даэв находит несколько поваленных деревьев и отрывает от стволов с десяток ветвей в качестве дров.