AlexanderMay – За гранью вечности (страница 47)

Наконец, красивая дверь открылась, и в зал кто-то вошёл. Дариус, не раздумывая, вскочил со стула и встал по стойке смирно. Он повернул голову к двери, но это был не Аскалон, а сам военачальник Арэшурата — господин Фаранис ан Дейл. Мужчина окинул суровым взглядом помещение, подошёл к столу и сел напротив офицера, махнув ему рукой, чтобы тот тоже садился.

Конечно, юноша узнал военачальника. Начальство, как говорится, надо знать в лицо. Дариус хотел спросить первым, что это значит, но мужчина его опередил.

— Так значит, ты сын капитана Бертронского гарнизона? — тон Фараниса был в меру вежлив, но, как показалось офицеру, сух и несколько циничен.

— Да, господин Фаранис. Мой отец — господин Ваталлос, военачальник Бертрона, — Дариус старался быть услужлив. Кто знает, что можно ожидать от человека, ведущего вечную битву в Бездне…

— Военачальник… Капитан гарнизона… Это одно и то же. Твой отец меня предупредил о тебе. Он сказал, ты хочешь попасть в Щит Неджакана, — последняя фраза звучала, как вопрос.

— Да, я изъявил желание…

Но Фаранис не дал юноше договорить.

— В Бездне опасно. Что же тебя подтолкнуло на столь отчаянный шаг? — мужчина даже не глянул на офицера. Он всё время пялился либо в окно, либо на дверь, сложив ладони в замок.

— Это мой выбор, — уверенно произнёс Дариус. — Если Вы не против, я…

— Родной сын капитана гарнизона… не Даэв… потрясающая карьера… и тут бросается на верную смерть? — мужчина говорил монотонно и несколько отстранённо, будто думал в этот момент о чём-то другом.

— У меня свои причины.

— В Щите Неджакана, как и в Пепельных Облаках легионеры делятся на две касты: либо бессмертные, либо фанатики, готовые поскорее отдать свои жизни во славу Элиоса. Ты не похож на фанатика, Дариус ан Боуэн. Что же ты делаешь в Бездне? — вопрос звучал странно, словно Фаранис спрашивает не юношу, а сам себя.

— Как и все, ищу славы и признания… — Дариус произнёс ответ с суровым видом, напрягши лицо и стиснув зубы.

— Ты их найдёшь, если не станешь покойником раньше, — протараторил военачальник и как ни в чём не бывало продолжил. — Аскалон возьмёт тебя. Центурионство я выпросить не смогу, станешь обычным рядовым легионером. Если будешь трудиться, легат тебя повысит.

— Благодарю, господин Фаранис, — Дариус сделал кивок, но лицо не смягчил. Ему не нравился равнодушный тон элийского командира Арэшурата. — Я, по праву сказать, не ожидал, что у меня будет встреча с Вами, я…

Мужчина снова перебил юного офицера:

— Аскалон сейчас вместе с легионом в Западной Сиэли. Я бы не стал лично проводить беседу с новым легионером, если бы твой отец не был моим хорошим другом. Ты сможешь присоединиться к товарищам через десять дней, когда они вернутся с дежурства. А сейчас иди на склад получать форму, доспехи и оружие. Про свои старые латы можешь забыть — здесь у нас действительно серьёзная экипировка.

«Но почему-то воины всё равно умирают…» — невольно подумал Дариус и сказал:

— Благодарю, но я бы хотел присоединиться к легиону как можно скорее. Я готов лететь на Западное Крыло прямо сейчас.

— Похвально, но ты туда не доберёшься. Привратник — в лазарете, а корабли летают точно по расписанию. Ближайший — через два дня. После склада пойдёшь к Крисаору — он тебе расскажет, как вести себя в Бездне.

Дариус не мог противиться приказу военачальника, поэтому протяжно кивнул, встал со стула, отдал честь высшему чину и направился к выходу из зала. Фаранис проводил его взглядом, но остался внутри. Военачальнику нужно было кое над чем поразмыслить в одиночестве.

Склад припасов находился на другом конце Цитадели. Естественно, им руководили шиго. Круглая площадь, отданная под складские нужды, была полностью заставлена ящиками и мешками. Как в таком количестве разного рода упаковок можно разобраться — только шиго известно. Дариус подошёл к мохнатому заведующему складом и сказал, что ему нужна экипировка Щита Неджакана. Для убедительности он добавил, что это личный приказ Фараниса. Разумный зверёк докапываться не стал, кто такой и откуда, а вежливо попросил подождать и через две минуты принёс здоровый ящик.

— Здесь латные доспехи, обувь и подкладка, нян-нян.

— Как Вы узнали, что я ношу латы, а не кольчугу? — с недоумённой улыбкой на лице спросил офицер.

— Я видел много воинов, кярун. Отличить вас могу на раз, нян-нян, — голос шиго был строгим, даже немного обиженным.

Дариус не стал спорить, а молча взвалил на себя ящик, который был очень тяжёлым вдобавок. Отойдя на пару шагов, он вспомнил, что забыл самое главное.

— Эх, балаурский рог! Простите, а алебарду легионовскую мне можно получить?

Зверёк обернулся и протянул:

— Одну минуту, кярун.

Минуту пришлось ждать долго. Тем более время тянется медленней, когда у вас в руках огромный тяжёлый ящик. Шиго, не торопясь, поднёс элийцу длинное орудие, упакованное в бумагу. Маленький зверь не мог достать до юноши, что бы водрузить на ящик ещё и алебарду, поэтому Дариусу пришлось сначала наклониться, что вышло, надо сказать, довольно непросто.

С горем пополам, офицер добрался до здания Цитадели. В приёмной он и решил распаковать всё. Сначала воин принялся за орудие. Развернув бумагу, Дариус невольно улыбнулся. Сталь была закалена таким образом, что часть лезвия была чёрной, часть — белой. Такой способ обработки металла был очень трудоёмким и искусным. В составе сплава опытный глаз юноши обнаружил дрениум — прочный металл, считавшийся самым лучшим при производстве лат и оружия. Он не трескается, не ломается, плохо гнётся и не ржавеет — идеально для сражений. Минус всего один — он очень тяжёлый. Вещь, изготовленная из дрениума, при ярком свете немного отливает голубым — это, так сказать, его отличительный знак. Алебарда и впрямь была довольно увесистой. Непривычно. Лезвие было широким, больше чем у секиры в несколько раз.

«Таким топором только рубить надо», — подумал воин. Древко было толстым, рукоять отделана нескользящей кожей. Противоположный лезвию конец орудия также венчался топором, только меньшего размера. Он скорее напоминал наконечник копья, и колоть им, видимо, было весьма удобно.

Дариус повертел в руках новую игрушку. Хотя нет, это была не игрушка. Это был одушевлённый предмет для многих воинов. Огромное количество мужчин как Элиоса, так и Асмодеи фанатели от холодного оружия. Собираясь в кабаках, крестьянские юноши (да и опытные рабочие) то и дело обсуждали новые мечи, выкованные в столице, копья, луки. Спорили на тему, что удобнее, как лучше пользоваться сим орудием; очень часто дело доходило до драк. Если вдруг появлялся новый образец меча, кинжала или нагрудника, в тот же вечер половина городов собиралась в тавернах и рьяно делилась друг с другом мыслями по поводу новой «модели». Это была традиция, камень преткновения мужского населения Атреи. Всё, что касалось войны, было по обычаю прерогативой сильного пола. Хотя среди легионеров было достаточно и женщин. Надо признать, много воительниц увековечило себя в качестве Даэвов.

В ящике с экипировкой Дариуса ждали отменные дрениумовые латы красивого угольного цвета. По виду они были намного надёжнее прежних доспехов юноши, да и удобнее, надо полагать. В бумажном свёртке лежал длинный серый плащ с блестящей белой эмблемой в виде меча и щита.

«Легионский герб», — улыбнулся юноша.

Примерить доспехи хотелось как можно скорее. Тем более к Крисаору, как он думал, надо идти экипированным, а не в обычной человеческий одежде. Офицер положил всё обратно в ящик и поднялся в комнату, которую он снял во дворцовом кабаке на несколько суток.

Замки лат были необычными, но очень удобными. Не надо было мучиться с застёжкой сапог и кирасы — они интуитивно понятны и расположены там, где надо. Сразу видно — лучший легион Арэшурата. Дариус надел шлем, украшенный длинным конским хвостом пепельного цвета, и подошёл к зеркалу.

«О да… Прямо, как они!» — обрадовался юноша своему новому виду. Специфический цвет доспехов был легко объясним. Так воина труднее заметить среди монотонного пейзажа Бездны. Латы цвета каменной породы плохо отличимы даже вблизи Ока Арэшурата. Подобный раскрас может ненадолго продлить жизнь своему хозяину в условиях бесконечной войны. Нельзя забывать, что Бездна — арена для сражений. Уже давно крупнейшие острова вблизи крепостей окрасились в красный цвет от запёкшейся крови.

Дариус собрался с мыслями и в экипировке направился к тренировочному лагерю к востоку от здания Цитадели. Он располагался на отдельном острове, и туда вёл длинный мост, сооружённый для тех, кто не имел крыльев за спиной.

Крисаор был центурионом Щита Неджакана. Как ни странно, он не был Даэвом. Коренастый элиец средних лет с чёрными, как смола, волосами сразу заметил человека в форме легиона, шагавшего по мосту прямо к лагерю. Воин пошёл навстречу незнакомцу, ведь все легионеры за исключением его были в западной крепости Сиэли. Крисаор вытянутой рукой остановил бойца и на повышенном тоне спросил:

— Кто такой? Почему не в крепости?

Дариус поднял забрало, центурион нахмурился — этого лица он не помнил.

— Меня зовут Дариус. Я новый легионер Щита Неджакана.

— По чьему приказу? — недовольно спросил Крисаор. Было видно, что эта фраза выученная, и он её произносил не раз.