AlexanderMay – За гранью вечности (страница 3)

Дариус добрался до площади, как он считал, вовремя. Здесь всегда было многолюдно — рядом располагались базар и питейные заведения, один из немногих оплотов радости для скучающих между битвами воинов. У фонтанов уже стояло много экипажей, но среди них не было того, которого юноша с таким нетерпением ждал. Офицер нервно подошёл к свободной скамейке у кромки площади и приземлил себя, при этом расположившись так, чтобы улица, ведущая от въезда в город, хорошо просматривалась. Минуты длились, словно вечность. Юноша беспрерывно теребил дорогие наручные часы, притаптывая ногой. На площадь въезжали всё новые и новые экипажи. Кучера высаживали пассажиров у центра и, пришпорив лошадей, увозили кареты обратно, чтобы не занимать попусту пространство.

Вдруг Дариус увидел повозку, которая отличалась от остальных: кремового цвета дерево с золотыми узорами — на таких явно возили важных господ. У его отца была такая, поэтому он хорошо знал это. Белая лошадь остановилась неподалёку от офицера, и кучер мгновенно покинул своё место, чтобы открыть дверцу кареты. Сердце юноши забилось быстрее — он чувствовал, что это они. Дариус встал, оправился и гордым шагом, как учили, пошагал к экипажу.

Из тени салона показалась мужская фигура. Она неуклюже спустилась на мощёную дорогу, вытянулась, поправила парадный фрак, втянула большой живот и подала толстую руку женщине. Молодой человек узнал этого мужчину — да, он не ошибся.

Следом вышла ухоженная стройная дама — жена губернатора. С последней их встречи она ничуть не изменилась, как показалось юноше. Дариус уже почти приблизился к гостям, как тут же застыл на месте. Смущённо улыбаясь, из тёмного салона экипажа выпорхнула красивая девушка в бежевом платье. Её движения были нежными, лёгкими и непринуждёнными.

— О, Айон… — невольно промолвил молодой офицер, наконец, выйдя из секундного ступора. — Как же Вы прекрасны, Эви…

Но девушка этого не слышала. Она неуверенно поставила мерцающие в бликах солнца туфельки на твёрдый камень площади, и перед взором публики, уже обратившей внимание на дорогую карету, предстало прекрасное творение Айона — дочка губернатора из далёкой Интердики. Эви поправила милую шляпку и отошла чуть поодаль от дверцы. Кучер в тот же миг стал вытаскивать тяжёлые чемоданы из ящика за салоном. Но на его ругательства и неуклюжесть никто не обращал внимания — зеваки были заняты изумительной незнакомкой.

Вот вещи уже выгружены, вот экипаж уже уехал, а Дариус всё ищет слова, которыми встретить невесту и её родителей. Наконец, прокляв своё воображение, офицер всё же пошёл навстречу дорогим гостям. Он появился из толпы, тоже прекрасный, мило и сдержанно улыбающийся снаружи, но пылающий от волнения и нетерпения изнутри. Он подходит, кланяется, отдаёт честь отцу, услужливо целует руку матери, и их взгляды встречаются. Большие голубые глазки Эви заиграли тысячами кристалликами света и потянули к себе, словно магнит. Но нет, не сейчас, Дариус, — держаться, во что бы то ни стало! Юноша преклонил колено, взял ручку прекрасной особы и молча поднёс её к губам. Из уст милой Эви донеслось тихое, но радостное:

— Здравствуй…

— Расефиэль… — проговорил офицер, нежно и медленно поцеловав руку девушки.

Так прошла, казалось, целая вечность. Наконец, отец девушки, Ромул ан Грейв, прервал молчание громким кашлем.

— Здесь очень-очень красиво, — промолвила жена губернатора, госпожа Фемисса ан Грейв.

Дариус отвлёкся от девушки, быстро поднялся на ноги и как ни в чём не бывало заговорил:

— Да, несмотря на страшилки, которые сказывают о нынешних землях, здесь есть на что посмотреть, — на этих словах его взгляд снова упал на и без того смущённую Эви. — Добро пожаловать в Балаурию, — вновь поклонился офицер. — Прошу за мной.

Дариус подозвал рукой местных носильщиков, шныряющих туда-сюда, и приказал им взять поклажу гостей.

— Куда мы идём? — заинтересованно спросила Фемисса.

— Мы с отцом устраиваем приём в честь Вашего приезда. Он будет здесь с минуты на минуту.

Конечно, юный воин знал, что Ваталлос ан Боуэн, его отец, никогда не славился пунктуальностью, но опоздать в такой час — это было пиком неуважения. Они условились встретиться на площади. Это было ещё одной причиной, почему Дариус не взял с собой экипаж — на двух каретах в один дом ехать было не по этикету. Тем более просторный салон повозки отца вместит человек десять, так что переживать из-за возможной тесноты не стоило.

— Отойдём подальше от шума, — посоветовал воин. — Здесь всегда людно.

Несмотря на услужливость и кажущееся равнодушие, Дариус старался не отпускать из взора Эви, хотя бы раз в две-три секунды переводя взгляд на милую особу.

— Когда же все эти люди успели тут обосноваться? — спросила мать девушки.

— Весь город был построен за десяток лет, а основан он был ровно сорок один год назад. Но, несмотря на это, новые жители всё ещё прибывают сюда, — добродушно объяснил молодой офицер.

— Я смотрю, город разросся, — взял слово отец семейства. — Я был тут лет семь назад, домов к западу отсюда ещё не было.

— Вы правы, новые районы появляются с каждым годом. Интересный факт: за пять лет население Ингисона возросло в полтора раза.

— Впечатляет, — отрезал губернатор. — Но до Интердики вам ещё далеко…

— Конечно. Не все земли освоены, не везде проложены дороги, провинция — новая для нас, — Дариус рассказывал, обильно жестикулируя руками. — К тому же люди пока боятся сюда массово переезжать.

— Балауры?.. — мужчина грозно и немного задумчиво глянул на воина.

— И балауры, и асмодиане, и местная фауна. Опасностей много… пока, — уточнил Дариус. — Мы выстроили высокую стену к югу и северу от города и поставили аванпосты. Теперь в радиусе пятидесяти километров безопасно.

— Много ли это?..

— Достаточно, чтобы предотвратить беду.

— Приятно слышать это из уст офицера, Дариус, — продолжал Ромул ан Грейв. — Но вдруг войска балауров или, что ещё хуже, асмодиан прорвут стену?

— Это исключено. Вдоль неё бесперебойно бродит патруль. На аванпостах постоянно дежурят две тысячи воинов из лучших легионов Элиоса. Если драканы или красноглазые пойдут в атаку, мы сумеем их сдержать, — уверенно, словно заученным текстом, говорил юноша.

Ингисон, как и Келькмарос, раньше принадлежали балаурам. Находились эти земли не на внутренней, а на внешней стороне Атреи — прямо у самого Эфирного барьера, отделявшего раздробленную планету от бескрайнего космического пространства. После Катаклизма сквозь разлом воздух растёкся по всему пространству внутри магического щита. Воды океанов, скрывавшихся внутри планеты, попали и на её внешнюю часть. Под лучами близлежащей звезды некогда безжизненные земли стали расцветать. Теперь вся Атрея стала обитаемой.

Как оказалось потом, после Катаклизма балауры скрывались и здесь. Они оккупировали внешние половинки планеты, собираясь с нуля построить новую цивилизацию, но исполнить свои планы им было не суждено. Люди быстрее пришли в себя после всемирной трагедии и стали искать всё новые места для жизни, пока через пространственные разломы, спонтанно открывшиеся по всей Атрее, не попали в избалованные солнцем земли Ингисона и Келькмароса. Элийцы смогли вытеснить ящеров из Ингисона, а асмодиане захватили Келькмарос. Драканы вынуждены были отступить в соседние провинции.

И вот уже пятьдесят лет Ингисон принадлежит элийцам, а Келькмарос — асмодианам. По иронии судьбы эти земли находятся по соседству, а разделены лишь протяжённым горным хребтом, через который балауры за время владения им успели прорыть длинный тоннель. Конечно, эти земли не живут мирно — постоянно случаются набеги как со стороны элийцев, так и асмодиан. Да и балауры не сидят сложа руки: довольно часто около Срединного хребта появляются штурмовые отряды драканов. Мелкие стачки случаются почти ежедневно, крупных же сражений в последнее время не припомнилось.

Относительное затишье на землях балауров, или в Балаурии, продолжается вот уже на протяжении двух с половиной лет. Похоже, люди, наконец, сообразили, что лучше заняться освоением новых земель, возведением городов и крепостей, чем бесконечно и бессмысленно воевать…

Наконец, из-за поворота показалась почти такая же, как у гостей, дорогая повозка. Только она была раза в два больше, и вела её упряжка из трёх лошадей.

— А вот и мой отец… — с выраженным недовольством произнёс Дариус.

Экипаж остановился перед процессией, кучер не стал слезать со своего места, а дверь открылась сама. Из кареты ловко выпрыгнул статный коренастый мужчина в белом мундире с фиолетовой нашивкой на груди — военачальник. Волос на голове почти не было, а оставшаяся негустая шевелюра была полностью седой — мужчина был уже в годах. Но по лицу сказать это было сложно — опытный воин выглядел довольно молодо. Таким качеством обычно обладают только Даэвы, которым не страшна старость.

Военачальник кивнул головой в знак почтения и пожал руку губернатору. Прекрасных дам же он, как и подобает, поприветствовал комплиментами.

— Заслуженный рыцарь Ордена Миразента Ваталлос ан Боуэн к Вашим услугам, — голос мужчины был тоже молодым — никаких покашливаний или хрипоты.

— Здравствуй, старый друг, — произнёс Ромул.

— Прошу, — военачальник указал руками на дверь в карету и помог дамам забраться внутрь. Затем он пропустил губернатора и своего сына, а сам залез последним.